Анджей Ваевский - Сноходец

— Нет, бухучет я не потяну. Первичку еще ладно, но отчеты, разъезды по налоговым — тут нужен человек, который только бухгалтерией и будет заниматься.

Это был сознательный отказ. Яринка и так свалила на себя обязанности менеджера по продажам и по рекламе, перманентно превращаясь еще в секретаршу и уборщицу, а иногда занимаясь и закупками, что вообще-то было непосредственной обязанностью Сереги. Девушка как могла, так и восполняла нехватку сотрудников из-за невозможности стабильной выплаты зарплаты. Долги были столь большими, что о полном персонале не могло быть и речи. А еще и Борька ушел туда, где платят больше и постоянно, что являлось предсказуемым. Зато появился парнишка-программист по имени Валентин, да еще Инна — офис-менеджер.

— Шикарно! Двое подчиненных на трех директоров, — смеялась Яринка.

— Э, молодежь, час ночи. Вы чего здесь? — охранник заглянул в кабинет, увидев, что там горит свет.

— Работаем, чего же еще, — ответили Серега и Яринка.

— Вам хоть сверхурочные платят? — сердобольно поинтересовался охранник. Ответом был дружный смех.

За считанные недели из девочки с наивными глазами получился бизнес-танк. Привычка схватывать все на лету и здесь сыграла на руку Яринке, позволив быстро разобраться в делопроизводстве и компьютерном рынке как таковом. Девушка вообще мало чего боялась, а тут и вовсе окрылела, ставя новую фирму на ноги, оправдывая звание партнера. Серега хитро улыбался, понимая, что не прогадал, сделав ставку.

— Ты ведь меня не бросишь?

— Не-а, пока ты в такой заднице — я за тебя в ответе.

— А когда у меня все будет хорошо, то ты уйдешь?

— Ты сам сбежишь.

Фирма постепенно набирала обороты. Не то чтобы все сразу получилось, но хотя бы за квартиру всегда есть чем платить и не припухнуть с голода. Хотя и скромно, как церковные мыши. И все бы ничего, если бы не невероятный долг, который повесила на Серегу фирма, где он работал прежде. С этим вопросом надлежало что-то сделать, иначе не миновать судебного разбирательства. Да и бандитов подослать грозились. В чем тайный смысл подсылания громил, Яринка так и не могла понять. Что можно взять с Сереги, если он гол как сокол, в долгах как в шелках, машина вроде есть, но и та сломана, стоит на СТО который месяц — нет денег на ремонт. Что можно взять с того, у кого ничего нет? Сама собой проблема рассасываться не собиралась, выливаясь в телефонные звонки, от которых потряхивало Серегу. В итоге "пострадавший" явился сам и, видимо, для устрашения разбил лицо Сереге. Яринка заскрипела зубами и затаила злость. Уж очень девушка не любила, когда бьют ее подопечных.

После второй встречи с бывшим начальником, который разыгрывал из себя пострадавшего, Серега вернулся поздно ночью. И как-то сразу заторопился в ванную. Яринка окликнула его и велела включить свет. Увиденное заставило сжать кулаки до побеления костяшек: Серега был избит всерьез, дело не обошлось парой зуботычин. Однако виновниками оказались шайка грабителей, заприметивших одинокого ночного путника. Пешком ведь возвращался, денег на такси не было, а транспорт ночью не ходит. Сначала били. Отбивался. Их было трое, он один. Камень по затылку решил вопрос в пользу большинства. Очнувшись, Серега обнаружил, что нет бумажника и документов, сняли кожаную курточку, цепочку с крестиком, обручальное кольцо.

— Звони в милицию.

— Да что они сделают?

— Звони!

Их поймали по горячим следам. Курточку и документы удалось вернуть. Бумажник и золото канули в лету. Вроде обошлось, но мысли заработали в ином направлении. В том, которое диктовало, чтоб Серега обратился в "органы", дабы найти управу на вымогателей. Он упирался, но все же прислушался к голосу разума. А уж сам "голос разума" сумел направить милицию по нужному следу. Это и затрат-то никаких не требовало, плёвое дело.

Она его учила не бояться. Она отправила его на встречу с бывшим начальником. В итоге разговор протек так, что тот отказался от претензий. Что и было зафиксировано. Вопрос закрылся, хотя "пострадавший" так и не смог понять, как же такое вообще могло произойти. А виновница произошедшего помалкивала о своем вмешательстве.

— Серега, чаще меня слушай, мой милый мальчик. Я дурного не посоветую, — довольно улыбалась Яринка, сворачивая схемы подальше от глаз подопечного.

— Да я уже понял.

С этого началась новая ступень их отношений. Яринка нещадно выкорчевывала все комплексы и страхи, всю неуверенность, которая была в блондинистом полтавском мальчике. Она лепила нового человека, уверенного, смелого. Она творила солнце. И он ей это позволял, оказавшись благодатным и благодарным материалом.

— Дай мне возможность, и я сделаю тебя хозяином жизни.

Скрытое умение, которое впервые проявилось именно сейчас. Хотя… впервые появилась такая возможность.

— Я его слепила из того, что было… — будет спустя много лет смеяться Яринка.

— Она меня создала, сделала тем, кто я есть сейчас, — Серега никогда не отрицал: то, кем он стал, — заслуга Яринки.

Грани

Я слишком много думаю о тебе. О нас. О тех гранях, которые приходится переступать нам обоим, выстраивая хлипкие мосты понимания.

Грань, за которой я понимаю — ты лидер. Ты рожден быть лидером и иначе быть не может. Никогда. Ты был еще совсем "зеленым", когда сказал свое "я не буду работать на дядю" и начал строить свой мир, прогибая его и подчиняя. С этим невозможно не считаться. Я понимаю, ты тот, за кем идут, ты ведущий за собой. Вождь. И принимаю это.

Грань, за которой ты понимаешь, что лидер я. Но я иного плана, мне не нужна стая, я летаю в одиночестве. Это мое понимание свободы. Ты не обрезаешь крылья и не пытаешься меня впихнуть в свою стаю. Учишься не ранить мою гордость. Четкое разделение сфер власти. Ты осознал, со мной нельзя иначе.

Совместить несовместимое. Опровергнуть очевидное: Боливар не вынесет двоих. Но это не наш случай. Я сам иногда теряюсь от осознания того, что два человека с такими сильными, тяжелыми, непримиримыми характерами могут так легко ладить и находить общий язык.

Грань, за которой я понимаю — ты капитан корабля. А значит, царь и бог. И твое слово не оспаривается и не подвергается сомнению, оно самое важное.

Грань, за которой ты понимаешь, что я навигатор. И даже самый гениальный капитан столкнет свой корабль с рифами и потеряет ориентиры, если не станет слушать навигатора. Знать — мое слово важнее.

Наверное, это самое сложное, потому что приходится противостоять общественному мнению и давлению. Люди глупы и примитивны в своих суждениях. В их мозгах не укладывается, как таким сильным и самодостаточным взрослым мужчиной может управлять такое существо, как я. Они не видят разницы между "управлять" и "направлять". Они не знают, что направляю я не человека, ангела. А это стократ сложнее, учитывая бескомпромиссность характера. Только это и есть моя сила. И главное, что ее видишь ты. И понимаешь, что есть моменты, где я умнее и сильнее, а значит — мое слово более веское и правильное.