Затаившийся у порога (ЛП) - Ли Эдвард

Пикман сел у кровати, бросил последний несчастный взгляд на мёртвые гениталии Горация и резко рухнул.

- Потому что он внушил нам всем, что мы избранные. Он помог нам увидеть истину, он собрал нас в стадо, когда пришёл к нам.

- Во снах? - рассуждала Хейзел. - Он пришёл к вам во сне, а из-под пола шёл чёрный туман?

Пикман недоуменно посмотрел на неё.

- Конечно же, ты не подвергалась индоктринации, - он внимательно посмотрел на её руки. - Если да, то у тебя должно быть кольцо.

- Как то, что у тебя на пальце? - бросила она вызов, заметив неровный алый камень, чуть меньше мраморного шарика.

- Да. Боюсь, я был неискренним, когда сказал тебе, что это новошотландский корунд.

У Хейзел разболелась голова, пытаясь понять это. Но оставалась объективная проблема, что делать с мистером Пикманом? Однако её продолжали одолевать вопросы.

На трупе Горация она не заметила такого кольца.

- Гораций не прошёл индоктринацию, как ты говоришь. Но он всё ещё должен быть частью того, что происходит. Он сделал все эти шкатулки.

- Он не более причастен к этому, чем ты, мисс. Он был просто невежественной пешкой. Наш единственный интерес к нему был связан с его навыками ремесленника.

- Так что он даже не знал, что делает?

- Нет, бедный дурак. И когда он выполнил задание... - Пикман поднял топор.

- Ты убил его, потому что он вам больше не был нужен.

- Боюсь, что так.

"Фрэнк, - продолжала она думать. - Всё сосредоточено вокруг Фрэнка".

- Значит, Фрэнк внушил некоторым людям этот ваш культ...

- Не культ. Мы паства.

- Отлично. Но какое это имеет отношение к тридцати трём заявлениям на получение паспорта для кучи местных деревенщин?

- Ого, да ты много знаешь, - сказал он. - Но боюсь, на этой ноте я предпочитаю промолчать.

Хейзел навела пистолет.

- Я не боюсь умереть, мисс, потому что в каком-то смысле я не умру, как и обещал наставник, - он улыбнулся, снова указывая на её крошечный крестик. - Наш бог гораздо более щедр в раздаче бессмертия, чем ваш.

"Какое имя я слышала?" - Хейзел напрягла память.

- Нарл-что-то? Нарло...

- Ньярлатхотеп... - его тонкогубая ухмылка сияла. - Дай мне Сияющий Трапецоэдр, и ты тоже сможешь насладиться плодами Посланника.

"Ньярлатхотеп. Посланник..."

Хейзел просто смотрела.

- Но... для кого он Посланник?

- Для бóльшего Бога, - мечтательно прошептал Пикман. - Йог-Сотота.

Это было знакомое слово, не так ли?

"Да! Компьютерный пароль Генри!"

- Хорошо. Тогда в чём Послание?

- Боюсь, не мне говорить...

Бам!

Рука Хейзел дёрнулась, когда она выпустила одну пулю в живот мистера Пикмана. Топор лязгнул, и Пикмана отшвырнуло к стене, где он рухнул на пол, истекая кровью.

Агония исказила его лицо.

- Что... зачем ты это сделала?

Хейзел пожала плечами.

- Посмотрим. Во-первых, ты убил Горация, а Гораций мне нравился. Во-вторых, твоё пухлое лицо меня бесит. В-третьих, я ненавижу твой высокомерный, педантичный тон. А четыре? - она сердито посмотрела на него. - Твои картины отстой.

Пикман булькнул, глядя на неё в ужасе. Хейзел положила пистолет и взяла топор. Она направила лезвие на середину головы Пикмана, замерла, затем глубоко вздохнула и высоко подняла топор, выгнув спину, приподнявшись на цыпочках, а затем...

Свуш!

Она опустила лезвие по идеальной дуге. Удар расколол голову Пикмана пополам, фактически разрубив всю шею и остановился только у грудины.

"Кого-то нужно обнять... и я думаю, что это я".

Она посмотрела на раздвоенную голову Пикмана, а затем объяснила, что он заслужил это за убийство Горация. Око за око, разрубленную голову за разрубленную голову.

Хейзел схватила бумажный пакет и пошла обратно в рабочую комнату Горация. У неё было намерение вернуть чемодан, полный глиняных шкатулок, но когда она посмотрела вниз, это намерение стало спорным.

Чемодан исчез.

"Блять!"

Она в спешке покинула трейлер, почти уверенная, что её ноздри учуяли запах сырого мяса...

Хейзел чуть не летела, паря по длинным изгибам дороги, по обеим сторонам которой росли деревья с тяжёлыми ветвями.

"Единственный парень во всём этом чёртовом городе, которому я доверяю, мёртв. И что теперь?"

Шины проехали ещё один извилистый поворот.

"Подожди-ка минутку. ЕСТЬ ещё один человек, которому я доверяю..."

Несколько минут спустя её фары скользнули по фасаду таверны "В лесу Боссет-Вэй". Парковка выглядела полной.

- Соня, я пойду внутрь, поговорю с Клоннером, а потом вернусь, ладно? - она подтолкнула ослабевшую Соню. - Хорошо?

Соня сонно кивнула, что-то пробормотала и снова уснула.

"Отлично. Осталось поймать удачу за хвост".

Когда Хейзел вышла, она сразу же увидела энергичного старого Клоннера Мартина, который сидел один в своём инвалидном кресле прямо у входной двери.

- Клоннер!

- Ну, привет, Хейзел! - старик выдал приветствие. - Я вижу, ты решила заскочить попозднее. Что ж, мы всегда рады тебе.

Она бросилась прямо вверх.

- Клоннер, я пришла поговорить с тобой...

- Что-то не так? Ты выглядишь немного обеспокоенной. Ну, что бы это ни было, я уверен, что смогу помочь.

Она наклонилась ближе, широко раскрыв глаза в тусклом свете.

- Происходит куча неправильных вещей. Некоторые люди здесь... изменились. Я знаю, это звучит безумно, но происходит какая-то странная культовая деятельность, и всё это связано с Генри Уилмартом и некоторыми вещами, которые мы нашли в его хижине.

Высохшее лицо Клоннера вдруг стало задумчивым.

- Если ты хочешь знать правду, Хейзел, это совсем не звучит безумно. И ты права, что некоторые люди меняются. Я слышал ещё кое-что очень странное, например, люди ждут паспорта, и всё такое, и...

- И некоторые очень необычные местные жители предвкушают поездки в другие города, некоторые из которых являются международными.

В глазах Клоннера появился страх.

- Я слышал то же самое за последние два дня. И я слышал кое-что ещё, только сегодня вечером... - Клоннер посмотрел по сторонам, словно проверяя, нет ли подслушивающих. - Проходи, поговорим в моём кабинете...

"Значит, дело не только во мне", - с облегчением подумала Хейзел.

Странно, однако, что в таверне было так тихо, несмотря на полную парковку. Она открыла дверь старику, подождала, пока он вкатится, и вошла вслед за ним.

Внутри было человек тридцать, все сидели за столами или в баре, тихо болтая, потягивая пиво.

- Скромная ночь, - сказала Хейзел.

- Ой, да, мы здесь не все буйные деревенщины, - Клоннер пододвинул свою инвалидную коляску к столику, где барменша Ида тут же принесла ему пива. - Вообще-то, у нас просто ночная встреча, дорогая.

Глаза Хейзел просканировали интерьер. Среди посетителей она увидела несколько женщин, но в основном мужчин. Некоторых она уже видела раньше, например, Нейта Пизли, с которым она познакомилась ранее.

"Разве его имя не было в этом списке?" - спросила она себя.

А ещё мужчина и женщина - Кэл и Эмма, подумала она, - которые на днях спорили с шерифом, играющим в судью. Плюс некоторые другие, которых она видела в городе.

Очень медленно все в баре повернули головы, чтобы посмотреть на Хейзел... и ухмыльнуться.

Хейзел взвизгнула, когда за ней распахнулась дверь, и вошли Клейтон и Рюмка, неся внутрь Соню.

Несколько мужчин бросились на неё как в тумане; один схватил её за шею, другой поднял за лодыжки.

У обоих на пальцах были кольца с алыми кристаллами.

- И ты тоже, Клоннер! - Хейзел завопила, когда её отнесли к столу и швырнули на спину. - Я думала, ты хороший человек!

Клоннер расхохотался со своего кресла, хмыкнул:

- Тогда ты ошибалась, - и сделал глоток пива, облизнув горлышко бутылки. - Мы поражены, что девчонку с твоими умственными способностями из колледжа можно так обвинить в глупости. Почему ты не уехала из города?