Арина Рахманина - Темная кровь: Пробуждение

Огромным усилием я заставила себя открыть глаза и найти взглядом собственное запястье, откатившееся к стене. Теперь добраться до него! Да, не вставай, дорогая, если не можешь. Даже если сейчас ты вынуждена передвигаться на коленях, это потому, что ты борешься.

Схватив кусок собственной плоти здоровой рукой и вся дрожа от отвращения, я приставила его к тому месту, где он был пару минут назад. Ожидаемого облегчения не наступило, но ведь все и не могло зажить мгновенно. Ничего! Ярослав ушел не так давно, какое-то время у меня есть, так что я могу подождать, пока процесс начнется.

Не знаю, сколько прошло минут или часов, пока я сидела там, опершись о стену и прижав отрубленную ладонь к кровоточащему запястью. Не думаю, что слишком много. В руке постепенно стало ощущаться покалывание. На какое-то время я впала в забытье, а когда очнулась, то обнаружила, что рука выглядит так, будто ее рвали дикие звери, но она уже воссоединилась с моим телом, даже пальцами двигать получилось.

Так, а вот теперь мне пора быбираться отсюда. Надо быстро добраться до дома Кирилла. Даже если его самого там нет, то холодильник с донорской кровью точно несколько облегчит мои страдания.

Боль уже не так сильно туманила мой рассудок, потому я достаточно быстро добралась до выхода из подземелья и открыла потайную дверь, проникая в дом.

И обмерла.

В доме было двое — вампир и еще кто-то. На какую-то долю секунды меня охватила радость от того, что Кирилл пришел, но это был не он. Это была Соэрен!

Но, как бы там ни было, Соэрен — почти моя сестра, хотя и недолюбливает меня. Наверняка Кирилл отправил ее и Марка на мои поиски. Возможно, он имел представление о местах, где я могла оказаться…

Она тоже ощутила мое присутствие и стала приближаться. Но кто это с ней? Явно не упырь — никаких следов той странной ауры, которая бывает у людей, пивших вампирскую кровь.

Я проковыляла к стене у окна, не желая, чтобы на меня падал свет луны. Все-таки, стоит сначала внимательно присмотреться к спутнику Соэрен.

— Ах, вот ты где! — выпалила вампирша, едва войдя в дверь.

Вслед за ней в комнату фактически влетела уже знакомая мне женщина с серебристыми волосами.

Марика!

— Вы — вместе? — удивилась я.

Но Соэрен не удостоила меня ответом.

— Смотри сама, — обернулась она к Марике, — сейчас она все силы направляет на то, чтобы регенерировать быстрее, потому ты без труда увидишь, что случилось.

— Поверить не могу! — так и замерла на месте ведьма. — Он действительно обратил ее! И ты говоришь, — обратилась она к Соэрен, — что Винченцо знал о том, что эта девочка — ведьма?

— Знал, — кивнула та. — Ему потребовалась сила ведьмы, чтобы разобраться кое с каким неугодившим ему семейством вампиров, потому он решил направить ее вот таким образом.

— Отвратительно, — выдохнула Марика.

Я просто отказывалась верить своим ушам.

— Соэрен! — выпалила я гневно. — Ты выдаешь тайны породившего тебя ведьме??? Ты ненормальная?

— Ненормальна здесь только ты, — хмыкнула вампирша, — даже если и не осознаешь этого. И тебя нужно уничтожить, пока ты не стала ненормальной в полной мере. Из ведем, ставших вампирами, получаются монстры. Уж не знаю, что сподвигло моего отца обратить еще и тебя, возможно, его вечная страсть к экспериментам, но это точно было не лучшей идеей. Увлекшись тобой, он совершенно забыл, что такими, как ты, можно пользоваться лишь ограниченное время, а затем вас уничтожают!

— Да ты ревнуешь! — хихикнула я. — Так завидуешь, что это не тобой он увлекся?

— Посмейся, — прошипела Соэрен. — Посмейся в последний раз за свое никчемное подобие жизни и бессмертия.

Смех смехом, но сейчас эти двое станут меня убивать. Марика явно настроена помочь моей свихнувшейся от ревности сестренке. Я и с каждой из них поодиночке-то вряд ли справлюсь, а с обоими и подавно!

Я почти моментально сформировала в воздухе немалый воздушный смерч и швырнула его в своих противниц, а сама в этот момент ринулась в ближайшее окно, чувствуя, как от той скорости, на которой я вылетела из него, стекло расходится, словно бумага. Мое тело покрылось новыми ссадинами, а колготки порвались окончательно — я ведь все еще была в короткой юбке.

— О боги! — услышала я возглас Марики.

Судя по голосу, она едва успела отразить мчавшийся на нее смерч. Послышался звук ломаемой мебели.

— Когда ее обратили? — вспыхнула ведьма. — Разве она должна это уметь?

— Ее обратил древний, — буркнула Соэрен раздраженно. — Естественно, она сильнее обычных молодых кровососов. И опаснее.

Продолжение их беседы я не слышала, потому что мчалась, напрягая все оставшиеся у меня силы, прочь от этого места.

Обе они бросились меня преследовать, но присутствие Марики я вскоре перестала ощущать. Ведьмы были хороши в бою, но по скорости они вампирам уступали. Конечно, если мы начнем сражаться с Соэрен, она вскоре нас догонит, но такая драка в мои планы не входила. Мне нужно было добраться до Кирилла раньше, чем эта психопатка до меня.

Только не очень-то это получалось. У меня, голодной и истекающей кровью, силы были на исходе, а Соэрен, очевидно, лишь недавно подкрепилась, потому нагоняла меня и довольно быстро.

— Дура, — бросила я через плечо, — Кирилл из тебя за это сделает фарш и поджарит на противне! Кто ты такая, чтобы лезть в его дела?

— Это ты дура, которая понятия не имеет, что происходит, — рыкнула она, не сбавляя темпа. — Я просто защищаю его, пусть даже и от него самого!

— Какая ты благородная! — на бегу мне не слишком удалось придать голосу достаточно сарказма.

— Ты понятия не имеешь, что происходит! В город прибыл один из вампирских старейшин. И если он наткнется на тебя — Кириллу очень нелегко придется.

— Что ты говоришь! И кто же скажет ему, что я — обращенная ведьма?

— А кто поручится, что ты не сорвешься в самый ответственный момент?

Замечательно! Я еще и должна принять свою смерть, как благо. Естественно, что говорить о маленьком нюансе в моем происхождении смысла не было. Да я и не стала бы. Кто она вообще такая и что берет на себя?

В следующую секунду я ощутила, как у моего виска что-то резко пронеслось. Соэрен соорудила себе из тьмы хлыст и теперь пыталась попасть в меня, чтобы боль заставила меня сбавить скорость еще больше.

Я не выживу, если ей удастся! Я не оборачивалась не только для того, чтобы не давать ей фору ни на долю секунды, я не оборачивалась еще и потому, что в ее глазах увидела бы свою смерть.

Нет, только не это. Вот такого Кирилл мне никогда не простит.

Вот теперь у меня действительно остался единственный выход.