Ирина Ангара - Мертвые тоже хотят жить (СИ)

И что это было?

Окинув задумчивым взглядом комнату, прислушалась к себе.

То, что обычно зовется интуицией, призывало ничего не трогать и не проверять.

А почему?

Качнувшись с пятки на носок, оправила складки платья и неспешно пошла на выход, вскользь отметив наличие нужной книги на полке. Та стояла все там же, на второй полке сверху, пятнадцатой с краю от окна.

Не торопясь, обошла всю квартиру и, никого не обнаружив, вернулась в спальню. Покрутившись рядом с зеркалом, с разбегу прыгнула на заправленную кровать и устроилась там в позе морской звезды.

И что я тут делаю?

Осмотревшись, подняла взгляд на потолок, украшенный новой люстрой.

Симпатичная, но прошлая явно была лучше.

Вздохнув, потерла лицо руками. Зачем я сюда прихожу? Ради спрятанных карточек? Ерунда, того, что мне даст по окончанию договора Глеб, более чем хватит на жизнь. Ради мести Вадиму?

Месть…

Покатав на языке это горько-сладкое слово, невесело усмехнулась.

А ведь я уже давно не думаю о ней. У меня совершенно другие проблемы, другие мечты, другая жизнь.

Так зачем? Зачем я с настойчивостью носорога напоминаю себе о Вадиме, о смерти, о старой жизни, о спрятанных деньгах?

— Марина?

Повернув голову к двери, с удивлением заметила замершего там мужа, до белых костяшек в пальцах вцепившегося в косяки, и рассматривающего меня со странной надеждой.

Когда он успел прийти, и почему я не заметила?

— Не уходи, — выдохнув, он сделал маленький шаг вперед.

Поджав ноги к груди и обхватив их руками, с интересом рассматривала его лицо, глаза, встрепанные волосы, сбитый в сторону узел галстука. Он явно спешил. Сейчас же, проследив за моим движением, снова замер, готовый броситься вперед.

Но ведь душу невозможно поймать? Ведь правда.

Скривившись словно от боли, прошептал:

— Поговори со мной…

— О чем?

— Каким я был идиотом? — он с силой сжал кулаки, а когда заметил мой взгляд, зацепившийся за его руки, горько усмехнулся. — Прости…

Я неверяще качнула головой, подумать только! Он просит прощения!? Он, уверенный в себе, красивый, богатый, видящий во многих людях лишь средство для достижения своих целей, он просит прощения? Мир сошел с ума.

— Не простишь? А зачем тогда приходишь!? Зачем? Ты вынула мне душу! Ты снишься мне по ночам! А когда я прошу остаться, ты уходишь! Разворачиваешься и уходишь! — он кричал, сжимая руки в кулаки, сверкая глазами, пока не захлебнулся в словах, чтобы прошептать: — А сейчас? Как ты это делаешь? Как?

Склонив голову на бок, исподлобья рассматривала мужа. Как сильно он все же изменился. Куда делись его спокойствие и цинизм? Где непробиваемая уверенность и непоколебимое себялюбие?

— Я ведь приказал раскопать тело.

— Что? — недоверчиво прошептав, подалась вперед. — Зачем?

Но он меня не слышал, казалось, он жил своей жизнью, обвиняя меня, крича, уговаривая, спрашивая.

— А ты знаешь, что после прошлого раза я поставил наблюдение? Да, да, дорогая, как раз после того, как ты решила меня упокоить.

Упокоить? Это он про тот удар подсвечником? Неловко получилось.

— Тебе там скучно одной? Ты поэтому приходишь?

Скучно но не поэтому. Не рассказывать же ему правду в самом деле. И… что там насчет наблюдения?

Широко распахнув глаза, уставилась на мужа.

— Я угадал? Скучаешь? Я тоже, милая, — он расплылся в довольной улыбке и сделал шаг ко мне. — Значит простила? Я бы не смог, но ты всегда была моей солнечной девочкой.

Моргнув, открыла и закрыла рот.

Слов не было. Что я там говорила про себялюбие и эгоизм? Куда делись? Да никуда! Вот они, расцветают пышным цветом.

Муж еще что-то сказал и протянул руки ко мне в желании коснуться, меня же передернуло от страха, и я просто сбежала, оставляя позади эхо от его голоса и своего имени:

— Марина…

— Мари! — чужие жесткие пальцы с силой вцепились в запястье, подгоняя душу занять подобающее ей место.

Резко распахнув глаза, приоткрыла рот, с шумом вдыхая в себя так необходимый сейчас кислород. Перед глазами плыло, и вместо обычного, привычного за недели потолка, я видела странное смазанное пятно, увеличивающееся в размерах.

— Мари! Да сколько можно!? — руку отпустили, но лишь для того, чтобы вцепиться в предплечья и потрясти, совсем как грушу.

Зажмурившись, мотнула головой, прогоняя туман.

Глеб! Зараза! Сам же говорил, что нельзя резко возвращать душу в тело! А сам что творит?

— Хватит! — прошипев сквозь зубы, пару раз моргнула, фокусируя зрение. Кажется зря. Перекошенное лицо Глеба выглядело отвратительно. — Отодвинься!

Скрипнув зубами, он чуть отстранился.

— Ты где была?

— Тебя ждала! — ударив по груди парня, попыталась приподняться, но его руки все еще лежали на моих плечах. — А вот ты где был?

Лучшая защита это нападение. К тому же… это же надо быть таким мудаком, чтобы так грубо возвращать душу в тело? Хорошо хоть я сама уже уходила, иначе было бы еще хуже.

От воспоминаний о первой прогулке и последующего за ней возвращения меня перекосило. Тот ужас я буду помнить долго.

— Между прочим…

— Между прочим я несколько раз возвращалась, дорогой мой женишок, — не дав договорить парню, решила высказаться сама. Злость кипела и струилась в венах, и пусть эта злость была больше на Вадима, чем на Глеба, но вот первого рядом не было, а второй… Как же он мне надоел!? И почему я такая правильная? Или рациональная? А может просто жадная?!

— И громко, громко тебя звала! Что у тебя со слухом?

Вздохнув, он отцепился от меня и с силой потер лицо, а потом не сдерживаясь ударил кулаком в спинку дивана.

— Глеб? Держи себя в руках, — отодвинувшись, замоталась в простыню и обхватила руками поджатые к груди ноги.

— Что мы делали не так?

— Мы все делали так! — вспомнив свои мысли, решила не откладывать надуманное в долгий ящик. — Абсолютно все! По пунктно. А ты не думаешь, что Стас…М-м-м…

Глубокомысленно промычав, дала Глебу додумать мысль. И он меня не разочаровал. Вскочив с дивана он сделал несколько шагов по комнате, потом застыл в центре в позе мыслителя и качнул головой.

— Нет!

— Мне тоже показалось… Он вроде мужчина серьезный, — задумчиво вздохнув, пояснила. — Вряд ли будет заниматься подобными глупостями.

— Нда… — парень сложил руки на груди и с трудом сдерживался. Глаза перебегали с одной вещи на другую, скользнули по мне, остановились на телефоне с потемневшим экраном. — Да что не так то?!

— Не знаю, — я пожала плечами. — Ты вроде говорил что слияние доступно парам. Но мы то не пара. Может поэтому? Найдешь пару, получится.