Джон Харвуд - Призрак автора

До сих пор я не задумывалась над этим. Я почему-то всегда представляла, что мы с Филлис выйдем замуж, Айрис найдет себе компаньонку, и все останется по-прежнему. И хотя мы мерзнем здесь зимой, и сад зарос до неузнаваемости, мне даже и подумать страшно, что я не смогу сюда вернуться.

15 АПРЕЛЯ

Айрис в конце концов призналась, почему молчала о наших проблемах: оказывается, какой-то дух сказал ей, что кто-то непременно явится и все наладится. Я чуть не сказала: «Да уж, судебные приставы», но вовремя прикусила язык. Конечно, она не хочет никуда переезжать. Филли, кажется, все равно; она говорит, что хочет иметь собственную квартиру, как только сможет себе это позволить. Так что мы договорились попросить господина Питта продать кое-что из картин или антикварные стулья.

18 АПРЕЛЯ

Сегодня утром звонила господину Питту. Он спросил, есть ли у нас копия описи имущества, которую составляла бабушка, когда готовила свое завещание; если нет, то он попросит мисс Ним отпечатать ее для нас. Айрис не знала, поэтому я поднялась в кабинет, чтобы поискать там.

Даже по утрам, когда в кабинете светло от солнца, он производит на меня гнетущее впечатление. Может, это из-за запаха табака, который до сих пор не выветрился. И еще кто-то постоянно скребется под потолком. Мышей я не боюсь, но не хочется встретить какую-нибудь тварь покрупнее.

В ящиках описи не было, так что я начала рыться в маленьком бюро, но тут меня что-то отвлекло, и я опять принялась читать какую-то бабушкину сказку. И вспомнила, как еще до войны она читала нам «Беседку» в нашем бельведере. Тогда мне казалось, что она читает, но, оказывается, она сочиняла на ходу совсем другую историю, в которой ничего не было сказано о том, что Розалинда вышла замуж, что господин Маргрейв оказался вампиром, и разумеется, ни слова не было про ангела — в общем, ее сказка была о том, какие превращения происходят с беседкой, пока ты спишь в ней.

Опись я так и не нашла, но под стопкой бумаги в бюро обнаружила старый кожаный футляр для пластинок. В нем лежала еще одна рукопись, которую я раньше никогда не видела. Называлась она «Призрак».

Неприятное чувство возникло у меня, когда я увидела дату. Сказка была написана за три года до моего рождения, даже раньше, чем познакомились наши родители. Поначалу я подумала, не ошиблась ли она, поставив 1925 год вместо 1935; хотя, с другой стороны, она бы не стала писать ее после гибели родителей. Конечно, есть много рассказов о сестрах-сиротах, которых воспитывали тети, дяди, бабушки, дедушки. И не то чтобы я когда-нибудь чувствовала себя сиротой. Просто слишком много совпадений в этой сказке.

Начать хотя бы с этого дома, его сада, аллеи. Но почему эта сказка отличается от той, что она рассказала нам? Потому что Ф. и я того же возраста, что Беатрис и Корделия? Наши комнаты находятся рядом, а студия — это кабинет бабушки. Беатрис уезжает работать, а Корделия остается дома, как я. И у Айрис больное сердце. Но ведь многие страдают тем же недугом, к тому же она не такая толстая, как тетя Уна.

У них тоже были проблемы с деньгами и приходилось самим готовить.

И мне только что исполнился двадцать один год.

Опять холодно.

19 АПРЕЛЯ

Вчера ночью опять перечитывала сказку. И это напомнило мне о том ощущении, которое мы испытывали, играя со спиритической планшеткой Айрис: когда стекло, казалось, оживало и двигалось. Я никогда не думала о том, что мы с Филли чужие, просто мы не так близки. Но теперь я задумалась. И раньше мне не казалось странным, что мы никогда не говорили о родителях, а вот теперь я думаю об этом.

28 АПРЕЛЯ

Филли действительно напоминает мне кошку. И в ней есть эта настороженность и недоверчивость. Я все чаще замечаю это.

Но может, сказка заставляет меня видеть то, чего не существует? Так бывает, когда идешь в сумерках по лесу и тебе кажется, будто за тобой кто-то наблюдает, притаившись в тени, а на самом деле это ствол дерева.

5 МАЯ

Господин Питт говорит, что аукционный дом «Кристи» пришлет кого-нибудь посмотреть картины. Я должна только позвонить и назначить время.

Нет, это глупо. Многие оценивают свои картины.

11 МАЯ

Господин Монфор — Хью Монфор — приезжает сегодня смотреть картины. Айрис отправляется к своим подружкам на спиритический сеанс у госпожи Роупер, так что я остаюсь одна. Все утро я только и думала: что если он в точности такой, как Гарри Бошан?

Конечно, оказалось, что ничего общего: разве что такой же молодой и вполне симпатичный. Он высокий, изящный, темные волосы зачесаны назад, у него бледная кожа и нет усов. И никаких вельветовых брюк — на нем темно-серый костюм, тщательно отутюженный. Очень темные карие глаза, и уголки век подрагивают, когда он улыбается.

При нем я нисколько не смущаюсь от того, что мы вынуждены продавать свои вещи. Я не собиралась откровенничать, но он был так мил, что я все-таки рассказала нашу историю, пока показывала ему картины — вернее, это он мне их показывал. Казалось, он знает их досконально. Он считает, что офорты Блейка можно продать очень выгодно.

Он умеет слушать: какой контраст с Оуэном. Его родители живут врозь, и у него есть замужняя сестра, которая живет в Канаде. Он снимает комнату на Пиккадили пополам с приятелем — они вместе служили в армии, но он не хочет говорить о войне. Не думаю, что есть любители поговорить на эту тему.

15 МАЯ

Позвонил Хью, сказал, что хочет еще раз взглянуть на Блейка. Я пригласила его на чай в четверг, и он согласился!

19 МАЯ

Какой замечательный день: мы пили чай в беседке и говорили, говорили. А потом я сказала, что хочу проводить его до станции, и мы болтали всю дорогу до Хайгейт-Пондз.

Я спросила, откуда у него интерес к картинам, и он сказал, что хотел быть художником, но быстро понял, что выдающимся не станет. Чувствовать и понимать картины — это одно, а писать их — совсем другое.

Я сказала, что мне нравится Констебль, что было ошибкой с моей стороны, хотя он очень изящно обошел эту тему. Против Тернера он тоже не возражал, хотя и признался, что ему нравятся лишь его картины с размытыми очертаниями, которые он писал, когда у него резко ухудшилось зрение, и таким стало его видение мира. А еще он рассказал, что был такой художник — Фьюзели, дальтоник, так он подбирал цвета, вспоминая их расположение на палитре. Потом рассказал про знакомого коллекционера, очень богатого и эксцентричного, который скупает все картины художника по имени Риис, потому что настолько ненавидит его работы, что не хочет, чтобы кто-то их видел. Будучи коллекционером, он не может пойти на то, чтобы лично уничтожить картины, поэтому хранит их в сыром подвале, где они медленно гниют.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});