Роберт Стайн - Кошмары чёрного кольца

Мне никак не удавалось выкинуть из головы слова: Карнавал обречён на провал. А вдруг всё это правда? И случится что-то ужасное?

— Из-за этого пожара мы попали в дурацкую ситуацию. Надеюсь, что те, кто слышал о нём, помогут нам и догадаются испечь булочки дома, — рассуждала вслух Тина, — а может, приготовят ещё что-нибудь вкусное и принесут на карнавал. И тогда у нас будет еды даже больше, чем в прошлом году.

— Хорошо бы, — сказала я. — Основные деньги мы всегда зарабатываем на продаже выпечки.

В руках я держала рисунки, поэтому, чтобы открыть дверь в спортзал, я положила их на пол. В этот момент мне показалось, что кто-то промелькнул и быстро выскочил в заднюю дверь. Я успела заметить, что у него были светлые волосы.

— Эй! — окликнула я его.

— Ты кому? — удивился Денни.

Я пожала плечами и подняла рисунки.

— Я никого не видел, — сказал он.

— Я тоже, — отозвалась Тина.

— Может быть, мне померещилось.

— Я вернусь в кабинет рисования и принесу остальные рисунки, — сказал Денни.

— Не забудь ленту, — напомнила ему Тина.

Он кивнул и быстро вышел из спортзала.

Тина прошла к столам, где уже было расставлено угощение. Все блюда были накрыты фольгой.

— Посмотри, как много всего принесли, — радостно сказала она.

Я почувствовала, что голодна, и подумала, что, пожалуй, могу взять украдкой одно шоколадное пирожное с орехами. Подошла к одному из столов и, приподняв край фольги, взяла пирожное. И быстро, пока Тина не увидела, сунула его себе в рот.

Как только я начала жевать, на моих зубах что-то хрустнуло.

Что это? Грецкий орех? Нет. По вкусу это было что-то кислое и на орех вовсе не было похоже.

Я продолжала жевать. И вдруг почувствовала, как во рту что-то шевельнулось.

Что-то живое у меня на языке! О ужас!

Я выплюнула пирожное.

— Охххх, — застонала я. — Мне сейчас станет плохо.

У меня подвело живот, я опустилась на колени, и меня вырвало прямо на пол.

11

— Что? Что такое? — Тина подбежала, чтобы посмотреть, что случилось.

Мне удалось подавить тошноту и выпрямиться. Я прикрыла рот рукой.

Мы обе смотрели на пирожное, а точнее, на белых извивающихся личинок.

Тина завопила от ужаса. У меня снова подвело живот. Я всё ещё ощущала шевеление личинок на моём языке. Икая, я кинулась к фонтанчику. Мне безумно хотелось прополоскать рот.

Тина внимательно проверила каждое блюдо с угощениями.

— Кто это сделал? — в отчаянии запричитала она. — Кто?

Я попыталась успокоить её, но меня снова стошнило.

Личинки. Личинки у меня во рту! Я подумала, что теперь уже никогда не буду чувствовать себя нормально.

— Что же нам делать?

— Надо посоветоваться с мисс Голд. Может, она подскажет, как нам быть.

— Личинки, личинки… — пробормотала мисс Голд, закусив губу, когда мы рассказали ей, что случилось. Она тяжело опустилась в кресло и положила голову на руки. Её трясло. — Думаю, что нам придётся отменить карнавал, — совсем тихо произнесла она.

— Но… но… — забормотала Тина, — мы так много сделали…

— Знаю, девочки. Но у меня плохие предчувствия.

Мы с Тиной переглянулись.

— Может, это и лучше, — сказала я. — Уже столько всего нехорошего случилось… И ещё случится…

— Что ещё может случиться? — запротестовала Тина. — Столько усилий и всё коту под хвост?

— Увы, — грустно сказала мисс Голд.

«Она казалась и правда испуганной», — подумала я.

Мне хотелось спросить её, почему она приняла такое решение, но тут в класс влетел Энтони.

— Эй, девчонки, бак с водой в спортзале полон до краёв, — выпалил он. — Хотите посмотреть? — И специально для меня добавил: — Денни, между прочим, там.

Мисс Голд нахмурилась. Я посмотрела на чёрное кольцо, блеснувшее на её пальце. Она перехватила мой взгляд и прикрыла кольцо рукой.

— Пойдёмте посмотрим, — сказала она, поднимаясь с места.

Денни сидел на скамеечке над баком с водой. Рядом с ним стояла красно-белая мишень.

— Мне всегда хотелось попробовать… — сказал он, — но Энтони ни за что не сшибёт меян в воду.

— Уверен? — Энтони схватил три бейсбольных мяча и приготовился к броску.

— Осторожнее, — предупредила его мисс Голд.

— Не беспокойтесь, я не стану целить ему в голову, — уверил её Энтони.

— Готов? — крикнул он Денни.

— Ты не заставишь меня искупаться.

Энтони взял мяч, размахнулся и метнул его в мишень. Мяч стукнулся в стену позади бака.

— Промахнулся! Промахнулся! — засмеялся Денни.

— Энтони, довольно, — приказала ему мисс Голд. Она пыталась говорить твёрдо, но голос её дрожал. — Мы уже всё видели. А теперь, Денни, слезай оттуда.

— Нет, у меня ещё две попытки, мисс Голд. И на этот раз я не промахнусь! — сказал Энтони и снова размахнулся и бросил мяч.

Мяч угодил в край мишени.

— Ты бросаешь, как девчонка, — поддразнил его Денни.

Я возмутилась.

— Ну, держись! — Энтони взял третий мяч.

— Энтони, прекрати! — сказала ему мисс Голд. — Он… он весь намокнет.

— Сам напросился! — Размахнувшись, Энтони метнул мяч.

Банг! Он попал в самую середину квадратной мишени.

Спреш! Денни полетел в бак с водой.

— Аааауууггхх! — заорал Денни, когда шлёпнулся в воду. — Выньте меня, — кричал он, отчаянно барахтаясь. — Помогите мне! Помогите!

Сначала я подумала, что он просто дурачится. Но почему-то лицо его стало ярко-красным. А потом я увидела, что от воды поднимается пар.

Денни всё кричал:

— Помогите… кто-нибудь! Я сварюсь здесь!

Он закрыл глаза. Его тело ослабло. И он погрузился в воду.

12

Мы подбежали к баку и заглянули через край.

Нас обдало горячим паром.

— Дай руку! — пронзительно закричала мисс Голд.

Но Денни был без чувств, ведь как-никак в баке был кипяток.

Схватив его за плечи, мы попытались вытащить его.

— Что с ним? — кричал Энтони. — Он дышит?

На наш зов прибежал школьный сторож мистер Гривс со своим помощником Джерри. Они-то и помогли нам вытащить Денни.

Мы положили его на пол. Его кожа была ядовито-красного цвета. Но, слава Богу, он дышал.

— Вода такая горячая… — едва выдохнул он.

Я дотронулась до его руки. Она была горячая как кипяток и красная как лобстер.

— Как такое могло случиться? — недоумевал мистер Гривс. — Я только что наполнил бак холодной водой. Клянусь!

— Пожалуйста, отведите его в медицинский кабинет! — распорядилась мисс Голд. У неё дрожала губа.