Фрэнсис Вилсон - Перекрестья

Кроме того, ситуация с шантажистом может осложниться.

Но двадцать пять кусков, спокойно лежащих в кармане, вызвали в памяти слова их предыдущей владелицы.

Может быть, вам придется тратиться на вознаграждение тому, кто доставит какие-то сведения...

Женщина, которая хорошо работала и тратилась на благотворительность, достойна, чтобы на нее было немного потрачено.

Тем не менее он не мог заставить себя сразу же дать согласие.

— Что ж, как я говорил вам вчера, работа может оказаться нелегкой, и гарантий дать я не могу. Мало просто получить ваши фотографии. Необходимо раздобыть и негативы. Но если он пользовался цифровой камерой, их вообще не существует. Кадры могут существовать на любом жестком диске, да к тому же быть и продублированными. Чтобы разыскать их, потребуется время. Но это уже второй этап. На первом этапе надо выяснить, кто именно шантажирует вас.

Она задумчиво покачала головой:

— Я просто не представляю...

— Этот человек знает вас. Как только мы определимся с ним, потребуется изъять все копии снимков, где бы он их ни хранил. Но он не должен будет знать, что за всем этим стоите вы.

— Как вы с этим справитесь?

— Идеальный сценарий — создать иллюзию несчастного случая. Скажем, пожара. Но это не всегда осуществимо. Если вы не единственная его жертва — а я знал парня, который вообще сделал карьеру на шантаже, — то это несколько легче.

— Как?

— Я смогу похитить не только ваши материалы.

— Не понимаю.

— Если у него много жертв, но пропадут только ваши материалы, он все поймет. Если же я уничтожу все, что найду, у него будет несколько подозреваемых. Но в любом случае он будет стараться выжать из вас все, что возможно.

— Но как...

— Он будет исходить из того, будто вы думаете, что фотографии все еще у него. Вот почему мы и должны отвести от вас подозрения.

— Вы говорите так, словно и раньше занимались этим.

Джек кивнул. Ему не раз звонили по делам, связанным с шантажом. Многие жертвы не могли обращаться к копам, потому что им пришлось бы рассказывать о вещах, за умолчание о которых из них и сосали кровь. Они представляли, что дальше могло последовать судебное разбирательство, об их секретах трубили бы все газеты, или, по крайней мере, о них стало бы известно в обществе. Но часть жертв, доведенных до крайности, когда они не могли или не хотели больше смиряться с таким положением, принимали решение искать выход за пределами системы. Вот тут на сцене и появлялся Джек.

— Много раз. Может, даже имел дело с вашим безымянным источником.

— О нет. Он никогда... — Рука Мэгги взлетела ко рту.

Попалась, подумал Джек, но не стал говорить на эту тему. Из числа тех, кто мог быть в числе подозреваемых, отпала примерно половина. По крайней мере, для начала.

— Что же до рассрочки... мы что-нибудь придумаем.

На этот раз она улыбнулась, блеснув белыми зубами:

— Спасибо. Я позабочусь, чтобы вы получили свои деньги. До последнего пенни, — и открыла свою черную книжку без названия. — Все же я смогла принести вам сто долларов, которые вы просили.

Она протянула ему стодолларовую купюру и два сложенных листа бумаги.

Джек сунул деньги под свитер, в нагрудный карман рубашки. В этот раз шантажист хотел получить тысячу. Ему придется удовольствоваться лишь малой частью. И пошлет ее Джек.

У него была причина, чтобы самому заняться этим. Важно, что таким образом он мог выследить шантажиста. Он уже делал это. Посылаешь деньги в плотном многослойном конверте, куда встраиваешь крохотный радиомаячок — и следишь за ним.

Он развернул первый лист, где аккуратным почерком Мэгги сообщалось, что в данный момент больше выслать она не в состоянии. Отлично. Именно это он и посоветовал ей написать. На втором был адрес. Предполагалось, что деньги пойдут «жильцу». Далее название улицы и номер... явно почтовый ящик. Джек уже дважды сталкивался с этой улицей — Тремонт-авеню в Бронксе... ящик 224.

— Сукин сын!

— Простите?

— Я знаю этот адрес и знаю, кто шантажирует вас.

— Кто?

— Ходячий и говорящий вирус.

— Но как его зовут?

У Джека перед глазами всплыло круглое потное лицо с крупным носом, гравитационное поле которого как бы притягивало к себе в центр лица глаз и рот. Ричи Кордова — толстый, гнусный, вонючий и бесполезный кусок протоплазмы. Всего два месяца назад Джек уничтожил почти все материалы Кордовы, которые тот использовал для шантажа. Но вот фотографии Мэгги не попались ему на глаза.

— Вы его не знаете. Я говорил о нем — тот тип, который зарабатывает на шантаже.

У Мэгги был испуганный вид.

— Но как он раздобыл фотографии меня и...

И кого? — попытался понять Джек. Мужчины или женщины?

Он прекрасно представлял, как все получилось. Легальным заработком для Кордовы был частный сыск. Кто-то нанял его для расследования, в орбиту которого как-то попала эта несчастная. Засранец что-то подметил, сделал несколько снимков и теперь пускает их в ход, чтобы получать с них дивиденды.

— Не повезло. Не тот человек в неподходящее время и в неподходящем месте.

Мэгги наклонилась вперед:

— Мне нужно его имя.

— Лучше вам его не знать. Оно вам ничего не даст. Скорее доставит неприятности. — Он посмотрел на нее. — Именно так.

— Да, но...

— Я предполагаю, что вы верите в существование души?

— Конечно.

— Так вот, у этого типа не душа, а помойка.

Мэгги снова поникла.

— Это ужасно.

— Не совсем. Имей вы дело с любителем, а не с профессионалом, вам было бы проще сорваться с крючка, но вот с этим профи я уже имел дело. Я знаю, где он живет и где работает. И верну ваши фотографии.

Мэгги просияла:

— Правда?

— Ну, может, не берусь гарантировать все, но мы за несколько минут перешли от действия первого к действию второму. Это рекорд. Хотя мы все же должны послать ему деньги.

— Зачем? Я думала, что с их помощью вы выследите его. А если вы уже знаете, кто он такой...

— Есть причина, по которой мы должны загнать его в угол. Я хочу, чтобы он занервничал, чтобы стал искать связь с вами. Когда он позвонит, поплачьтесь на бедность...

Мэгги издала горький смешок.

— Заверяю вас, мне даже не придется ничего изображать.

— Убедите его. Разыграйте сцену, что вы не можете больше посылать ему денег... и держите его в этом убеждении, пока я не получу ваши фотографии. Мол, у вас просто нет возможности платить. Помните, он крепко рассчитывал на поступления от шантажа. И нам совершенно не надо, чтобы он связывал вас с человеком, из-за которого потерял их. Не хочу даже говорить, что он сделает в этом случае.

Вместо того чтобы задуматься, Мэгги радостно улыбнулась, словно сбросив с плеч ужасный груз.