Бекка Фицпатрик - Крещендо

За парадным дверями было узкое фойе с потертым кафелем и тонким слоем краски поверх хорошо различимого красно-черного граффити. Как и в предыдущем здании, ряд почтовых ящиков находился в конце комнаты. Недалеко от дверей висел кондиционер, треща и жужжа, в то время как двери старого решеточного лифта были открыты, как будто в любой момент, намереваясь проглотить меня. Я прошла мимо лифта, предпочтя ему лестницу. Здание казалось таким пустынным и бесхозным. Местом, где соседи не лезут в твои дела. Местом, где никто никого не знает, и где легко хранить секреты. На третьем этаже стояла мертвая тишина. Я прошла мимо квартир с номерами 31, 32 и 33. И в конце коридора нашла квартиру с номером 34. Я вдруг подумала: а что я буду делать, если Патч окажется дома. Но на данном этапе мне оставалось лишь надеяться, что это не так. Я постучала, но дверь никто не открыл. Я попробовала подергать дверную ручку. И к моему удивлению, она поддалась.

Я заглянула в темноту комнаты. И замерла, прислушиваясь.

Щелкнула по выключателю, который был прямо расположен прямо возле двери, но, видимо, здесь перегорели лампочки, или же было отключено электричество. Достав из кармана куртки фонарик, я зашла внутрь и закрыла за собой дверь.

В нос тут же ударил тошнотворный запах протухшей еды. Я посветила фонариком в сторону кухни. На столешнице стояли сковородка с приготовленным давным-давно омлетом и полный пакет молока, которое скисло до того, что пакет разбух. Это место совершенно не походило на то, которое - в моем представлении - Патч мог бы назвать домом, но это лишь  доказывало, что существовало еще очень много вещей, которых я о нем не знала.

Я положила ключи и сумку на конторку и натянула воротник футболки до носа, пытаясь отгородиться от ужасного запаха. Стены были пустыми, мебели – мало. В гостиной стояли только один антикварный телевизор с антенной - скорее всего, черно-белый - и потрепанный диван.

Опустив фонарик на пол, я пошла по коридору в сторону ванной. Она была пуста, за исключением разве что бежевой душевой занавески, которая наверняка изначально была белой, и грязного отельного полотенца, висящего на вешалке. Ни мыла, ни бритвы, ни крема для бритья. Линолеум на полу загибался на углах; аптечка над раковиной была абсолютно пуста.

Я продолжила идти дальше по коридору в сторону спальни. Повернула ручку двери и толкнула дверь. Воздух был пропитан запахом пота и нестиранного постельного белья. Так как свет не горел, я решила, что не будет ничего страшного, если я подниму жалюзи, затем я открыла окно и впустила в комнату свежий воздух. Свет уличного фонаря просочился в комнату, озаряя ее серой дымкой.

На прикроватной тумбочке скопились груда тарелок с засохшей едой, и хоть на кровати и были простыни, они явно не создавали впечатления свежего и чистого постельного белья. А если быть точной, судя по запаху, они месяцами не испытывали на себе действие порошка. Компьютерный монитор стоял на небольшом столе в дальнем углу. Системного блока не было, и мне подумалось, что Патч отлично потрудился, чтобы не оставить ни зацепки, которая бы вывела на него.

Склонившись над столом, я открывала и закрывала ящики. Ничто не показалось мне каким-то необычным: карандаши, томик "Желтых Страниц". Я уже было хотела закрыть дверь, когда мое внимание привлекла маленькая черная коробочка из-под ювелирных драгоценностей, прицепленная скотчем к днищу стола. Я пробежалась руками под столешницей, наощупь оторвав коробочку от скотча, который удерживал ее. Открыла крышку, и каждый волосок на моем теле встал по стойке "смирно".

В коробочке лежали шесть колец, принадлежащих Черной Руке.

В дальнем конце коридора скрипнула входная дверь.

Я вскочила на ноги. Неужели Патч вернулся? Я не могла позволить ему обнаружить себя. Только не сейчас, не в тот момент, когда я только обнаружила кольца Черной Руки в его квартире.

Я осмотрелась в поисках убежища. Между мной и шкафом находилась двуспальная кровать. Если я попробую обойти ее, то рискую быть замеченной сразу. Если переберусь через кровать, рискую вызвать скрип матрасных пружин.

Парадная дверь закрылась с мягким щелчком. Уверенные шаги пересекли линолеум на кухне. Не видя другого выхода, я забралась на подоконник, высунула ноги наружу и так тихо, как могла, спрыгнула на пожарную лестницу. Попыталась закрыть за собой окно, но задвижка застряла, отказываясь сдвинуться с места. Я пригнулась настолько, чтобы над окном остались только мои глаза, сканирующие пространство внутри квартиры.

Тень появилась на стене коридора и постепенно приближалась. Я пригнулась полностью.

Я испугалась, что вот оно – сейчас я буду поймана с поличным, когда звук шагов начал отдаляться. И меньше чем через минуту парадная дверь открылась, а затем снова закрылась. В квартире вновь воцарилась зловещая тишина.

Медленно я заставила себя встать. Постояв так где-то с минуту, и окончательно убедившись в том, что в квартире никого нет, я забралась обратно. Почувствовав себя вдруг такой заметной и уязвимой, я пошла по коридору. Мне нужно было какое-нибудь тихое место, где бы я могла все обдумать. Что я упускала? Патч определенно был Черной Рукой, но как он пробрался в кровное Братство Нефилимов? Какова была его роль? Что, черт подери, происходило? Я закинула рюкзак на плечо и направилась к выходу.

Я уже положила руку на ручку двери, когда моих ушей достиг странный звук. Часы. Мягкое, ритмичное тиканье часов. Я нахмурилась и повернулась обратно в сторону кухни. Этого звука не было, когда я заходила туда в первый раз, по крайней мере, я думала, что его не было. Внимательно прислушавшись, я проследовала на звук через всю комнату. Присела напротив одной из конторок, в которую была встроена раковина.

С нарастающей тревогой я открыла дверцу шкафчика. Сквозь панику и смятение, я поняла, что за хитроумное изобретение находилось едва ли не в сантиметре от моих коленей. Бруски взрывчатки. Изолента. Белый, голубой и желтый провода.

Я вскочила на ноги и бросилась прочь из квартиры. Мои ноги так быстро летели по ступеням лестницы, что мне пришлось цепляться за перила, чтобы не упасть. Добравшись до нижней площадки, я рванула на улицу и продолжила бежать. Обернувшись назад, я увидела вспышку света, после чего из окон третьего этажа полыхнул огонь. Дым тут же заполнил улицу. Горящие обломки дерева и кирпичей были разбросаны вокруг дома.

Далекий звук сирен отразился от зданий, и я почти бегом направилась в соседний двор, боясь привлечь внимание, но пребывая в слишком сильном смятении, чтобы смыться с места преступления. Зайдя за угол, я бросилась бежать.