Лори Хэндленд - Темная луна

— Как и мне.

— Ты стала моей половинкой в тот самый день, когда я уронил книгу тебе на ногу. И я больше никогда не хочу с тобой разлучаться.

— И я не хочу с тобой расставаться. Вот только…

Я глубоко вдохнула. Надо обсудить еще кое-что. Я люблю Ника, но у меня есть работа, и никто не сможет помешать мне ее выполнять. Даже он.

— Ты должен знать, во что ввязываешься.

— В жизнь с тобой. Это все, чего я всегда хотел.

— Жизнь со мной обозначает отсутствие всякой жизни, Ник. Постоянные угрозы, куча работы, высокая вероятность мучительной смерти.

— И чем это отличается от моей нынешней жизни?

— Есть большая разница между агентом ФБР и ягер-зухером.

— Знаю, — кивнул Ник. — Не терпится приступить.

Я покачала головой.

— У нас не будет детей.

— Что-то не припоминаю, как говорил, будто их хочу.

— Говорил. Тогда, в Стэнфорде.

— Я сам еще был ребенком. Сейчас я воспринимаю мир совсем иначе, чем на прошлой неделе. Приводить в него детей… Не уверен, что это хорошая мысль.

Он словно озвучивал мои мысли. Как странно.

— Ты все, что мне нужно, Элиза. Я всегда мечтал только о тебе.

— Я больше похожа на кошмар, чем на мечту.

— Ты та же самая девушка, в которую я влюбился — и тогда, и сейчас. То, что под луной ты становишься волком, ничего не меняет.

— Значит, ты не слишком приглядывался.

— Я вижу, какая ты на самом деле.

— Гав-гав, — усмехнулась я.

— Это лишь маленькая изюминка.

— Это тебе так кажется.

— Я знаю правду, и мне плевать. Ты Элиза Хановер. Ты собираешь игрушечных воронов и итальянские туфли. Любишь чизбургеры слабой прожарки и белое вино.

— Но не вместе.

— Ты смеялась, когда я шутил. Теперь, отыскав тебя, возможно, я и сам вновь научусь смеяться.

— А ты знаешь, что я не состарюсь? Никогда. — Я оглядела проблески седины в его шевелюре и морщинки, которые солнце, ветер и время заложили в уголки его глаз и рта. — Я всегда буду выглядеть на двадцать два, и с каждым годом это будет все сложнее и сложнее объяснить.

— А кому ты собралась объяснять? Все, кто для нас важен, и так в курсе.

Никогда не смотрела на ситуацию с такой стороны. Но все же…

— Ты умрешь, — прошептала я. Глаза жгло. — А я нет.

— Все мы смертны, Элиза.

— Но не я. По крайней мере, я не умру от болезни или от старости.

— Тебе лучше совсем не быть вместе со мной, чтобы не волноваться о моей преждевременной смерти? Полагаю, тебе отпущено даже меньше дней, нежели мне.

Я нахмурилась. Да уж, он чертовски убедителен.

Ник схватил меня за талию и привлек к себе.

— Можешь попытаться убедить меня уйти и никогда не возвращаться, но я это сделаю только в том случае, если ты скажешь, что не любишь меня.

Я посмотрела ему в глаза. Неужели он скрывает сомнение? Но я не увидела ни тени колебаний, только любовь.

А когда сама продолжила сомневаться, Ник медленно наклонился ко мне, давая время запротестовать, убежать, солгать ему, что я не хочу его и не люблю. Но я не смогла, и когда он приник ко мне в поцелуе, сдалась.

Ник подхватил меня на руки и отнес в спальню. По коже бежали мурашки возбуждения, когда он положил меня на кровать.

Наши губы соприкоснулись и тела слились под нежный шепот обещаний о будущем, которое внезапно показалось таким прекрасным. Нет ничего, с чем мы не сможем справиться.

— Вместе, — прошептал Ник.

Позже, много позже, когда солнце уже взошло высоко, а мы по-прежнему лежали в постели, я задумалась о белой фигурке волка, которую Ник принес назад из леса. Надо бы уничтожить амулет, но… никогда не знаешь, когда подобная штука пригодится. Поэтому я повесила тотем на шею, и фигурка сразу же скользнула в ложбинку между грудей.

Луна всегда будет меня звать, и это нормально. Так, как должно быть. Вместо ужаса я ждала следующего полнолуния с предвкушением. Монстры снова изменят правила, как всегда, а ягер-зухерам придется к ним адаптироваться.

Что там ждет нас в будущем?

Где-то в доме зазвонил телефон. Ник проснулся и глянул в мою сторону, затем взял мои татуированную руку и поцеловал пентаграмму.

— Мне нравится твоя татуировка, — прошептал он. — Очень секси.

Для Ника мне никогда не приходилось притворяться кем-то другим. Что за дар судьбы, такой парень!

В дверь постучали.

— Вставайте, — нетерпеливо позвала Джесси. — У нас полно работы.

__________________________________________________

Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru

Куратор: LuSt         

Над переводом работали:  LuSt, ЛаЛуна, laflor, Black_SuNRise   

Беты: LuSt, Кьяра, Bad Girl

Принять участие в работе Лиги переводчиков

http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151

Внимание!

Электронная версия книги не предназначены для коммерческого использования. Скачивая книгу, Вы соглашаетесь использовать ее исключительно в целях ознакомления и никоим образом не нарушать прав автора и издателя. Электронный текст представлен без целей коммерческого использования. Права в отношении книги принадлежат их законным правообладателям. Любое распространение и/или коммерческое использование без разрешения законных правообладателей запрещено.

Примечания

1

Гунны — союз племен, сложившийся во II—IV вв. в Приуралье из тюркоязычных хунну и местных угров и сарматов. Гунны создали огромную империю от Волги до Рейна. При полководце и правителе Аттиле пытались завоевать весь романский запад.

2

Кроманьонцы — ранние представители современного человека в Европе и отчасти за ее пределами, жившие 40-10 тыс. лет назад; возможные предки европеоидной расы. Название происходит от грота Кро-Маньон во Франции, где в 1868 году было обнаружено несколько скелетов людей вместе с орудиями позднего палеолита.

3

Сленговое название Висконсина: именно этот штат производит больше других молока и сыра, чем другие (около 50% от производства этих продуктов в США).

4

Фэрхейвен — Тихая гавань.

5

Plymouth Grand Fury — американский автомобиль, выпускался в 1974–1977 и 1980–1989 г.г. самостоятельным подразделением компании Chrysler (Крайслер).

6

Пивной Город (англ. Brew City, Beer Town) — прозвище города Милуоки, Висконсин. Когда немецкие иммигранты начали прибывать в 1840-х годах, они привезли с собой страсть к искусству пивоварения. И в течение последующих 100 лет Милуоки стал ведущим производителем пива в мире. Уже к 1843 году в городе насчитывалось множество пивоварен и 138 таверн, примерно 1 таверна на 40 жителей. Хотя производство пива уже не является основной отраслью, его наследие можно увидеть везде в городе. Напоминанием о старых добрых временах расцвета пивоварения является особняк Пабста (Captain Frederick Pabst Mansion), здание Blatz (Blatz Building), заводы компании Миллер и большое количество пивных (beer halls) и таверн по всему городу. Пивоваренная компания Миллер (Miller Brewing Company), где ежегодно производится более восьми миллионов баррелей пива, является 2-м производителем пива в США и важным работодателем в Милуоки. В свое время в Милуоки находились сразу 4 крупнейших производителя пива, однако сейчас из крупных пивоваренных компаний в Милуоки остался только Миллер. Таким образом Милуоки по праву заслужил свое прозвище «Город пива».