Бри Диспейн - Жестокая красота

— Я, Дэниел Этлу, — сказал он, повторяя ритуальные слова, которым его научил Джарем, — избранный преемник Сирхана Этлу и главный претендент. Я вызываю всех, кто желает оспорить мое право возглавить клан Этлу. Войдите в круг. Остальные пусть держатся подальше ради собственной безопасности.

Гэбриел едва заметно кивнул Дэниелу и быстро занял свое место среди попечителей.

— Вперед, — прошептала я и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Лайза, Толбот, Слэйд и я плотной шеренгой дошли до помоста. Толпа снова зашумела — вервольфы поняли, что мы просто-напросто держим сторону Дэниела.

Другие претенденты пока не заявляли о себе. Короли Тени куда-то запропастились. Я принялась внимательно изучать зрителей. Судя по жестам и взглядам, которыми обменивались пожилой Урбат и молодой мужчина (вероятно, его сын), оба решали, кто из них примет вызов.

Спустя секунду отец одобрительно кивнул. Молодой человек миновал попечителей и очутился в круге.

Аудитория встретила первого претендента почтительным молчанием.

— Это Антон Оберот, сын Сергея. Он — бета в клане Оберот.

Затем появился и второй кандидат — крупный мускулистый мужчина в рабочих штанах защитной расцветки и плотной черной рубашке. В каждой руке он сжимал странные узлы.

— Кто он? — поинтересовалась я.

— Без понятия, — сказала Лайза. — Очевидно, одинокий волк. Или наемник, которому заплатили.

— Они — мои, — заявил Дэниел.

А в круг одновременно вступило еще трое. Самого высокого из них я узнала сразу и подумала, что двое других будут выступать в качестве его лейтенантов.

— Маррок, — Лайза поморщилась. — Он мой.

— А я возьму себе парочку его соратников, — пробормотал Толбот.

Интересно, спросила себя я, — а не пытается ли он сравняться с Дэниелом по количеству противников?

Вышел очередной соискатель — женщина, облаченная в небесно-голубые одежды, с золотыми браслетами и сделанными хной татуировками на руках.

— Махира, альфа Варколаков. Она очень жестокая, — пояснила Лайза. — Она стала вожаком после того, как в поединке оторвала голову своему бете — я присутствовала на той церемонии. А тот бедняга был ее братом.

Я поежилась. В следующее мгновение, к моему изумлению, Махира сбросила с себя одежду и предстала перед всеми совершенно голой.

Слэйд едва не рухнул на землю.

— Ладно, — усмехнулась я, — маленькой мисс Обнаженной займусь я. Вам, мальчики, с ней не справиться. Вы же будете постоянно отвлекаться.

В круг вошел новый кандидат. У него были белые как снег волосы, хотя выглядел он молодым. Во всем, кроме прищуренных глаз.

Лайза ахнула.

— Кристофер Варул, чистокровка! Варулы избирательны. Они не пускают в свою стаю таких, как я, — тех, кто стал Урбатом через заражение, а не через рождение.

— Он — точно мой, — процедил Слэйд, указывая ножом на Варула.

Неужели все? Толпа замерла, предвкушая сражение. Где же Короли Тени? Где Калеб? И мой младший брат?

— Что там у них стряслось? — вырвалось у меня.

— Не знаю, — одними губами ответил Дэниел и вытащил из ножен меч.

Попечители опять застучали копьями. Мое сердце отчаянно забилось в том же ритме. До затмения — ровно пятнадцать минут. Разве мы сможем усмирить Калеба, если он до сих пор не появился?

И меня, наконец, осенило: Калеб дожидается именно лунного затмения!

Стук копий стал почти оглушающим и вдруг прекратился.

— Начали! — закричали попечители.

Мы переглянулись, а волк-одиночка в камуфляжных штанах с воплем сорвался с места. Другие претенденты последовали его примеру. Главной их целью был Дэниел, и наша задача состояла в том, чтобы поскорее нейтрализовать их.

Одинокий волк сильно опередил остальных. На бегу он распустил узлы, и я увидела кнуты, состоявшие из серебряных цепей с рукоятками. Он лихо раскрутил их над головой.

Толбот выругался.

Вервольф метнул кнут в Дэниела, но тот молниеносно увернулся. Претенденты окружили их. Наша маленькая группа рассредоточилась, и каждый из нас занялся заранее намеченным противником.

Я устремилась за Махирой, которая бежала к помосту. Она сделала большой прыжок и, в воздухе превратившись в волчицу, приземлилась в футе от Дэниела. Тот бился с мистером Кнутом.

— Эй! — крикнула я, подняла булыжник величиной с бейсбольный мяч и швырнула его, целясь бурому зверю в лоб.

Махира повернулась ко мне и зарычала.

— Попробуй, догони меня! — заорала я.

Выждав полсекунды, я убедилась, что она заглотнула наживку, и помчалась к амбару. Я применила заранее выработанную стратегию. Я должна была увести других соискателей как можно дальше от Дэниела.

Волчица практически дышала мне в спину, когда я влетела в амбар. Я крутанулась и плашмя ударила ее мечом. Она взревела и кинулась на меня, выставив перед собой острые изогнутые когти. Я нанесла второй удар. Однако в моей кисти что-то хрустнуло, и я ощутила боль. Махира оказалась сильнее меня, а я вдобавок старалась не допустить даже намека на желание убить ее.

Она, оскалившись, ринулась на меня. Я перехватила меч и рубанула по ее передним лапам. Волчья шерсть тут же намокла от крови.

Махира гневно взвыла. Я метнулась к лестнице и забралась на сеновал в надежде, что у меня будет минутка для самолечения.

Волчица обогнула хлипкую лесенку. Я рассчитывала, что Махира примет человеческий облик, но ошиблась. Она разбежалась, совершила прыжок и приземлилась в нескольких футах от меня. Я вскочила на ноги и пустилась наутек, чувствуя, как гнутся и трещат гнилые половицы. Как раз месяц назад дети провалились здесь в дыру в полу, поэтому власти и приняли решение закрыть «Фрайтмар Фармз». Я устремилась к окну, которое выходило на гумно. Может, я уцелею?

Волчица взревела. Я оглянулась и обнаружила, что она скалится и готовится кинуться на меня. И меня озарило. В общем, я метнула свой палаш в металлическую коробочку на стене. Клинок пару раз перевернулся в полете и задел рукоятью красную кнопку, торчавшую из коробки. Именно с ее помощью Брент устраивал свои дикие розыгрыши! Махира понеслась ко мне, и в то же мгновение из тайника в потолке на нее рухнул огромный боевой топор. Лезвие не было острым, но Махира тотчас упала на пол. Доски не выдержали тяжести рухнувшего на них тела, и волчица с визгом полетела вниз. Звук, последовавший за этим, заставил меня содрогнуться. Я подскочила к пролому и посмотрела вниз.

Меня затошнило: из живота хищника торчал обломок шеста. Махиру нанизало на него, как на вертел.

Сперва она хрипела и извивалась, а потом обмякла. Я понимала, что она еще жива. Шест был железным, а не серебряным, и ей не грозила мгновенная смерть, но Махира наверняка испытывала чудовищную боль. Из-за потери крови она впала в ступор, что являлось для нее благом.