Укус - Ричард Карл Лаймон

— Но дети…

— За детьми должны следить родители.

— Родители бывают заняты, отвлечены…

— Да чепуха это все! Ребенок — первее всего. А окна, открывающиеся только наполовину — это либо чьи-то комплексы, либо чья-то дурная голова.

— Может быть, и так. — Я все-таки расплылся в улыбке.

— Не знала, что тут так все устроено. Бьюсь об заклад, что и Билл не знал. Знал бы — не купил бы эту дурацкую машину вовсе.

— Все ради детей, Кэт.

— Я просто хочу подышать.

— Придется потерпеть. — Я отвернулся. — Так на чем я остановился: мы волнуемся за Донни, при том — не знаем, жив ли он еще… мы ведь даже не знаем наверняка, есть ли Донни.

— Конечно, есть.

— Ты его хоть раз видела?

— Нет. Но зачем Пегги выдумывать?

Я подумал над ее вопросом, затем — предположил:

— Ради Снеговича?

— Зачем ей подыгрывать этому громиле?

— Кто знает?

— Нет, не может такого быть. Кстати, второе окно тоже?..

— Да. Только на половину. Оба задних пассажирских окна так работают.

— О, великолепно.

Я выглянул в проем. Кэт ползла через соседнее сиденье к дверце напротив. Рубашка ее снова задралась, обнажая гладкую кожу на животе. Опершись о локоть, Кэт принялась дергать за ручку, опускающую стекло — с каждым рывком ее груди подпрыгивали, — но та, похоже, заела. В конце концов что-то щелкнуло, ручка резко прошла весь свой ход, стекло наполовину опустилось, а Кэт, потеряв равновесие, ойкнула и шлепнулась прямо на грудь.

— Вот дерьмо, — процедила она.

— А ветерок неплохой, — заметил я, подставляя лицо. — Даром что теплый.

— Открой и свое оставшееся, — попросила Кэт. — Оно-то хоть откроется нормально?

— Да, тем, кому разрешено сидеть впереди, разрешено и рисковать головой, высовываясь в окошко.

— Вот радость-то.

Перегнувшись через Пегги, я нащупал ручку. Мой локоть пару раз бесцеремонно пересчитал выступающие ребра девушки — поза была не из удобных, — но все же мне удалось справиться с окном.

— У Билла были свои хорошие стороны, — вдруг сказала Кэт.

— Какие же?

— Он, по крайней мере, выбрал машину не из сильно автоматизированных. Если бы после аварии вся автоматика накрылась, мы бы эти окна даже наполовину не смогли бы опустить.

— Старый способ — самый верный, согласен, — сказал я.

— Прогресс убивает, — провозгласила Кэт.

— А правительство подает ему патроны.

— Это откуда?

— Не знаю. Какая-то крылатая фразочка. — Потоки разогретого зноем воздуха обдавали мне лицо, грудь и голые плечи. Было очень жарко — но все лучше, чем прежде.

— Явно не твоя.

— А я на нее и не претендую.

Я глянул на Кэт. Она развалилась на заднем сиденье, подогнув поудобнее ноги, невольно напомнив мне о старых днях — когда мы, молодые и бесшабашные, бегали в кинотеатр. Вот там она сидела так же. По-королевски. И был приятный запах попкорна, и вся жизнь была впереди, и никаких извращенцев-мужей, вампиров и седых чокнутых байкеров нам тогда еще не светило. И не было всех этих шрамов… всех этих крошечных бледных вмятин и рубцов на теле Кэт.

Она терла щеку — засохшая кровь сходила темной пленкой. Ветер трепал ей волосы на макушке, бросал пряди на лоб. В глазах Кэт отражалось ясное голубое небо.

— Не так уж и плохо сидим, — заметила она.

— Но в укрытии было бы безопасней, — напомнил я.

— Здесь зато есть тень.

— Снегович может нас из нее выволочь.

— Если мы не пойдем против него в открытую — рано или поздно, — Донни лишится всех шансов. — Кэт прищурилась. — Ты ведь всерьез не думаешь, что Пегги его просто выдумала.

— Я не знаю. Но — что в этом невозможного? Мы знаем о нем только с ее слов. Не подозрительно ли, что за все время мы даже мельком не увидели парнишку?

— Смысл Пегги лгать нам?

— Снегович мог заплатить ей.

— Это безумие.

— Не такое уж и безумие, если подумать. Он мог помахать у нее перед носом деньгами… солидными деньгами, быть может. Вдруг он не угнал фургон, а нанял — вместе с личным водителем?

— Если ты говоришь правду, девчонка наврала нам с три короба.

— Вполне возможно!

— Но все же — вряд ли.

— Кто знает? — сказал я. — Когда мы улизнули от Снега, ему нужно было быстренько нас нагнать, пока далеко не ушли. Решать вопрос с транспортом ему пришлось в дефиците времени. Тут-то он и наткнулся на Пегги. На стоянке. Мог пригрозить ей, а мог и полюбовно договориться. Пойми, Снег Снегович ведь даже не подозревал поначалу, пока нас нагонял, что ему понадобится еще один человек. Хоть кто-то. Он нуждался в заложнике. Иначе нечем было нас прищучить. Нечем было заставить плясать под его дудку. Конечно, можно было просто преследовать нас какое-то время, но…

— Но мы бы оторвались.

— Именно! Наша машина всяко побыстрее будет. Но сама машина ничего не стоит, важен водитель. На порядочности которого можно сыграть. Вот он и придумал маленького несчастного Донни.

Кэт нахмурилась.

— Не знаю, не знаю. Что-то мне не кажется, что Снегович столь богат на выдумку.

— Возможно, ему подсказала Пегги.

— Тогда она — тот еще планировщик. И неплохая актриса вдобавок. Шанс наткнуться на такую мозговитую девчонку на автозаправке Троны…

— Близок к нулю, но что, если Снеговичу повезло? И что, если Донни не существует?

— Тогда они нас крепко поимели на пару.

Я обратился к пассажирскому месту и уставился на Пегги. Она все еще безвольно сидела у двери с опущенной головой, но кровь больше не капала с ее подбородка. Теперь, когда ясный взгляд вернулся ко мне, я отчетливо видел, как ее грудь вздымалась и опадала.

— Скорей бы она пришла в себя, — сказал я. — Тогда мы бы попробовали узнать правду.

— Я почти уверена, что мы ее и так знаем.

Поворачиваясь так, чтоб видеть Кэт снова, я сказал:

— С Донни или без Донни, нам здесь оставаться нельзя. Укрыться в скалах безопаснее.

— Как быть с Пегги? Мы что, бросим ее здесь?

— Забрать ее мы не сможем, если она не придет в себя.

— Но перенести…

— Мы не знаем, насколько сильны ее травмы. Лучше даже не пытаться.

— Значит, просто оставим в машине?

— Не думаю, что ей будет здесь худо — с открытыми-то окнами. Наш уход ничего принципиально не меняет. Что с нами, что без нас — ей все одно.

— Да, твоя правда.

— И ее шансы выжить растут, если мы вернемся к ней, разобравшись со Снеговичем. Потому что если Снегович разберется с нами, ни для нее, ни для Донни не остается…

— Если Донни существует, — криво улыбнувшись, перебила Кэт.

— Да. Ты улавливаешь суть.

Моя рубашка нашлась