Крис Картер - Никто нам с тобой не помешает. Файл №308

– Люси! – Молдер наклонился к женщине, едва не касаясь лбом ее лба. – У этой девочки очень и очень серьезные неприятности. Думаю, ты и сама понимаешь!

Люси оторвалась от тарелки, вскинула глаза:

– А я ничем не могу ей помочь, понятно? – крикнула она с вызовом. – Абсолютно ничем. И вам не могу помочь. – Она встала, подошла к мойке, с сожалением вылила в раковину остатки супа.

Молдер последовал за нею, навис над раковиной, заглянул женщине в лицо:

– А я полагаю, можете, Люси!

– И как же?

– Ну это вы должны сами мне сказать. Вот и подумайте…

– Что я могу сделать?

– Отведите нас к ней.

Люси сполоснула тарелку, поставила на полку и повернулась к Молдеру:

– Я понятия не имею – где ваша Эмми. – Голос ее зазвенел. – И честно говоря, мне плевать! Меня это не интересует.

Молдер вздохнул, пожал плечами:

– Что ж, Люси, очень жаль… Потому что сейчас вы – главная ее надежда.

Люси тряхнула головой, так что разлетелись веером волосы:

– Если ее главная надежда – я, то у этой девочки неприятностей гораздо больше, чем вам кажется. – И вышла, хлопнув дверью.

Молдер тяжело вздохнул, привалился спиной к шкафу и закрыл глаза.

Эмми быстро потеряла всякое представление о времени.

Ей было холодно и страшно. Когда дядька притащил ее в подвал, она была уверена, что все закончится немедленно и очень плохо. Изнасилование, а, может, и… Об этом она думать не стала.

Однако похититель принес гамбургеров с колой, развязал Эмми и оставил ее в покое. Когда он поднялся по лестнице наверх и захлопнул за собой люк, она проглотила гамбургеры и колу, забилась в угол и некоторое время сидела недвижно. Ей казалось, что стоит шевельнуться, и люк немедленно распахнется, заскрипят под тяжестью ступеньки, и…

Потом она осмелела и выбралась из угла. Остановилась, прислушалась.

Люк не распахивался, ступеньки не скрипели.

И тогда она поняла, что немедленная смерть ей не грозит. Похоже, дядька выкрал ее не для того, чтобы изнасиловать. Должно быть, за нее попросят выкуп. Видно, придется проторчать тут несколько дней. В фильмах, которые она смотрела, похитители обязательно требуют наличные, а наличных у родителей, как правило, не оказывается…

Холод по-прежнему был жуткий, и Эмми нашла валяющееся на полу одеяло, вернулась в угол и закуталась с головой. Одеяло пахло родимым домом, и Эмми немного поплакала, вспомнив маму, папу и Долли. И сама не заметила, как заснула.

Проснулась она от скрипа ступенек. Высунула голову из-под одеяла.

Тьма была хоть глаз выколи, и во тьме этой висело в воздухе алое пятнышко. Словно капелька крови… Пятнышко повисело секунду и двинулось в ее, Эмми, сторону. Вот оно коснулось плеча, и Эмми отбросила одеяло и кинулась бежать. Тут лее налетела на что-то в темноте, упала. А пятнышко уже вновь подбиралось к ней, опять коснулось плеча. Боли от него не было, и Эмми привалилась спиной к стенке, сжалась, замерла.

И тут ее ослепило. Свет был настолько неожиданным и резким, что она вновь кинулась бежать, опять налетела на что-то и упала.

Раздался довольный смешок и легкое жужжание. А потом снова ослепительная вспышка.

Эмми заплакала от страха. В фильмах похитители никогда так странно себя не вели…

Опять смешок и жужжание.

– Кто вы?.. – взмолилась Эмми. – Что вам нужно?..

Вспышка, смешок, жужжание. Эмми прикрыла лицо руками:

– Зачем все это?..

Вспышка, жужжание. Смешка не было.

– Отпустите меня… Я хочу домой…

Ей не отвечали. Лишь снова и снова срабатывала вспышка да жужжала перематываемая пленка.

Полученная информация была настолько важной, что Скалли немедленно побежала к напарнику. Ворвалась в кабинет:

– Молдер, у меня тут вот…

– Подожди, Скалли! – Молдер сидел перед экраном телевизора. – Посмотри-ка!

На экране, распластавшись на полу, жалась в темный угол девчонка в больничной одежде. Знакомое лицо…

«Выйди на свет, пожалуйста!» – донесся из динамика ласковый женский голос.

Девчонка замотала головой.

И Скалли узнала. Ну конечно! Одна лишь разница – это лицо было юное, без морщин. Не потасканное…

– Это Люси Хаусхолдер?

– Да, – сказал Молдер. – Съемки семьдесят восьмого года, когда ее нашли.

«Люси, возьми меня за руку!» – попросила неведомая женщина.

Девчонка опять замотала головой, припала к полу.

– Она так долго просидела в темноте, – продолжил Молдер, – что глаза ее стали слишком чувствительны к свету. Не знаю, кто ее похитил и все пять лет продержал в темноте, но он был не слишком разговорчив. Здесь ей тринадцать, а она едва может связать два слова. Удивительно, что она хоть чего-то в жизни добилась.

Молдер нажал кнопку на пульте, выключая видеомагнитофон. Тринадцатилетняя Люси исчезла с экрана.

Скалли возмущенно фыркнула:

– Ну, я бы не назвала ее жизнь большим достижением, Молдер. – Она вытащила из папки конверт. – Послушай, мне кажется, это серьезный прорыв в нашем деле. Вот посмотри! Она протянула конверт напарнику.

– Что это? – спросил Молдер тухлым голосок, взяв конверт в руки, но продолжая смотреть в темный экран телевизора.

– Фотографии школьников. На этой неделе класс фотографировали. И всем прислали по почте снимки. Всем, кроме Эмми. Уилбруку это показалось подозрительным, и он велел одному из своих парней найти фотографа.

Молдер оживился:

– Нашли?

– Да, это было нетрудно. Фотоателье принадлежит некоему Ларсеяу. – Скалли отобрала у Молдера конверт и принялась раскладывать снимки на столе. – Но главное не в этом. Главное, что на следующий день после съемок фотограф уволил своего ассистента. Ассистента зовут Карл Уэйд.

– И что по нему имеется?

– Кое-что имеется. Выяснилось, что около пятнадцати лет он провел в клинике с серьезным заболеванием мозга. А вот это, – Скалли достала из конверта очередной снимок, – единственное фото ассистента, которое у нас есть. Его сделал работодатель Уэй-да, опробуя новый фотоаппарат.

Молдер взял снимок в руки, долго рассматривал мрачную физиономию Ларсенов-ского ассистента.

– Ты не хочешь показать эту фотографию Долли, сестре Эмми Джейкобе? – спросила Скалли.

– Хочу. Но сначала я покажу ее кое-кому другому.

Эмми проснулась от шума автомобильного двигателя, откинула одеяло, прислушалась. Двигатель поурчал немного, потом шум стал быстро удаляться. Видимо, похититель куда-то уехал. Наверное, за гамбургерами и колой…

Эмми некоторое время поплакала, потерла ноющий бок – не на кровати ведь спала! – и огляделась по сторонам.

Похоже, на улице был белый день, потому что стали видны валявшиеся тут и там какие-то ящики и коробки.