Скотт Вестерфельд - Чёрный полдень

— Ой, и правда… — Джессика оглянулась на Джонатана, и тот в ответ пожал плечами.

За эти несколько дней немудрено было и забыть, что Рекс обладает даром следопыта и досконально знает летописи полуночников. После того, что с ним сделали в пустыне, он стал… ну, другим. Теперь его взгляд часто делался таким безумным, что Рекс походил скорее на идиота, чем на провидца-следопыта.

— Так значит, луна не всходила? — спросила Десс. — Она просто появилась из ниоткуда?

— Или взошла невероятно быстро. — Рекс взглянул на собственные часы — механические; на запястье полуночника они продолжали ходить и в тайный час. — Мы вышли меньше трех минут назад.

— Ну ладно, и что с того? — тихо спросила Джессика. — В смысле то, что творится, и без того не лезет ни в какие ворота…

— Насколько мы знаем, луна как раз и создает тайный час, — ответил Рекс. Он снова уставился на небо и нахмурился. — А раз она не двигается, ее время может длиться черт знает сколько.

— Ох… — Джессика посмотрела на Джонатана, который запрыгнул на крышу школьного автобуса, чтобы оглядеть окрестности. — Гм, но тогда, возможно…

— Хватит ходить вокруг да около, Рекс, — вмешалась Десс. — Простая арифметика: нулевая скорость, умноженная на сколь угодно большой отрезок времени, дает в результате ноль. И что мы будем делать, если луна не собирается трогаться с места?

— Не собирается? — осторожно переспросила Джессика. — И что, так теперь будет всегда?

— Я этого не говорил. — Рекс наконец отвел взгляд от неба. — Это было бы… безумием.

— Да все, что происходит сейчас, чистое безумие, Рекс! — воскликнула Десс. — Сейчас не полночь, она в этот момент разве что в Австралии или где-то там, но время остановилось!

— Да, что вообще происходит, Рекс? — спросил Джонатан, мягко спрыгивая на землю.

Рекс вкинул руки, будто сдаваясь.

— Послушайте, в летописях знания о таких делах нет ни слова. — Его голос звучал по-прежнему спокойно. — Так чего вы ко мне-то пристали?

На мгновение все умолкли, ошеломленные его словами. Джессика поймала себя на том, что таращится на следопыта с открытым ртом. Надо же, как оказалось: как только запахло жареным, все дружно кинулись за разъяснениями к Рексу.

Он обвел их всех невозмутимым взглядом следопыта-знатока-провидца — и вдруг улыбнулся.

— Ладно, ребята, сбавьте обороты. Пусть для начала Мелисса принюхается. — Он повернулся к телепатке. — Ты чувствуешь Мадлен?

— Нет, она скрывается. Но готова поспорить, она обалдела не меньше нашего.

— А что насчет темняков? Они проснулись?

Мелисса на мгновение замерла, закрыв глаза и запрокинув голову, и стала мысленно обшаривать пустыню и земли за ней.

Джессика обвела глазами остальных. Они уже довольно давно не собирались впятером. Наверное, с той самой ночи на соляных пустошах, после которой все полетело к чертям — Рекса похитили, Мелисса вылетела через лобовое стекло машины, а Десс…

На Десс те события сказались, очевидно, хуже, чем на остальных. Теперь на большой перемене она ходила обедать с Джессикой и Джонатаном или одна, но никогда — с Рексом и Мелиссой. Она так и не простила телепатке, что та взломала ее память.

И Джессика не могла ее за это винить. Равно как и не могла винить Рекса за то, что он изменился после преображения в полунелюдя. А на лице Мелиссы после той аварии до сих пор оставались розоватые шрамы.

Но все как будто бы забыли, что Анатея, девочка-следопытка, которую много лет назад превратили в полунелюдь, той ночью УМЕРЛА. А по сравнению с этим все их беды — сущие пустяки…

Иной раз, глядя на полуночников, Джессике хотелось нацепить футболку с огромной надписью на груди: ЗАВЯЗЫВАЙТЕ ДУТЬСЯ!

— Да, они проснулись, — медленно проговорила Мелисса. — Даже странно, что вы, ребята, их не слышите.

— Не слышим? — Рекс, обернувшись через плечо, посмотрел на бедленды. — Хочешь сказать, они идут сюда?

Джессика сунула руку в карман в поисках «Дезинтегратора», но его там, конечно, не было — ей и в голову не приходило, что фонарик может понадобиться до полуночи. Сейчас при ней были только «Акарициандоты», браслет-цепочка, который подарил ей Джонатан. Джессика машинально перебрала пальцами тринадцать крошечных амулетов, болтающихся на запястье.

Мелисса покачала головой.

— Нет, сюда они не идут и вообще не особо двигаются. Просто очень шумят. — Она поморщилась, ее лицо болезненно исказилось — такое выражение всегда возникало у телепатки, когда вокруг находилось слишком много людей.

— Мелисса, о чем ты? — не понял Рекс. — Что значит «шумят»?

— Кричат, завывают, галдят.

— Вроде как со страху?

Мелисса покачала головой:

— Нет, вроде как на радостях.

Часы Джессики показывали 9.17 утра, но ей казалось, что синева властвует в мире уже много часов. Минуты еле ползли, словно само время стало бесформенным и тягучим.

А с другой стороны, как она может быть уверена, что часы идут правильно? Как можно быть уверенной хоть в чем-нибудь? Может, она и другие полуночники и правда уже сто лет торчат на парковке…

— Слезай оттуда! — снова закричал Рекс.

Джессика посмотрела вверх и вздохнула. Джонатан все еще стоял на крыше школы.

— Ты же вроде говорил, что это может продолжаться вечно! — крикнул он в ответ.

— Да, а может кончиться в любой момент!

— Не-а, полночь всегда длится час, Рекс. И ты это знаешь.

Джонатан засмеялся и перепрыгнул на крышу спортивного зала. Оттуда он оглядел горизонт, как будто небо Биксби могло скрывать в себе объяснение происходящего.

Джессика нервно сглотнула — ей тоже было не по себе смотреть на выходки друга. Но она знала, что кричать на Джонатана бесполезно. Он всегда летал до самой последней минуты полуночного времени, используя каждое мгновение невесомости. И вот теперь он вбил себе в голову, что внезапная синева продлится целый час. Для Джонатана происходящее не было мрачной и пугающей тайной, которую необходимо разгадать, — он просто радовался синеве как дополнительной порции сладкого, или лишней перемене между уроками, или просто возможности развлечься в скучный понедельник.

Джессике хотелось заорать на него, выругать за глупость, но если бы она объединилась с Рексом на глазах у остальных, Джонатан отказался бы слезать с крыши до конца света.

Если только конец света уже не наступил.

— Перестань, Джонатан, — вмешалась Мелисса. — Смотреть оттуда не на что, а навернуться ты и вправду можешь.

Джонатан нахмурился, но через мгновение ступил с края крыши в пустоту и медленно поплыл вниз.