Бетси Палмер - Пятница 13-ое

Парень смотрел ей вслед. По его взгляду несложно было понять, что ему очень понравилась эта девушка. Ник приподнялся с колен, захлопнул багажник машины Шефердов и сам себе сказал: «Отлично. Урод. Тебе повезло, ты снова встретил красивую девушку. Да, да…, как бы мгновение еще размышлял вслух Ник, — и зачем я только тянул с собой на день рождение кузена эту белую крысу, эту Мелису, ведь она же стерва, натуральная стерва, — он еще на мгновение задумался, а потом сам себе сказал, — но ведь мне нравятся стервы. Правда, не всегда».

После короткого ленча Тина поднялась по скрипящей лестнице на мансарду дома, в бывший кабинет отца. Сейчас там хозяйничал доктор Круз. Он разложил на большом столе видеокассеты, установил на штатив видеокамеру и, сидя за столом, что-то уверенно, размашистым почерком записывал в большую толстую тетрадь.

Когда Тина вошла, он приподнял голову от стола, взглянул на нее. Его взгляд, ранее доброжелательный, был в это мгновение каким-то чужим, он стал взглядом врача-профессионала, который внимательно вглядывается в свою пациентку. Его взгляд чем-то напоминал взгляд палача, который рассматривает свою потенциальную жертву. Но через несколько секунд легким усилием воли доктор изменил выражение глаз. Он заискивающе улыбнулся и решительно промолвил:

— Ну что, Тина, прямо сейчас и начнем.

— Как сейчас? Почему так сразу?

Доктор несколько минут ходил из угла в угол по огромному кабинету, скрипя рассохшимися половицами, полистал кожаную папку с историей болезни, подошел к видеокамере, навел ее на Тину, усевшуюся на жесткий стул за небольшой деревянный стол и сказал:

— Да, да, Тина, прямо сейчас и начнем. Зачем откладывать?

— Хорошо, доктор Круз, если вы считаете, что необходимо начать прямо сейчас, то давайте, но сначала ответьте, — сказала настороженно Тина, оглядывая стены отцовского кабинета, — почему меня не отпускают эти видения, почему я это вижу?

Доктор на секунду оторвался от видеокамеры.

— Ты не видишь этих вещей, Тина. Успокойся. Ты их не видишь, — сказал он и повернул диафрагму.

— А это что, совершенно необходимо? — недоверчиво взглянув на видеокамеру, спросила Тина.

— Ты имеешь в виду камеру? — не поняв, спросил доктор Круз. — Понимаешь ли, Тина, видеокамера нам будет очень нужна, она будет просто необходима для того, чтобы следить за прогрессом, а я надеюсь, прогресс у нас будет. И причем, очень значительный.

На мониторе сперва шелестел сухой электронный снег, но доктор Круз пощелкал тумблерами, покрутил ручки настройки и на экране возникла голова Тины. Девушка с любопытством смотрела на свое изображение. Она и раньше любила разглядывать себя в зеркале. Но тут все было по-другому. Это было, как подглядывание.

Не за кем-то другим, а за самой собой. На какое-то мгновение Тине показалось, что на экране не просто взятое в рамку кадра ее изображение, а ее отрезанная голова, что больше ничего нет, только ее голова, а все остальное исчезло — нет ни рук, ни ног, ни туловища. Она испугалась своих мыслей и постаралась сосредоточиться на другом.

Девушка недоверчиво смотрела на доктора, нервно похрустывая тонкими пальцами. Наверное, камера казалась ей каким-то ненужным свидетелем, свидетелем ее болезни, свидетелем ее беспомощности и унижения.

— Тина, посмотри на меня внимательно, — решительным голосом сказал доктор Круз. — Ты видишь этот коробок спичек?

Доктор вытащил из кармана серых вельветовых брюк плоский и легкий спичечный коробок. Зажав его между большим и указательным пальцами правой руки, встряхнул и повертел перед глазами девушки.

— Так ты видишь этот коробок?

— Да, я вижу этот коробок.

— Очень хорошо. Теперь смотри дальше. Я кладу коробок на середину стола.

Доктор Круз сделал шал от видеокамеры в сторону стола и положил синий коробок на желтую лакированную столешницу.

Тина, как бы не понимая, взглянула сначала на доктора, потом на спичечный коробок. За долгие дни и месяцы, проведенные в самых разнообразных медицинских учреждениях, Тина насмотрелась всякого. И в этот момент она все видела, но так и не могла понять, чего же от нее хочет доктор Круз.

— Я хочу только одного, чтобы ты, Тина, в данный момент сосредоточилась, подумала о своих чувствах, — опираясь о столешницу, доктор Круз заглядывал в глаза девушки.

Тине не нравилось, когда ей так внимательно и долго смотрят прямо в глаза. Она слегка повернула голову и взглянула на портрет улыбающегося отца, висящий в тонкой блестящей рамке над черным комодом.

— Я готова, — ответила девушка.

— Сосредоточь свои чувства на этом коробке.

— Не поняла.

— Сосредоточь свои чувства на этом коробке и попытайся сдвинуть его. Тебе ясно? — уточнил свой вопрос доктор Круз.

Зачем это вам? — Тина уставилась на коробок и сложила руки на коленях.

— Мне лучше знать, — сказал доктор Круз, — я же твой доктор, я твой психоаналитик. VI твою психику знаю лучше, чем ты. Делай, что говорят.

В его голосе появились железные нотки, и Тина, нехотя, но подчинилась. Но сколько она не смотрела на коробок, как не морщила лоб, тот неподвижно лежал на столе.

— Ты не пытаешься, Тина, ты не пытаешься этого сделать, — нервничал доктор Круз.

— Нет, я пытаюсь, — возразила Тина, и еще сильнее наморщила лоб.

В ее глазах блестела злость, но коробок все равно лежал неподвижно.

— Вспомни притчу о Фоме неверном. Ты представь себе, что этот коробок движется, и тогда он в самом деле сдвинется, — говорил доктор Круз.

— У меня ничего не получится, — возражала Тина, но все-таки продолжала смотреть, — я же говорила, я не могу…

В глазах Тины появились слезы.

— Я сама не понимаю, как это у меня получается. Иногда получается, а иногда нет. А когда и почему, я не могу вам этого сказать. Я просто не знаю. Это все происходит помимо моей воли.

— Ты обманываешь меня! — закричал доктор Круз, — ты обманываешь, потому что это случается, случается часто. Тогда, когда твои эмоции достигают своего пика. Ты должна это сделать! Ты можешь!

Он оперся на стол и навис над Тиной. Та растерялась и еще глубже вжалась в кресло. Она почувствовала, что и в самом деле со словами доктора в ее тело входит непонятная сила. Она ощутила не только саму себя, но и все предметы в комнате. Она почувствовала себя ими.

— Сосредоточься, Тина! — резко выкрикнул доктор.

Жесткие складки вокруг тонкого рта доктора как бы окаменели, настолько зло и нервно он смотрел на девушку.

И вдруг в этот момент темно-синий коробок судорожно дернулся на плоскости стола. Доктор от неожиданности отпрянул в сторону и замер.