Майкл Стэкпол - Зло торжествует

Я крался в темноте, непрестанно крутя головой, чтобы обеспечить себе нормальное поле зрения, урезанное инфракрасными очками. Кроме зрения я ориентировался при помощи своей способности воспринимать чужие эмоции. Она помогала мне улавливать присутствие невидимых живых существ. Только Кроули по-прежнему оставался для меня черной дырой. Хотя время от времени мы сменяли друг друга впереди, и я отчетливо видел его худую фигуру, его чувства были для меня закрыты. Во многих отношениях это облегчало мне задачу, потому что так легче было нащупать противника, но все же я испытывал неприятное беспокойство.

Полагаясь на свою эмпатическую способность, я продвигался вперед быстрее, чем было бы разумно в таких обстоятельствах. Поскольку мы уже побывали в сердцевине межпространственных врат, я, достигнув участка "Прекрасной Леди", направился прямо в центральную камеру. Я ничего не чувствовал, и беглый осмотр тоже подтвердил, что все вроде бы в порядке.

– Альфа внутри. Чисто. Бета, сообщите расчетное время прибытия.

– Бета: зеленый минус пять.

– Вас понял. Бета. Кестрел-1, фаза один – красный минус один, фаза два – зеленый. – Поскольку мы проводили военную операцию, и наши сигналы мог перехватить противник, мы закодировали числа. Зеленый означал 10, красный – 5.

Следовательно, Бат сообщал, что опаздывает на пять минут. Мой радиосигнал, посланный Лилит, давал ей указание позвонить Уорнеру на дамбу и предупредить, что он должен выполнить свое задание в две стадии с четырехминутной и десятиминутной задержкой соответственно.

– Вас поняла. Альфа.

Я еще раз осмотрел помещение центральной камеры и заметил, что в первый раз кое-что упустил. Тонкий провод, не толще стандартного коаксиального кабеля, свисал с потолка, почти неразличимый в темноте. Если бы он не покачивался слегка, от чего в моих очках появилась размытая зеленая полоска, я ни за что бы его не заметил.

Приглядевшись, я увидел кроме провода две небольшие коробки – каждая размером примерно с половину обувной, – стоящие по обе стороны платформы.

Я включил радио.

– Деус, я заметил что-то необычное в центре.

Иду проверить.

Кроули дважды щелкнул рацией, подтверждая, что принял сообщение, но от комментариев воздержался.

Еще пару мгновений все было спокойно, потом я почувствовал чье-то присутствие в камере.

Я повернулся и увидел знакомый профиль. Я хотел вскинуть винтовку, но яркая вспышка света, нацеленная мне в лицо, опередила меня и вывела из строя прибор ночного видения.

– Ослепить оленя и то было бы труднее. – Дарий Мак-Нил громко расхохотался. Я ощущал его поразительное самодовольство, и, хотя знал характер Мак-Нила, его уверенность в себе вызвала у меня некоторую тревогу. – Приветствую вас, мистер Лоринг, или Кейн, или как вас там на самом деле зовут.

– Койот, – услышал я по рации шепот Кроули. – Я за тобой, и не ослеплен, но ты мне их загораживаешь. Если хочешь, чтобы я его достал, сместись в сторону.

– Вижу, вы решили выполнить грязную работу своими руками, раз уж «арийцам» не повезло. – Я подцепил пальцем дужку, защищающую спусковой крючок, и бросил винтовку на пол. Я чувствовал, как за спиной Мак-Нила в межпространственные врата проскальзывают другие. На нижнюю платформу тоже высыпали люди. – Никогда бы не подумал, что вы из тех парней, которые умеют работать руками. Разве что в постели…

– Бойкий язык не остановит хорошей пули, Лоринг. А благодаря тефлоновому покрытию, не остановит ее и твой бронежилет. Ты совершил большую ошибку, понадеявшись, что я не перехватываю факсы Додда.

Я по-прежнему ничего не видел, но улыбнулся.

– Напротив, я на это рассчитывал. Я надеялся, что ты возьмешь командование на себя, а военные операции, насколько мне известно, никогда не были твоей сильной стороной. – Я пожал плечами. – Если хочешь сдаться сразу, я оставлю тебя в живых.

– Никоим образом, Лоринг. Ты меня недооцениваешь. Двум дюжинам твоих коммандос не захватить этой базы. А если и захватят, то долго не удержат. Тебе не хватит времени даже взорвать объект. У меня вдвое больше людей. Они без труда вас нейтрализуют.

– Ты немного ошибся в расчетах, Дариус. У меня не две, а двенадцать дюжин, и они уже здесь, на площадке. План, который я отправил Додду, был неполным.

Новая волна самодовольства так и хлынула из Мак-Нила.

– Я так и предполагал. Поэтому мои агенты, инженеры из «Лорики», начинили твою цитадель взрывчаткой. Если я не отправлю условный сигнал в течение двенадцати часов, ваша лачуга взлетит на воздух.

Я окаменел, представив себе, сколько людей погибнет, если это случится. Я поразился, что человек вообще может изобрести столь дьявольский план, и вдруг меня осенила догадка.

– А ты ведь и в самом деле знаешь, для кого строишь эту штуку и к каким последствиям это приведет, не так ли?

– Потому-то мы и назвали это совместным проектом.

Его распирало от гордости, и, хотя эмоции Дариуса едва не оглушили меня, я все же ощутил появление на сцене нового персонажа. Я повернул голову в том направлении, но из-за яркого света ничего не увидел. Затем внезапно моя слепота пропала, и я увидел Вету, пригвожденную к месту светом мощного фонаря.

Я нырнул влево, перекатился через голову и вскочил с «вульфом» в руке. Тем временем МакНил сделал первый выстрел. Он загнал в магазин второй патрон, а я снял пистолет с предохранителя, и мы выстрелили одновременно.

Моя пуля пошла довольно низко и угодила Мак-Нилу в правое бедро. Его нога моментально подогнулась. Мак-Нил отлетел влево и рухнул на пол. Он еще попытался встать, но очередь из автомата, выпущенная откуда-то из-за спины Веты, ударила ему в грудь и вышвырнула труп через врата в измерение Пигмалиона.

Человек из стрелковой команды Мак-Нила чересчур полагался на эффективность своего прожектора. Он не успел даже дернуться, как его настигла пуля. Он упал, и темнота сомкнулась над ним, словно воды прилива. Кроули выступил вперед из узкого коридорчика за моей спиной и очистил палубу восемью кусочками свинца, выпущенными из «Мак-10». Двое людей Мак-Нила остались лежать на платформе, остальные на миг зависли над пропастью и с криками ухнули вниз.

Нас попытались достать огнем с нижней платформы, но нашего уровня достигали лишь те пули, которые попадали между платформой и галереей, окружающей сердечник врат. Выпущенные почти под прямым углом, они не могли причинить нам вреда. Я отцепил от пояса осколочную гранату, выдернул чеку, досчитал до двух и с криком: "Осторожно, яичко горячее!" – пустил ее по полу, словно тар в кегельбане. Граната докатилась до края и по маленькой дуге полетела вниз.