Мишель Роуэн - Ночной дурман

Я вздрогнула:

— И это правда? Ты теперь абсолютно бессмертен?

— Точно не известно. Знаю лишь, что это была бесцельная трата одной крохотной жизни. Я и раньше догадывался, что Кристоф тот еще монстр, но с доказательствами лично не сталкивался. Его последователи верят каждому его слову. Все эти годы они таились во мраке, выжидая шанса найти его и снова сделать предводителем вампиров. Они считают, что я живу лишь собственными удовольствиями, не заботясь о своем народе, но это не так. Я должен питаться сексуальной энергией не реже, чем кровью, иначе слабею. С Кристофом та же история.

Я была вконец сбита с толку.

— Так что, все вампиры кормятся сексом?

— Нет. Молодые — нет. Но с годами эта потребность усиливается, и такие вампиры, как я и мой брат, сопротивляться ей уже не могут.

— Постой-ка. Кристоф — твой брат?! — потрясенно перебила я.

— Да.

— И ты запер его, чтобы он не мог больше никому навредить.

— Я не мог его убить, даже несмотря на все, что он сделал. Но он должен был заплатить за свои грехи. — Побледневший Маттиас отрывисто кивнул. — Из-за этого ритуала «Амарантос» очень ценят девочек-дампиров. Так что я знаю, что моя дочь в большой опасности, и должен ее защитить.

Вот теперь все мои сомнения насчет Маттиаса развеялись. Страх перед ним, все такой же пронзительный, остался, но мое первое впечатление о короле вампиров как о безжалостном убийце и насильнике изменилось.

Он вовсе не насиловал мать Деклана. Деклану много лет врали. Ему рассказывали басни, чтобы воспитать в нем ненависть к вампиру, которого он никогда не встречал, создавая из дампира оружие против того, кто якобы виновен в смерти его матери.

— Ты мне поможешь? — спросил Маттиас.

— Да. — Это простое слово не могло выразить всего, что я сейчас чувствовала. Понимала ли доктор Грей, насколько опасно иметь в своем распоряжении дампира, особенно девочку? Если кто-то узнает, он попытается похитить ее. Убить. Выпить ее крови в надежде, что это сделает его неуязвимым.

Эта девочка — полная моя противоположность.

Моя кровь — мгновенная смерть для вампира. Ее кровь — вечная жизнь.

Нам встретилось несколько человек, но Маттиас даже головы в их сторону не повернул. Мы же с ним незамеченными не остались. Все, кто ни попадался на нашем пути, пристально на нас глядели. Я заметила на лицах настороженность, некоторое опасение и ярость из-за того, что такая опасная нежеланная гостья, как я, свободно разгуливает под ручку с действующим королем.

Стоило нам завернуть за угол, как дорогу преградили двое мужчин.

— Маттиас, — протянул один. Я с тревогой узнала в нем Девиса. Он сжимал нож. — Боюсь, мы не можем тебя пропустить.

— Это она? — спросил второй. Он тяжело задышал, а его глаза заволокло черным, значит, он был вампиром. — Носительница «Ночного дурмана»?

— Она, — подтвердил Маттиас.

— Какого черта ты еще не убил ее? — рявкнул Девис. — Если бы ты это сделал, выбрался бы из передряги живым. Даже сейчас, пока ты не сообщил нам, где Кристоф, я не могу тебя прикончить.

— Вам никогда не найти моего брата, — отрезал Маттиас.

— Ошибаешься. И когда мы его найдем, он дарует бессмертие всем слугам крови, мы с ним выйдем на поверхность и возьмем у людей то, что там надо. Настало время Кристофа.

— Уйди с дороги.

— Нет.

— Посмотри на меня, — велел Маттиас Девису.

— Чтобы ты заморочил мне голову и заставил выполнять приказы? Обойдусь. С меня хватит.

Маттиас покосился на вампира, который разглядывал меня так, будто я была мороженым, которое ему безумно хотелось лизнуть.

— Я попробовал ее, — заметил Маттиас. — Не смог устоять. Видишь следы на ее горле? Мой укус. И ничего не произошло. Это всего лишь уловка, чтобы заставить нас бояться врагов.

— Врешь, — прошипел вампир.

— Нет, не вру. На вкус ее кровь такая же восхитительная, как на запах. Думаешь, я сумел бы воспротивиться?

— Стой, не надо, — начал Девис. — Это не Маттиас ее…

Однако прежде чем он успел договорить, вампир меня схватил, причем далеко не деликатно. Он откинул мне голову и жадно вцепился клыками в шею.

В этот раз мое сознание никто не контролировал, и боль была резкой и пронзительной. К глазам подступили слезы, но, опять парализованная, я не могла сопротивляться.

— Даааа, — выдохнул он, не отрываясь от моего горла. — Она чудо….

Я не отрывала глаз от Маттиаса, на которого бросился с ножом Девис. Слуга был отличным бойцом и охотником, но королю вампиров не чета. Маттиас с легкостью выхватил из его руки клинок и быстрым размытым движением полоснул им по горлу Девиса. Тот поднес ладонь к ране, пытаясь остановить хлынувшую кровь, и округлил глаза, безмерно удивленный своей внезапной кончиной.

Вампир оторвался от меня. Моя темно-красная кровь стекала по его подбородку и капала на пол.

Получив возможность двигаться, я зажала рукой раненую шею.

Кровосос уставился на Маттиаса.

— Ты был прав, — сказал тот, вытирая клинок о черные брюки. — Я соврал. Надеюсь, тебе понравился вкус смерти.

Пламя окутало все тело вампира. Дикие крики утихли за секунду до того, как он взорвался облаком огненного пепла.

Я взглянула на Маттиаса. На его лице играла слишком довольная ухмылка, учитывая, что именно произошло.

— Что тут, черт возьми, смешного? — огрызнулась я. — Ты заставил его укусить меня.

— На тебе все заживет. А на нем — уже нет.

— И все равно не вижу повода смеяться.

— Если нет повода смеяться, надо смеяться как можно громче.

Да он прямо-таки клыкастый Конфуций.

— Тебе известно, что ты долбанный псих?

— Идем. Мы почти пришли.

— И какого черта у тебя нет телохранителей?

— Это и были мои телохранители.

Маттиас молча повернулся и стремительно пошел по коридору. Мы спустились еще ниже и оказались в слабо освещенном проходе.

Возле одной из дверей стоял скрестивший на груди руки мужчина. Больше никого рядом не было.

— Мне надо его увидеть, — сказал Маттиас.

— Мне сообщили, что теперь ты больше не король. — Мужчина опустил руки, сжимая их в кулаки. — Прости, но я не могу подчиниться твоему приказу.

— И ты тоже меня прости. — Маттиас вонзил ему в грудь серебряное лезвие. Глаза мужчины распахнулись, затем загорелись, и он рассыпался золой.

Видимо, он был из вампиров. С такого расстояния я не смогла разобрать. Оправившись от шока, что в очередной раз стала свидетельницей насильственной смерти, я схватила Маттиаса за руку.

— Кто в той комнате? — потребовала я ответа.