Путь в никуда (СИ) - Xoma Sleepy

Я слушал молча, не перебивая. Дочке охотника явно нужно было выговориться, и не следовало её беспокоить и прерывать, успеется.

- А теперь такое, - прошептала она. – Никто не знал как пойдем. Лесные тропы да пути – лишь мы, местные, ведаем. Как они пронюхали? Как оказались там? Как дознали и перехватили? Как убить столько смогли?

- А что Киан говорил?

Крестьянка прикусила губу.

- Что мне надо остаться в городе, что он обережёт. Что на севере я найду лишь смерть, а если останусь - всё будет хорошо.

- Но ты отказалась, и тогда он выделил двух бойцов, - я кивнул в сторону телохранителей, как-то незаметно оказавшихся неподалеку. Так что он заботится о тебе.

Заботится, но совершенно сознательно избавляется от балласта. Желает ценой их жизней купить пару дней, за которые… Что? Похоже, у этого типа есть какой-то эвакуационный план. А Гормлейт… Её ждет участь Айне. В смысле, как только запахнет жареным, телохранители повяжут нашу горлинку и побегут на место встречи. Ну а крестьянский вожак, с которым у Киана отношения явно не задались… Да всем плевать что с ним станет. Подохнет – хорошо, выживет – тоже неплохо.

Возможно, и Гормлейт это понимала, потому как она хотела что-то сказать, но вдруг замерла, уставившись куда-то в пространство. Побледнела, как мел, а после вскочила с пня и завопила не своим голосом:

- Беда!

И, словно в подтверждение сказанного, тишину леса разорвал ружейных грохот и стрёкот пулемета. А спустя секунду к симфонии смерти присоединилась какофония взрывов.

Паладины решили, что нет смысла давать генеральное сражение. Куда проще атаковать утомлённое длительным маршем войско. А значит… Надо валить!

Телохранители, кажется, пришли к тому же выводу, потому как один из них подскочил к Гормлейт и несильно ударил её ребром ладони по затылку. Девушка закатила глаза и повалилась на протянутые руки второго бойца Киана.

Наши взгляды пересеклись, и я едва заметно кивнул парням, мысленно желая тем удачи, а после развернулся и побежал.

***

Когда я оказался возле наших палаток, вокруг бушевал самый настоящий ад.

Гейские паладины не собирались сходиться в рукопашной, вместо это они лупили нас чисто на дистанции, используя и свинец, и взрывчатку, и, конечно же, самую разнообразную магию.

Я не знаю что именно сыпалось с небес на землю, но убойность у этой хрени была что надо.

Не раз и не два я видел, как целые взводы превращались в кровавое месиво, размазанное ровным слоем по хлюпающей от крови и тотчас же подсыхающей земле.

И это – от силы за пару минут, которые потребовались, чтобы добраться до своих!

Повезло, что нас не успели окружить – лагерь, всё же, был достаточно внушительных размеров, а потому, едва заметив наших, я бросился к баррикаде, за которой почти все и сидели. Лишь Иоганн и Сюин куда-то делись.

- Ну что? – я приземлился рядом с Илэром, высунувшимся над мешком с песком и выстрелившим наугад.

- О, старшой, ты тут, - паренек расцвёл. – Смазываем лыжи салом. Как охотник скажет - валим к херам отсюда!

- А сами они где? – я недоуменно поглядел на Эрика, который тоже отстреливался из магического жезла, стараясь не смотреть особо по сторонам.

- За Айне пошли, да, - отозвалась Ананда. – Некогда ждать ночи. Время вышло.

Точно подтверждая её слова в десятке метров, громыхнуло, и земля, перемешанная с ветками, корнями и кусками человеческих тел, взметнулась в воздух, забрызгав нас непередаваемой смесью крови, грязи и внутренностей.

И, если честно, мне как-то очень сильно захотелось убраться отсюда. Если бы не договор, сковывающий наши с Иоганном судьбы до освобождения родственников Ганьи, давно бы уже сделал ноги.

- Как мы получим сигнал?

Южанка выразительно коснулась уха, в котором было нечто, напоминающее гарнитуру.

- Переговорный, значит, артефакт, - объяснила она.

И в этот момент над головами ухнуло, а рядом упала голова без тела. Эрик страшно побледнел, его глаза закатились, и юноша повалился кулем прямо в объятья Морвин, которая не слишком деликатно оттолкнула его.

Я высунулся из укрытия и едва не схлопотал пулю в лоб – та чиркнула по щеке.

- Долго ещё?

Ананда прикрыла глаза и коснулась «гарнитуры», после чего скомандовала:

- Выдвигаемся. Использовать любую магию, все запреты побоку. Главное – пробиться!

Сказав это, она первой побежала прочь от баррикады, а мы устремились следом.

- Любую - значит, любую, - буркнул я, формируя щит, в которой тотчас же ударила пулеметная очередь.

К счастью, прочности хватило, а потому мы без особых проблем смогли добраться до коновязи. В дикой лихорадке не боя, а самого настоящего истребления на нас никто не обращал внимания. Более того, бойцы сами норовили забраться в седло и драпануть.

По факту, лагерь агонизировал, и организованное сопротивление обещало прекратиться в течение максимум пяти-семи минут. И это, откровенно говоря, ужасало. Где были дозоры? Как бойцы Эйри смогли подойти так близко? Почему в лагере не нашлось никаких стационарных барьеров и прочих магических приблуд вроде тех, которыми отбивались защитники Гласса? Ну не пролетарской же волей они отбивались, честное слово!

Увы, ответов на эти вопросы не было ни у меня, ни у стремительно исчезающей армии повстанцев.

Впрочем, нам всё это было на руку.

Иоганн с Сюин как раз седлали последних коней, через круп лошади охотника была переброшена Айне, повисшая безвольной куклой.

- Уходим, - коротко приказал наш командир, первым запрыгивая в седло. – Времени почти не осталось.

Мы не стали себя уговаривать. Эрика прихватила Ананда, лошадей брата с сестрой привязали в поводу, после чего на всем ходу помчались прочь.

По нам стреляли, но Иоганн активировал какую-то шнягу, и пули, осколки, магические заряды и просто неведомая хрень останавливались на подлёте, не причиняя никакого вреда. И в какой-то момент у меня даже мелькнула мысль, что выберемся без проблем, как вдруг Иоганн резко завернул влево, а я, чуть замедлившись, увидел причину.

В сотне метров от нас прямо через лес, по направлению к сильнейшему узлу обороны, шел человек. Один. Без сопровождения. Без оружия.

Оно ему не требовалось.

Вокруг паладина воздух мерцал и искривлялся, а всё, что входило в соприкосновение… попросту переставало существовать. Деревья разлетались щепками, пули плющились и опадали на траву. А уж когда он добрался до людей…

В юности я смотрел один японский мультсериал. Там была девочка с невидимыми руками, торчащими из спины. И она могла ими расчленять своих врагов, чем и занималась с большим удовольствием…

Паладин явно приходился ей родственником.

Люди, оказавшиеся в зоне действия его магии, умирали один за другим. Он вырывал сердца и мозги, вскрывал животы и грудные клетки, отрывал руки и ноги. Кровь фонтанами летела во все стороны, забрызгивая всё вокруг, он был замазан ею буквально с ног до головы и разевал рот в безумном пароксизме дьявольского хохота. Этот красный смех поднимался к небесам, нёсся ввысь поверх грохота и воплей, заполняя собой всё на многие мили вокруг.

Безумный сюрреализм происходящего заставил меня непроизвольно натянуть поводья и смотреть точно бандерлога, узревшего кольца Каа, которые отмеряли его последние мгновения.

- Ходу!!! – истеричный возглас Сюин заставил дернуться и оглядеться.

Азиатка тоже замерла и, как и я, наблюдала за приближающимся кошмаром, от которого не помогали ни защитные чары, ни магические щиты, ни баррикады.

- Ходу!!! – завопила китаянка вновь, и по щекам её заструились слезы. – Иначе умрём… Оно… оно никого не пощадит.

И точно услышав её, паладин повернулся в нашу сторону, и его заляпанное алым лицо перекосило от невозможно кошмарной ухмылки, а пальцы левой руки точно вонзились в лоб, раздирая кожу. Глаза врага дергались, его тело ходило ходуном, а пальцы сжимались и разжимались точно при эпилептическом припадке.