Мишель Роуэн - Ночной дурман

— Ну конечно.

— В таком случае, при чем тут общество «Амарантос»? — продолжил он. — Ты же туда вхожа.

Она вскинула на него взгляд:

— Кто тебе это сказал?

Ну наконец что-то начало проясняться. Хотя Маттиас и переживал за жизнь дочери, он совершенно не боялся нанести смертельный удар в случае необходимости. Да и при отсутствии таковой. Сейчас ему были нужны ответы — важная информация значила куда больше, чем какие-то личные переживания. Убив доктора Грей, он этих ответов не получил бы.

— Люди могут вступать в это общество, но не все, а только те, кто связан с его членами, составляющими верхушку. Ты много лет пыталась заполучить девочку-дампира для их ритуала, дарующего вечную жизнь, верно? А они терпеливо ждали.

— Очень удобно иметь наделенных властью друзей. И если такие друзья есть, ты сделаешь все, чтобы им помочь. Например, твоему брату.

— Да? — рявкнул Маттиас.

— Ты украл его трон.

— Он стал чудовищем, которое нужно было контролировать! — Маттиас сделал глубокий вздох. — Погоди-ка. Это он, да? Кристоф — твой человек в «Амарантос»?

Она задумчиво улыбнулась.

— Теперь, когда тебя свергли, он займет свое место по праву.

Я внимательно за ней наблюдала: за языком тела, за лицом, при упоминании Кристофа осветившимся радостью и решимостью. Наконец все части головоломки сложились. Я с трудом подавила вскрик.

— Кристоф… — пробормотала я. — Он… он отец Деклана, да?

Она хмуро на меня посмотрела и после короткой паузы ответила:

— Да, это так.

— Он вас изнасиловал? — В глубине души я все же могла сочувствовать человеку, подвергшемуся насилию. Должны же существовать хоть какие-то причины, почему она превратилась в жаждущую власти стерву. Но Моника быстро развеяла мои опасения.

Она усмехнулась:

— Ну конечно нет. Он был моим любовником. Я отдавала ему свою кровь, а в ответ он предлагал мне все что угодно, включая бессмертие. Но потом Маттиас его где-то заточил… я так и не смогла найти это место. Кристоф заслужил право снова стать королем. И он им будет. Я лично прослежу за этим.

Маттиас сначала просто смотрел на нее, а потом расхохотался:

— Ой, Моника, ты нечто. И что, по твоему мнению, произойдет, когда Кристоф освободится и восстановится после тридцатилетнего заключения? Думаешь, он снова сделает тебя своей любовницей? Жаль расстраивать, но сейчас у тебя тело и лицо шестидесятилетней женщины. Боюсь, совсем не в его вкусе. Ты и в тридцать-то была для него старовата. Представь, что он сделает тебя бессмертной. Ты же на вечность останешься старой сморщенной ведьмой.

Лицо доктора Грей потемнело от гнева, она сжала кулаки:

— Он вознаградит меня за преданность! Особенно если я принесу ему в качестве подарка твою дочь, чтобы он смог восстановить силы.

Этого хватило, чтобы Маттиас сорвался. Он сдерживался, но тут Моника явно переступила черту.

Маттиас кинулся на нее, схватил и впечатал в стену.

— Нет, я успею убить тебя до этого!

В камеру влетел охранник и с помощью электрошокера заставил Маттиаса ослабить хватку. Король вампиров отшатнулся и упал на пол, забившись в конвульсиях от удара электричеством. Доктор Грей отряхнулась и снова взяла себя в руки.

Я не могла поверить, что его было так легко остановить. Что происходит?

Доктор Грей посмотрела на меня и усмехнулась, увидев мое замешательство:

— Мы на этаже, где содержатся все наши дампиры. Сюда же приводят пленных вампиров. В стенах — серебро. Его удобно использовать, когда имеешь дело с вампирами — оно их лишает сил. Видимо, Маттиас не хотел тебя расстраивать, сказав, что он сейчас такой же слабый, как любой смертный. Он практически бессилен.

Серебряные стены. Я огляделась, замечая сверкание, на которое не обратила внимание, входя в помещение. Поэтому-то Маттиас ничего не делал. Он не мог рисковать жизнью дочери.

Маттиас и я переглянулись, потом он отвел взгляд:

— Хватит, Моника.

— Согласна, — сказала она. — Хватит. Я собиралась сделать твою смерть приятной. Посмотри на Джиллиан. Симпатичная, да? Не ее я изначально предполагала использовать против тебя, но и она сойдет. Не надо каких-то особых талантов, чтобы стать едой для вампира, достаточно привлекательного лица и красивого тела. Правда, ты отказался от этого подарка.

Маттиас, качнувшись, поднялся на ноги:

— Смерть — не подарок.

Доктор Грей скрестила руки на груди:

— Я рада, что ты ее не попробовал. Рада, что ты все еще жив.

Маттиас склонил голову набок, явно в некотором замешательстве:

— Пытаешь навести мосты? Боюсь, для этого слишком поздно.

— Ты смог зачать великолепную девочку-дампира. Значит, ты в чем-то особенный. — Она подошла к королю вампиров и провела пальцем вниз по его груди. Не остановившись на поясе, она прижала ладонь к выпуклости на брюках. — Я бы использовала тебя для дальнейших экспериментов. Скорее всего, что в течение года мне удастся получить ответы на все интересующие меня вопросы. Потом я запру тебя — как ты сделал с Кристофом — и оставлю сохнуть и чахнуть без крови и секса. Тридцати лет полной изоляции в серебряном гробу хватит, чтобы окончательно свести тебя с ума, как думаешь?

Почему Деклан так долго не приходит в себя? Где черти носят Карсона? Почему же он сейчас не стоит плечом к плечу со своей соратницей по борьбе с вампирами? Что они оба сказали бы, узнай о планах доктора Грей? Все, что она до сих пор делала — все эти тридцать лет — была направлено на уничтожение Маттиаса и восстановление на троне Кристофа.

Ее преданность предыдущему королю вампиров граничила с безумием.

— Ты понимаешь, что жизнь твоей дочери в моих руках. — Она выписывала круги вокруг Маттиаса. — Ты бессилен — и это только маленький образец того, что Кристоф чувствовал все эти годы по твоей милости. Твой собственный брат. Может, тебе стоило убить его, когда представилась такая возможность.

Маттиас скрипнул зубами:

— Я пытался. Он не мог умереть.

— Ритуал «Амарантос», — прошептала Моника. — Говоришь, он сработал?

— Знаю только, что когда я всадил серебряный кинжал в сердце Кристофа, его это не остановило.

Я резко втянула воздух. Ритуал для получения бессмертия. Кристоф выпил крови. Правда, Маттиас тоже. Что это значит? Что он неуязвим? Они оба бессмертны?

— Полезная информация. Выходит, он быстро восстановится после освобождения. — Она вздохнула, похоже, что с облегчением. Неужели боялась, что Кристоф мог и не дожить до этого дня? Что все эти годы она питалась иллюзиями? — Сейчас ты должен пройти с моим охранником, чтобы мы могли украсить твои запястья милыми серебряными наручниками. Ты же понимаешь, что мы должны соблюдать рядом с тобой кое-какие меры безопасности. Ты станешь великолепным племенным жеребцом. Думаю, благодаря тебе я смогу получить много материала для жертвоприношений.