Вадим Смиян - Пушкинский вальс

   Госпожа Гончарова хотела было уже открыть машину, как Лена пролепетала:

    - Что же мне теперь делать-то?...

 В ее вопросе, обращенном к самой себе, было столько какой-то детской беспомощности, что суровая библиотечная дама смягчилась.

    - Мой вам совет, милочка, - сказала она. – Возьмите «Мертвые души» Гоголя… только поэму, а не роман, смотрите, не перепутайте! садитесь за работу, поищите в книге все о губернском городе и его обитателях, а потом изложите письменно ваши впечатления. С вашей подготовкой это будет весьма непросто, но другого выхода из вашего положения я не вижу.

   - Это не выход, Лилия Николаевна, - упавшим голосом сказала Пучкова.

   - Почему?

   - У меня нет времени. Реферат я должна сдать либо завтра вечером, либо послезавтра утром – крайний срок.

 Лилия Николаевна ошеломленно уставилась на нее.

   - Обычно на такую работу дают не один день! – сказала она. – Почему же вам…

   - У меня было три дня. Два из них я прогуляла… так вышло.

 Девушка говорила об этом так просто и спокойно, будто предпочесть безделье упорному труду было для нее обычным делом. Вот ведь незадача – так вышло! А теперь – караул, ее выгоняют из училища! Потрясающе! Подобного отношения к делу Лилия Николаевна никогда не могла понять.

   - В таком случае, - сказала она холодно, - вам следует не терять времени, а прямо завтра с утра начать искать себе работу, - и она взялась за ручку дверцы своей машины.

   - Постойте! – вскинулась Ленка, хватая ее за руку. Лилия Николаевна выразительно глянула на нее, и девушка отступила. – Подождите… Мне так нельзя, понимаете? Лилия Николаевна, я знаю, вы всем помогаете! Помогите и мне – пожалуйста!

   - Боже мой, да чего же ты от меня хочешь? – в сердцах воскликнула она. – За такой срок и я бы не успела написать реферат на подобную тему! Если б даже захотела…

   Она вдруг осеклась и умолкла, глядя на свою собеседницу. Ей в голову пришла неожиданная мысль… « Господи, да что же это я? Ведь эта дрянь сама плывет прямо ко мне в руки! Такой случай больше не представится!..»

    - А хотите, я вам заплачу! – вдруг воскликнула Ленка. – Я заплачу…

 Госпожа Гончарова прямо остолбенела.

    - Заплатишь? Мне?..Милая моя… да за что?

    - За помощь! За любую помощь! - быстро заговорила Ленка. – Понимаете… У меня есть деньги! Но если меня попрут из училища, мамаша моя больше не даст ни копейки! Она так и сказала: пока учишься – будешь получать от меня пособие. Выгонят – крутись сама как хочешь! Хоть в поломойщицы иди! Ничего не дам! И не даст – я свою мамашку знаю! она у меня бизнес-вумен. У нее снегу зимой не выпросишь. Помогите, Лилия Николаевна! Я заплачу любую сумму, какую скажете!

   И тут же поправилась:

   - Ну… в разумных границах, конечно.

 Лилия Николаевна продолжала смотреть на нее пристально и молча, о чем-то напряженно размышляя.

   - А сколько лет твоей маме, Лена? – вдруг спросила она.

   - Сорок шесть! А что?..

   - Просто интересно. Значит, мы с нею женщины одного поколения…А она знает, что ее дочь готова расплачиваться ее же деньгами за то, чтобы иметь возможность и дальше не работать, не заботиться о хлебе насущном, ничему не учиться… в общем, прожигать жизнь в свое удовольствие?

   - Послушайте… я к вам не на исповедь пришла, - в голосе Лены прозвучали жесткие нотки. – Я вела себя плохо с вами. Я извинилась. Мне нужна помощь, и я готова за нее заплатить! Что еще надо? Короче, не надо мне в душу лезть, ладно?

 - Да что ты! Я и не пытаюсь… Было бы куда лезть.

 Лена злобно взглянула на нее, но молча проглотила оскорбительное замечание. Лилия Николаевна все также задумчиво глядела на нее. « Обыкновенное простейшее, - размышляла она, - более примитивное, нежели крыловская стрекоза. При этом упакована в приличную оболочку – все как будто при ней! невзыскательному самцу может показаться даже красивой. Но если достойные люди идут на жертву ради каких-то идеалов, ради веры, родины и иных ценностей, то эта пустышка готова на все только ради возможности и впредь предаваться тупому безделью. Сейчас сосет кровь из матери, а потом найдет донора в лице мужа или спонсора… Мерзость какая!»

 - Ну что ж, - деловито сказала госпожа Гончарова. – Если ты готова заплатить… это другой разговор! – она открыла дверцу машины и села за руль. Затем широко распахнула дверцу.

 - Садись!

 - А…зачем? – тупо спросила девица.  

 - Ты, кажется,просила тебе помочь…Или думаешь, я стану тебе помогать на автостоянке?

   Лена негодующе фыркнула, обошла машину и уселась на переднее сиденье.

 Гончарова внимательно огляделась по сторонам: по-прежнему вокруг не было ни души, лишь по тротуару опустевшей Советской улицы порой мелькали неясные тени. Лилия Николаевна завела мотор, машина дернулась и поехала к дороге.

    - А куда мы едем? – спросила Пучкова, озираясь по сторонам.

     - Ко мне домой, - отвечала Гончарова просто.

 - Ой! Как-то не очень удобно...

 - Ну почему же? Считай, что я тебя пригласила.

 - Я как будто напросилась… И подружки знают, что я была с вами на ножах, и вдруг такое…    

 - Но ведь ты им не скажешь, своим подружкам,правда?

 - Нет, конечно! Что ж я, совсем дура, что ли?

 - Вот и я думаю, что не дура…А ко мне ехать нужно, так как необходимая тебе книга есть у меня дома. Я ее взяла после тебя, починила, и теперь она, конечно, чуть живая, но если проявить аккуратность, то воспользоваться ею можно… Возьмешь ее и поедешь домой. Ты далеко живешь?

   - Седьмой микрорайон, - отвечала Лена. – Но ведь домой потом вы меня не повезете?

   - Нет, конечно…я ведь не такси! Ты уж как-нибудь сама. Но у тебя ведь так мало времени… один только день.

   Между тем машина разогналась и стремительно летела по почти пустынной в этот час Советской улице. Доехав до главпочтамта, она свернула в переулок, миновала несколько перекрестков и выехала на улицу, ведущую к реке. Здесь фонарей было куда меньше, чем в центре города, а через лобовое стекло было видно множество огоньков на другом берегу.

 - Мы едем к реке? – спросила Лена.

 - Да, - отвечала Лилия Николаевна. – Это улица Восьмого Марта.

 - И вы …здесь живете?

 - Ты не находишь, что отдыхать на берегу речки слишком поздновато? – усмехнулась госпожа Гончарова. – Конечно же, я здесь живу.

 - Странно… здесь одни только старые домики, какие-то дворы…- заметила Лена с опаской.

 - Старый – не значит плохой. Да вот мы и приехали.

 Она сделала резкий поворот и остановила машину. Лена увидела сквозь лобовое стекло добротные ворота и тускло горящий над ними фонарь. Чуть дальше темнел силуэт большого двухэтажного дома.