Мак Моррис - Черно-зеленый лес, или Шофер оранжевого грузовика

— Да, дорогая?

— А о чем ты хотел сказать мне вчера, когда столь стремительно ворвался в спальню? Ты еще сказал, у тебя возникла какая-то идея насчет ребенка.

Альберт Тейлор опустил журнал на колени и одарил жену долгим лукавым взглядом.

— Я правда так сказал?

— Да, — жена ждала продолжения, но его не последовало.

— Что за грандиозную шутку ты задумал? — спросила она.

— Чего ты так улыбаешься?

— Это действительно шутка, — сказал он.

— Дорогой, расскажи мне о ней.

— Не знаю даже, стоит ли это делать, — ответил он. — А то еще вруном назовешь.

Ей редко приходилось видеть мужа таким самодовольным, как теперь, а потому она ответила ему взаимной улыбкой, явно поощряя к продолжению разговора.

— Мейбл, мне просто хочется увидеть выражение твоего лица, когда ты услышишь об этом, вот и все.

— Альберт, о чем все-таки речь?

Он медлил, явно не желая, чтобы его торопили.

— Ты ведь считаешь, что ребенку действительно стало лучше? — спросил он.

— Ну конечно же.

— Ты согласна со мной, что вот так неожиданно она стала великолепно себя чувствовать, да и внешне изменилась чуть ли не на все сто процентов?

— Ну да, Альберт, естественно.

— Это хорошо, — сказал он, расплываясь в улыбке. — Видишь ли, все это устроил именно я.

— Что устроил?

— Я вылечил наше дитя.

— Да, дорогой, я уверена, что так оно и было, — миссис Тейлор, продолжала заниматься своим вязанием.

— Но ты ведь не веришь мне, так?

— Ну что ты, Альберт, конечно же, я верю тебе. Все это, абсолютно все, лишь благодаря тебе.

— Но как же я все это устроил?

— Ну, — проговорила женщина, чуть задумавшись, — я полагаю, здесь сказалось твое мастерство приготавливать смеси. Как только ты стал этим заниматься, она чувствует себя лучше и лучше.

— Ты считаешь, что все зависит от искусства делать смеси?

— Очевидно, так оно и есть, — проговорила женщина, продолжая вязание и улыбаясь про себя при мысли о том, какие же все-таки странные эти мужчины.

— Я открою тебе секрет, — сказал он. — Ты абсолютно права. Хотя, должен заметить, главное — не как готовить смесь, а из чего ее составлять. Мейбл, ты понимаешь, что я хочу сказать?

Миссис Тейлор, прекратив вязание, бросила резкий взгляд на мужа: «Альберт, ты ведь не хочешь сказать, что подмешиваешь что-то к молоку ребенка?»

Улыбка не сходила с его лица.

— Скажи, это так или нет?

— Вполне возможно, — ответил он.

— Я тебе не верю.

Теперь в его улыбке, обнажившей зубы, появилось что-то жестокое.

— Альберт, пожалуйста, не шути со мной так.

— Хорошо, дорогая, хорошо.

— Так ты действительно ничего не подмешивал в ее молоко? Ответь мне, Альберт. Для такой крошки это может иметь самые серьезные последствия.

— Мой ответ — да, Мейбл.

— Альберт Тейлор! Как ты мог?

— Не надо так волноваться, — сказал он. — Я все тебе расскажу, если ты действительно этого хочешь, только ради всего святого держи себя в руках.

— Пиво! — воскликнула она. — Я знаю, это было пиво!

— Мейбл, пожалуйста, не говори глупости.

— Что же тогда?

Альберт аккуратно положил трубку на столик рядом с собой и откинулся на спинку кресла.

«Скажи, — проговорил он, — тебе никогда по какой-нибудь случайности не приходилось слышать от меня ничего относительно того, что называется маточное молочко?»

— Нет.

— Это волшебство, — сказал он. — Чистое волшебство. И вчера вечером мне неожиданно пришла в голову мысль о том, что если я подмешаю небольшое его количество к молоку ребенка…

— Да как ты посмел!

— Но послушай, Мейбл, ты даже не знаешь, что это такое.

— Меня не интересует, что это такое, — ответила женщина. — Ты не можешь подмешивать посторонние продукты в молоко такого крохотного младенца. Да ты с ума сошел.

— Оно абсолютно безвредно, Мейбл, иначе я никогда бы не пошел на это. Его производят пчелы.

— Я так и поняла.

— Кроме того, оно настолько дорогое, что практически никто не может позволить себе им воспользоваться. Но даже если и могут, то только по капле.

— Могу я спросить, сколько же ты дал нашему младенцу?

— Так вот, — проговорил он, — в этом-то как раз весь вопрос. Именно здесь основное различие. Я полагаю, что за последние четыре кормления наш ребенок проглотил маточного молочка примерно в пятьдесят раз больше, чем любой из когда-либо живших на земле людей. Ну, как тебе это?

— Альберт, может ты прекратишь разыгрывать меня?

— Я клянусь в этом, — с гордостью произнес он.

Она сидела и смотрела на него, ее бровь надломилась, рот слегка приоткрылся.

— Мейбл, тебе известно, сколько стоит это вещество, если бы ты вздумала купить его? Одно предприятие в Америке прямо сейчас предлагает купить у него это молочко по цене пятьсот долларов за однофунтовую банку! Пятьсот долларов! Это же дороже золота, понимаешь ты это?

Она не имела ни малейшего представления, о чем он говорит.

— Я докажу это, — сказал он и, выскакивая из кресла и бросаясь к книжным полкам, где хранилась его литература о пчелах. На самой верхней полке были аккуратно сложены номера «Американского журнала о пчелах», рядом лежали экземпляры «Британского журнала о пчелах и пчеловодстве», а также другие наименования. Он взял последний номер американского журнала и нашел страницу с маленьким рекламным объявлением.

— Вот, — сказал он. — Как я тебе и говорил. «Мы продаем маточное молочко — оптовая цена 480 долларов за однофунтовую банку».

Он протянул жене журнал, чтобы та сама прочла объявление.

— Сейчас-то ты веришь мне? Такой магазин действительно существует в Нью-Йорке, Мейбл. Об этом так и говорится.

— Но здесь ничего не говорится о том, что ты можешь добавлять его в молоко практически новорожденного младенца. Я не понимаю, Альберт, что такое нашло на тебя, просто не понимаю.

— Но ведь оно помогло ей, не так ли?

— Сейчас я уже в этом не уверена.

— Мейбл, только не веди себя так глупо. Все-то ты прекрасно знаешь.

— Почему же другие люди не дают его своим младенцам?

— Еще раз повторяю, — сказал он. — Оно слишком дорого. Практически никто на свете не может позволить себе покупать маточное молочко для еды — разве что один-два мультимиллионера. Его покупают лишь крупные компании, производящие косметические кремы для лица и тому подобное. Они используют его как приманку. Добавляют малую капельку молочка к большой банке крема и потом продают по баснословным ценам. Говорят, это разгоняет морщины.