Джон Конноли - Книга потерянных вещей

Пока он говорил, шпалера позади короля заколыхалась и сдвинулась, из-за нее появилась серая тень и бросилась на грудь ближайшего стражника. Волк мотнул головой, и из распоротого горла стражника хлынула кровь. Победный вой продолжал звучать, даже когда стрела, выпущенная с галереи, пронзила волчье сердце. Из проема хлынули волки. Их было так много, что древняя шпалера сорвалась со стены и, подняв облако пыли, рухнула на пол. Серые, самые преданные и свирепые из солдат Лероя, наводнили тронный зал. Затрубил рог, и из каждой двери высыпали стражники. Началась ожесточенная битва, стражники рубили и кололи волков, пытаясь сдержать их поток, а волки рычали и лязгали зубами, выискивая любую возможность убить кого-нибудь из людей. Они впивались в руки и ноги, терзали животы и перекусывали горла. Вскоре весь пол был залит кровью, алые ручьи струились между каменными плитами. Стражники встали полукругом у входа в подземелье, но превосходящие силы волков теснили их назад.

Скрюченный Человек показал на месиво бьющихся людей и животных.

— Видишь! — крикнул он Дэвиду. — Твой меч тебя не спасет. Только я могу это сделать. Назови мне его имя, и я вмиг унесу тебя отсюда. Говори, и спасешься!

Теперь к серым волкам присоединились черные и белые. Волчьи стаи начали пробиваться сквозь ряды стражников, хлынули в залы и коридоры, убивая каждого, кто вставал у них на пути. Король спрыгнул с трона и в ужасе уставился на стену стражников, теснимую к нему стаей.

Капитан стражников встал по правую руку от короля.

— Пойдем, ваше величество, — сказал он. — Мы должны увести вас в безопасное место.

Но король оттолкнул его и направил гневный взор в сторону Скрюченного Человека.

— Ты предал нас. Ты предал нас всех.

Скрюченный Человек будто и не заметил короля. Все его внимание было обращено к Дэвиду.

— Имя, — повторял он. — Назови мне его имя!

За его спиной волки сломали людской заслон. Теперь среди них были и те, кто ходил на задних конечностях и носил солдатскую униформу. Ликантропы рубили стражников саблями, прокладывая себе путь к выходу из тронного зала. Двое немедленно скрылись в коридорах, за ними следовали шесть волков. Они устремились к воротам замка.

Затем появился Лерой. Он оглядел кипящую перед ним бойню, увидел трон — свой трон — и сумел издать последний триумфальный вой. Король содрогнулся, его глаза встретились с глазами Лероя, и ликантроп двинулся к трону, чтобы прикончить соперника. Капитан стражников по-прежнему пытался защитить короля. Он отбился мечом от двух серых, но было ясно, что капитан держится из последних сил.

— Идем, ваше величество! — кричал он. — Немедленно!

Но слова застряли в горле, когда его грудь пронзила стрела, выпущенная одним из ликантропов. Капитан рухнул на пол, и на него накинулись волки. Король выхватил из-под мантии изысканно украшенный золотой кинжал и направился к Скрюченному Человеку.

— Мерзкая тварь! — кричал он. — После всего, что я сделал, после всего, что ты заставил меня сделать, ты предал меня.

— Я тебя не заставлял, Джонатан, — отозвался Скрюченный Человек. — Ты сделал это, потому что сам захотел. Никто не может заставить творить зло. Зло было в тебе, и ты ему потворствовал. Люди всегда будут потворствовать злу.

Он набросился на короля со своим клинком. Старик пошатнулся и едва не упал. Скрюченный Человек молнией подскочил к Дэвиду, но мальчик отступил в сторону и ударил его мечом. На груди Скрюченного Человека открылась рана, зловонная, но не кровоточащая.

— Ты хочешь умереть?! — закричал Скрюченный Человек. — Назови мне его имя, и останешься жить!

Забыв о ране, он наступал на Дэвида. Дэвид попытался ударить его еще раз, но Скрюченный Человек отклонил удар и сделал ответный выпад, схватив Дэвида за плечо, так что ногти глубоко вошли в кожу. Дэвиду показалось, что его отравили. Боль проникла в руку, потекла по венам, замораживая кровь, дошла до кисти, и меч выпал из онемевших пальцев. Он прислонился к стене, окруженный сражающимися людьми и рычащими волками. Из-за плеча Скрюченного Человека он видел Лероя, наступавшего на короля. Король попытался ударить ликантропа кинжалом, но Лерой отбил удар, и кинжал отлетел в сторону.

— Имя! — орал Скрюченный Человек. — Имя, или я оставлю тебя на растерзание волкам!

Лерой поднял короля за подбородок, словно куклу. Помедлив, он посмотрел на Дэвида.

— Ты следующий, — прорычал он и широко разинул рот, показав острые белые зубы. Затем впился в горло, раскачивая короля из стороны в сторону.

Скрюченный Человек выпучил глаза, в ужасе глядя на то, как жизнь оставляет короля. Большой лоскут кожи отделился от лица мошенника, словно старые обои, обнажив серую разлагающуюся плоть.

— Нет! — взвизгнул он и схватил Дэвида за горло. — Имя! Ты должен назвать мне имя, или нам обоим конец.

Дэвид ужасно испугался, осознав, что он на волосок от смерти.

— Его зовут… — начал он.

— Ну! — кричал Скрюченный Человек. — Ну!

Король испустил последний хриплый вздох. Лерой отбросил агонизирующее тело и, вытирая окровавленный рот, ринулся к Дэвиду.

— Его зовут…

— Говори! — завизжал Скрюченный Человек.

— Его зовут «брат», — сказал Дэвид.

В отчаянии Скрюченный Человек скрючился еще больше.

— Нет, — простонал он. — Нет.

Глубоко в недрах замка из верхней колбы часов вытекли последние песчинки, а гораздо выше, на балконе, дух девочки на мгновение ярко вспыхнул, а потом окончательно угас. Будь кто-нибудь рядом, он услышал бы тихий вздох, преисполненный радости и покоя, ибо муки ее закончились.

— Нет! — выл Скрюченный Человек.

У него трескалась кожа, и наружу вырывались вонючие испарения. Все кончено, все. После бесконечного времени, сверх всякой меры, после всех нерассказанных историй, его жизнь подошла к концу. И настолько велика была его ярость, что он вонзил ногти в собственный скальп и принялся терзать его, раздирая кожу и плоть. На лбу у него показался глубокий порез, который он тут же растянул до переносицы, а потом разорвал себе рот. Теперь в каждой его руке было по половинке черепа, глаза бешено вращались, а он все раздирал себя. Гигантская рана протянулась до горла, через грудь и живот, пока не достигла паха, после чего его тело распалось на две половины. Из этих половин Скрюченного Человека посыпались самые мерзкие беспозвоночные, какие только существуют на свете: жуки и клопы, пауки и многоножки, мокрицы и бледные белые черви поползли по полу, извиваясь и корчась, пока не застыли, когда в часах упала последняя песчинка и Скрюченный Человек умер.