Людмила Романова - Таинственные старушки, загадочные прохожие и незваные гости

Ознакомительный фрагмент

– Догадалась, догадалась, – говорит грустно мой незнакомец и исчезает.

* * *

Утром какое-то смутное чувство, беспокойства не давало мне радоваться предстоящему празднику. Я старалась найти причину. Я умела проникнуть в свой мозг, идти по извилистым тропинкам его, прислушиваясь каким– то невидимым локатором к тому импульсу, который зудит. Я не видела событий, я слушала импульс.

– Так, так, не то, не здесь, вот импульс стал приближаться. Так, так, так, что это? Я еще не видела причины, но знала, что зона уже рядом. Так, так, вот! Сон. Мой незнакомец, он целовал меня, а я чем– то оттолкнула его, и обидела. Чем? Тут мой взгляд упал на портрет. Улыбка обдала меня холодом, и… уши! У него были такие же уши, с острыми кончиками.

– Дьявол, мне снился Дьявол! Хотя нет. Совсем не обязательно. Ведь и у старушки было такое же, но она была просто старушка, и немножечко колдунья. Старушка с маленькой придурью, или так на еду себе зарабатывала. Но почему такие уши? Пока что я видела их у троих…

– Да ладно тебе, придумывать. Никаких ушей я у бабки не видела, – запротестовала Ирка, когда я рассказала ей свои предположения. – Ничего бабулька мне не помогла! Игорек и сам бы пришел. Давай, погадай мне. Я тут в больнице одного мужчину встретила, он так на меня смотрел, и дал телефон!

Я, обречено вздохнула, и пошла за Таро….

– Ну, так позвони ему…

– Я звоню, а его все никак дома нет. Мне уже просто жуть как хочется его увидеть.

– Ну ладно, сказала, я. Давай потом на кофе посмотрим, а на Рождество будем на бумаге гадать.

– Давай, давай! Я сделаю столик. У меня все есть. Ты только приезжай, и карты не забудь.

– Ладно. Мне все-таки льстило, что я нужна, мне верят, и, наконец, все сбывается. Карты говорят правду!

5

Снова наступил вечер, приближался Новый год, но был день Рождества по новому стилю. В комнате у меня стояла елка, и ее разноцветные огоньки сказочно освещали мою комнату с потушенной люстрой. Детство, сказка, таинство, что-то впереди, хорошее… Мои глаза слипались, а в голове вставал образ того молодого человека, которого я видела уже два раза. Во сне, и где– то там в зазеркалье. Как его зовут? Почему я не знаю? Если бы знала, я бы позвала его сейчас, в эту комнату. Я хотела его глаз, его присутствия. Я кожей ощущала влечение к нему, по моему телу шли мурашки от воспоминания его лица и взгляда. Но это были не мурашки страха, а страсти.

– Незнакомец, приди, я не боюсь тебя, я хочу твоих поцелуев, я хочу твоих рук, я хочу тебя.

Глаза мои закрылись. И где были мои мысли о нем во сне или наяву, я уже определить не могла. Я очнулась от своих мыслей, от звонка по телефону. Я вздрогнула и проснулась, и очень не хотелось идти, из теплой кровати и слушать голос, который ошибся номером. Ведь мне никто так поздно не звонил.

Но телефон молчал. С недовольством я легла в кровать, и стала засыпать, но тут я снова услышала звонок в дверь. Не понимая ничего, я подошла к двери, и посмотрела в глазок. Никого не было. Мне все эти розыгрыши надоели и, упав в кровать в очередной раз, я заснула. Проснулась я, когда светило солнце в окно, на душе было не тошно, но какое-то волнительное чувство, какое я не понимала. И тут я вспомнила, мне снился сон.

– Звонок. Я подошла к двери и открыла ее. На пороге стоял мой незнакомец из зазеркалья. Он стоял с букетом цветов в черном пальто, без головного убора. Улыбаясь, он протянул мне букет и, поцеловав меня, вошел в квартиру. У меня не возникло никакого чувства удивления. Это было так, как будто мы расстались вчера, и события жизни лишь продолжаются, имея свою историю, свои ощущения и свое отношение.

Готовя кофе, я уже ощущала ту волну, которая прошлась по всему моему телу, как только он обнял и поцеловал. Я чувствовала запах его шарфа, я еще помнила прикосновения его рук, от которых мне становилось так тепло и приятно, он был мой, желанный, любимый и все это было сейчас, не в мечтах, не во сне|, не в будущем. Это было со мной, сейчас, я упивалась этим моментом. Впереди у нас весь вечер, все, что он нам сулит, и потом нет конца, а только продолжение, только чувства, только восторг. Мы сели на диван, прижавшись, друг к другу, в руках были бокалы вина, и оно уже начало туманить голову… Я, наверное, очень пьяна, – сказала я со смехом. Но у меня провалы в памяти. Неужели на меня так подействовала эта рюмка… Я пыталась вспомнить, что мы пили, я вдруг перестала помнить, что было секунду назад, я только знала, что хочу, очень хочу все вспомнить и придти в нормальное состояние восприятия. Смешно, но я даже не знаю, как тебя зовут, прошептала я, уж совсем удивившись своему сиюминутному состоянию. Мои глаза закрывались, и уже сквозь туман оцепенения я скорее догадалась, что ответил мне мой любимый. Он бережно взял меня на руки, и, положив на подушку, начал снимать с меня одежду. Его руки были совсем близко от груди, его губы дарили мне такие поцелуи, которые уносили меня в ту романтическую дымку еще дальше. И как же сладко было это последнее ощущение, которое нарастало медленно, долго, и, наконец, вылилось в такое безумие, что я проснулась, сердце мое, бешено колотилось, а голове стояли звуки Згид, Игид. Первые минуты я приходила в себя от такого прекрасного ощущения, и только, через несколько минут, я постепенно поняла, что я видела, с подробностями, с деталями. И ощущение приобретенного, того, что ты давно хотел и получил… Что это? Имя! Я почти знала имя! Оно звучало в голове его тихим голосом Изигид! Я встала и, ища свой халатик, подошла к пианино. Мои глаза поднялись к портрету, мне показалось, что выражение лица его стало другим. Оно излучало не коварство, но страсть и любовь.

– Изигид, – сказала я вслух, намеренно, чувствуя, что это должно было иметь свое действие. Я проверяла свое приобретение. Портрет качнулся, как если бы хлопнула дверь в коридоре, содрогнув стену, и вызвав эти колебания… Но мне этого было достаточно.

Не смотря на прекрасные ощущения сна, на меня навалилась усталость и какое– то бессилие. Как будто, чего– то во мне не хватало. И я все старалась вдохнуть побольше воздуха, и какая то безысходность и тоска была на душе. Ощущение было пре неприятнейшее.

* * *

Работа, заботы, и мелкие проблемы закрутили меня на какое-то время, не давая подумать о чем– то другом, кроме как придти с работы, упасть в кровать, а утром уже встать, не помня ни снов, ни даже дней рождения своих друзей.

Ирка позвонила и сказала обиженным голосом.

– Чего не звонишь-то. Забыла меня совсем! А у меня завтра день рождения. Придешь?

Меня как обдало холодным душем. Господи, вот летаргия– то.

– Ир, конечно, приду, не обижайся. Завтра как штык.

После гостей, я пришла хоть и усталая, но вздохов уже мне не требовалось. Все снова стало на свои места. Энергия восстановилась.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});

Конец ознакомительного фрагмента

Купить полную версию книги