Пауль Локамп - Охотник на ведьм

– Не знаю, святой отец, – тихо ответил я, – очень многих вещей не знаю.

– Поговорим?

– Нет, – я покачал головой, – не надо. Многие знания – многие печали. Поеду лучше домой, меня зверье ждет.

– Они не заменят тебе людей, Саша.

– Чем больше узнаю людей, тем больше люблю зверей, – усмехнулся я и сжал зубы, – в них нет столько злобы. Если они любят, то бескорыстно, а если ненавидят, то искренне.

– Но человек обязан жить среди людей.

– У меня слишком много обязанностей в этой жизни, отче, даже чересчур. Может, вы и правы, но не будем об этом. Не сейчас.

– Я буду здесь…

– Спасибо, святой отец, знаю.

Через несколько часов я был дома. Все, хватит с меня этих поездок и мнимых отпусков, после которых чувствуешь себя выжатым, словно лимон. Нескончаемая череда дел, которые наваливаются, как снежный ком, вышибая последние остатки веры в правильности моих поступков. Все же придется, хоть этого и не хочется, обратиться за советом к Ирландцу – слишком много вопросов накопилось. Во-первых – почему перстень сразу не почувствовал оборотня? Когда приехал на хутор, было некоторое неудобство, но там такая атмосфера, что сам волком завоешь, а кольцо молчало, даже знак не подало, что рядом находится волколак. Позже, уже за ужином, когда я начал высмеивать хозяина, он здорово разозлился и вот, только тогда, на взрыв эмоций, перстень ответил легким блеском и теплом.

Может Казимерас прав, надо было попробовать спасти старика? Но каким образом? Мне никто не объяснил, как изгонять нечистую силу из людей, которых обуял дьявол! Зато прекрасно объяснили, как убивать – мелькнула в голове мысль, испортив и без того паскудное настроение. Во-вторых – Авгур, советчик, черт бы его взял, не столько помогает, сколько наблюдает за развитием событий. Мол, вводные я тебе дал, а дальше крутись, как сможешь. Выплывешь – хорошо, а нет – значит, и не нужно, не очень-то и хотелось.

Я уже больше часа сидел на краю ванны, завернувшись в полотенце, и курил одну сигарету за другой, пытаясь расставить все факты на свои места. Может, Авгур прав, не мое это дело – размышлять о сложностях Добра и Зла? Существует Нежить, которую надо убивать, этим и ограничивается моя задача? Но Мечисловас не был Нежитью; он обычный больной человек, у которого не хватило сил или желания противостоять злу. И вот, как наказание за слабость, появляется такой, как я – палач, обреченный убивать таких же, как он сам, то есть людей, совершивших смертный грех.

Дверь в ванную приоткрылась и в проеме появилась любопытная морда Бакса. Мол, что же ты, хозяин, застрял – гулять пора! Следом за ним попытался пробраться Тишка. Хранители. А ведь это и правда так – не будь их, было бы совсем хреново! Ладно – я встал и начал вытираться. К черту глупые размышления!

Всю ночь меня мучили какие-то кошмары, обрывки кровавых историй и видения незнакомых городов. Лица чужих людей, которые вызывали непонятные мне теплые чувства, словно я встретил родных. Кто эти призраки прошлого? Черт побери, так можно сойти с ума…

С ума не сошел, слишком сильный, а вот заболеть – да, заболел. Оборотень все-таки занес своими когтями инфекцию в рану! Сначала поднялась температура, потом начало болеть плечо, в общем, полный комплект неприятностей. Моя соседка Вилия вчера вечером улетела в Америку, поэтому домашнего врача временно лишился, пришлось собираться в больницу. Зарегистрировался к хирургу и в ожидании приема коротал время, наблюдая за посетителями этого богоугодного заведения. Ну что я вам могу сказать: большая часть посетителей – это старушки, воркующие со своими товарками в небольших очередях. Любят они ходить к докторам – хлебом не корми! Большая часть их недугов – это надуманные болезни, которыми они беззастенчиво пользуются с одной лишь целью – пообщаться. Да, господа, не более того. Старикам, как никому другому, необходимо простое человеческое внимание. Дети? Что дети, у них семьи, свои проблемы и своя жизнь. Вот и бродят эти старики, как неприкаянные, по разным учреждениям, в слабой надежде урвать малую толику человеческого внимания и тепла, без которых и жизнь не в радость. Официальное внимание чиновников, искусственное участие врачей – суррогат добра, не более, но поймите, для одиноких людей и эта малость – большое счастье.

– Вы ко мне? – мои размышления прервал мужской голос.

– Если вы хирург и это ваш кабинет, – я кивнул на дверь, – то именно к вам.

– Заходите, – прогремел врач и первым зашел в кабинет.

Колоритная фигура, ничего не скажешь. Здоровый мужик, чем-то похожий на средневекового шкипера. По крайней мере, рыжая бородка у него подстрижена именно таким фасоном. Как у Мечислова, – мелькнула в голове мысль, и я даже поморщился, вспомнив хозяина хутора. Доктор принял мою гримасу иначе – как жалобу на здоровье.

– Ну-с, на что жалуемся?

– Так, небольшая травма. Глубокая царапина, но, по-моему, заразу занес.

– Раздевайтесь!

Вот так, не больше и не меньше – «раздевайтесь!». Напоминает старый анекдот с классической фразой в финале: «доктор сказал – в морг, значит – в морг». Надеюсь, до этого не дойдет, хотя спина и в самом деле выглядела неважно – плечо слегка распухло, а рана воспалилась. Вроде и чистил ее Казимерас, но, наверное, не до конца. Хорошо, что меня оборотень не укусил, иначе все – еще один кандидат на прогулки в полнолуние. Я, правда, поступил бы иначе – пустил бы себе пулю в лоб и не мучился. Хирург усадил меня на стул и, что-то насвистывая себе под нос, начал осматривать рану.

– Эка вас, приложило, молодой человек. Граблями по спине били? – поинтересовался он.

– Да нет, – поморщился я, – решетка упала.

– Ну да, – кивнул он, – конечно. Особенно если учесть гематомы на боку и спине, то падала эта решетка раз пять, не меньше. Ревнивый муж попался?

– Бог миловал, – буркнул я. Вот трепаться любит мужик! Интересно, хирурги все такие разговорчивые?

– Как на грозный Терек… – тихо пропел доктор и с железным грохотом бросил что-то в эмалированную миску, по форме напоминающую фасолину в разрезе. – Как на высокий берег, выгнали казаки сорок тысяч лошадей…

Вот певец нашелся на мою голову! Чего он там копается? Нашел себе развлечение, понимаешь, живодер проклятый! В этот момент за моей спиной открылась дверь и кто-то вошел в кабинет.

– Ну-с, – спросил врач, – какие у нас новости? Сильно начальство орать изволило?

– Ругали, – ответил ему молодой женский голос и всхлипнул, – сказали, чтобы и вы зашли, когда освободитесь,.

– Обязательно зайду, только закончу спину латать – и побегу, просто галопом поскачу. Надо полагать, жалоба поступила от нашей знаменитой поэтессы, которая бродит по больнице в этих ужасных зелено-розовых бантиках? – поинтересовался он.