Ричел Мид - Падший ангел

— Вот и хорошо. Вряд ли суккуб может дружить с ангелом, но кто тебя знает… Острый язык не мешает тебе иметь множество поклонников. — Роман слегка расслабился, прислонился к стене и скрестил на груди руки. — Бог свидетель, я уже и так изменил своим принципам, пытаясь не трогать твоих друзей.

Гнев помог мне справиться со страхом.

— Да ну? А как же Хью?

— Это который?

— Бес.

— Ах да. Ну, этого малого следовало слегка проучить. Он нагрубил тебе. Но я его не убил. — Он посмотрел на меня так, словно искал одобрения. — Это было сделано для твоей же пользы.

Я промолчала и вспомнила, как выглядел Хью в больнице. Груб?

— А остальные? — продолжил он. — Этот нахальный ангел-хранитель? Вампир, который тебе угрожал? Мне захотелось свернуть ему шею, не сходя с места. Я избавился от них ради тебя. По собственной инициативе.

Мне чуть не стало плохо. Я не желала смерти ни Люсинде, ни Дьюану.

— Очень тебе признательна.

— Не стоит благодарности. Я все равно должен был что-то сделать. Но когда я встретил на уроке танцев твоего друга вампира, то не смог заставить себя причинить ему вред. Ты загнала меня в угол. Пришлось обойтись без новых жертв.

— Прошу прощения за доставленные неудобства! — От его притворства я потеряла терпение. — Именно поэтому ты набросился на меня в тот вечер?

Он нахмурился.

— Ты о чем?

— Сам знаешь! — Мысль о нападении заставила меня покопаться в памяти. Это случилось после посещения «Хрустального пинцета», на следующий день после концерта, когда я сбежала от Романа. У него был повод разозлиться и отомстить мне. — Вспомнил? На следующий день после концерта Дага. После вечера, который я провела с Сетом.

— Ах, вот ты о чем…

— И это все, что ты можешь сказать?

— Ну да, признаюсь, это выглядело немного по-детски, но ты не можешь меня осуждать. Думаешь, легко было видеть, что ты любезничала с Мортенсеном, а мне дала от ворот поворот? Накануне я следил за вами и видел, как ты поехала к нему. Я должен был что-то сделать.

Я вскочила с кресла. Мои мрачные предчувствия вернулись.

— Что-то сделать? Избить меня до полусмерти в темном переулке?

Роман поднял бровь.

— О чем ты говоришь? Я же сказал, что никогда не причинил бы тебе вреда.

— А ты о чем говоришь?

— О кафе-мороженом. Я следил за вами весь день, а когда увидел, как вы воркуете, мне стало обидно. Я открыл дверь и устроил небольшой кавардак. Поступил как мальчишка. Вот и все.

— Да… — Я умолкла на полуслове, вспомнив, как порыв ветра распахнул дверь и сдул все, что стояло и лежало на столах и прилавке.

Такой вихрь был для Сиэтла редкостью, но мне и в голову не пришло приписать ему сверхъестественное происхождение. Роман был прав: это выглядело по-детски.

— О каком темном переулке ты говорила? — напомнил он.

Я заставила себя забыть о случае в кафе.

— Позже… в тот же вечер. Я возвращалась домой, а ты… или кто-то другой… напал на меня.

Лицо Романа окаменело, глаза сделались стальными.

— Рассказывай. Рассказывай все, что случилось.

Я сообщила ему, как нашла ссылку на книгу Харрингтона, поехала за ней в «Хрустальный пинцет», оставила машину далеко от дома и пошла пешком. Но про своего спасителя промолчала. Роману не следовало знать, что с Картером меня связывает не просто шапочное знакомство и что я могу помешать осуществлению его планов. Если нефилим будет думать, что мне нет до ангела никакого дела, у меня появится возможность предупредить Картера.

Когда я закончила, Роман прислонился головой к стене и вздохнул, внезапно превратившись из опасного убийцы в усталого человека, которого я почти любила.

— Я так и думал. Я знал, что просить не вмешиваться бесполезно.

— Что… что ты имеешь в виду? — У меня по спине побежали мурашки.

— Ничего. Не обращай внимания. Послушай, прости меня. Я должен был принять меры предосторожности. Я знал… Ты говоришь, на следующий день? После того как я пришел, а ты порвала со мной? Я чувствовал твою боль, хотя ты и трансформировалась. Чувствовал, что причина этой боли сверхъестественная, но мне и в голову не пришло, что… Я думал, это сделал кто-то из бессмертных, входящих в твой кружок. Тот, с кем ты путалась. На тебе еще оставались слабые следы… влияния кого-то другого… вроде демона…

— Но это не… Ох… Ты имеешь в виду Джерома?

— Опять дорогой папочка? Только не говори мне… не говори мне, что это тоже его рук дело. — Спокойствие Романа оказалось коротким, его лицо снова приняло зловещее выражение.

— Нет-нет! — быстро сказала я, вспомнив психическую атаку Джерома, пригвоздившую меня к спинке дивана. — Все было не так. Просто в тот раз он продемонстрировал мне небольшую часть своей силы. Он не хотел причинить мне вред. И никогда не причинил бы.

— Ладно. То, что случилось в переулке, мне очень не нравится, но с виновной стороной я разберусь. Можешь быть уверена, это больше не повторится. Когда я увидел тебя в тот день, то решил перебить всех бессмертных в этой епархии. Мысль о том, что кто-то посмел причинить тебе вред… — Роман подходил ко мне все ближе и ближе. Когда он сжал мою руку, мне захотелось отпрянуть и одновременно броситься в его объятия. Я не знала, как совместить старое влечение с новым страхом. — Джорджина, ты сама не знаешь, насколько дорога мне.

— Но тогда… там… в переулке…

Не успела я додумать эту мысль, как ей на смену пришла другая, вызванная словами Романа. «Когда я увидел тебя в тот день»… Он находился у меня в то время, когда Картер улетел, среагировав на появление нефилима. Но это было невозможно. Я не могла вспомнить, из какого именно района поступил сигнал, однако он пришел откуда-то издалека. Роман не мог отвлечь Картера и раньше его попасть в мою квартиру.

«Я знал, что просить не вмешиваться бесполезно… С виновной стороной я разберусь».

И тут до меня дошло, почему Роман думает, что может одолеть Картера. Почему превосходство ангела в силе можно не принимать во внимание. От осознания этого у меня защемило в груди. Не знаю, что отразилось на моем лице, но Роман посмотрел на меня с сочувствием.

— Что случилось?

— Сколько? — прошептала я.

— Чего «сколько»?

— Сколько нефилимов в городе?

23

— Два, — слегка поколебавшись, ответил он.

— Значит два, — бесстрастно повторила я, подумав про себя, что дело плохо. — Включая тебя?

— Да.

Я потерла виски. Нужно было как-то предупредить Джерома и Картера, что теперь мы имеем дело с двумя нефилимами. Никому такое и в голову не приходило.