Убить во имя Cатаны! - Брайан Смит

воду с такой силой, что ее капли брызнули ему в лицо. Он вздрогнул еще несколько раз, прежде чем желудок перестал содрогаться. Вытирая пот со лба, он смотрел на беспорядок в унитазе и задавался вопросом, было ли что-нибудь из того, что он видел, частично переваренными кусками человеческого мяса.

Возможно.

От этой неприятной правды у него снова скрутило живот.

- Что здесь происходит?

Синди стояла прямо у открытой двери ванной. Одетая только в крошечные черные хлопчатобумажные шорты и черную футболку без рукавов с логотипом "Cradle of Filth"[5] спереди, она приняла неодобрительную позу, глядя на него, скрестив руки под грудью.

- Ты меня слышишь, Мика?

Он кивнул и неуверенно вытер пот со лба.

- Я просто чувствую себя не хорошо.

- Ладно, но тебе нужно взять себя в руки. Нам нужно начать собирать души.

Мика поморщился.

- Мы действительно будем этим заниматься?

Синди нахмурилaсь.

- Конечно. А теперь вставай и иди сюда. Тебе нужно кое-что увидеть.

С этими словами она вышла из ванной и направилась по коридору в гостиную. Ее поведение ясно указывало на то, что она не заинтересована в обсуждении с ним этой темы. Уйти без единого слова - это тактика, которую она часто использовала в течение месяцев, проведенных вместе, ее способ полностью прекратить любые возможные разногласия. С самого начала он усвоил мудрость никогда не пытаться настаивать, когда она это делает.

У него было тошнотворное предчувствие, что сегодня ему придется сделать исключение из этого правила. Если он не сможет отговорить Синди от убийств, светлое будущее славы и богатства, которое, как он считал, было ее судьбой, могло никогда не осуществиться. Нельзя просто выйти и нагло убить кучу людей, чтобы вас не поймали и не бросили в тюрьму. Тюрьма не была даже худшим из возможных исходов. Они могут быть застрелены полицией. Потенциальная жертва может убить их в порядке самообороны. Было так много способов, чтобы все могло пойти не так, как надо. Фактически, он не мог представить, что все это может закончиться хорошо.

Мика спустил воду в унитазе и неуверенно поднялся на ноги. Он подошел к умывальнику и открыл кран с холодной водой. Ополоснув лицо водой, он сорвал полотенце для рук с крючка на стене, протер лицо насухо и вышел в гостиную, чувствуя себя решительным. Ему нужно было вразумить Синди. Он любил ее и хотел этого светлого будущего для нее больше всего на свете, но коварное безумие поглощало ее жизнь, и он был единственным человеком, у которого был хотя бы малый шанс повернуть ее в другом направлении.

Она стояла у большого окна в гостиной, пристально глядя на что-то на парковке. Она выглядела взволнованной, еле сдерживая свою накопленную энергию. Они жили на третьем этаже многоквартирного дома "Крествью". Вид из этого окна не был особенно захватывающим. В основном все, что вы могли увидеть, - это другие здания в обширном комплексе, который был самым большим в своем роде в Литтлбурге. С этой точки зрения это выглядело так, как будто дома простирались в вечность. Мика не мог представить, что могло быть настолько захватывающим, на что она смотрела.

Она резко повернула голову в его сторону, почувствовав его присутствие.

- Иди сюда, Мика. Ты должен это увидеть.

Он вздохнул и подошел к окну, чувствуя, как с каждым шагом нарастает тревога.

- Послушай, Синди, нам нужно поговорить, потому что...

Нетерпеливым взмахом руки она заставила его замолчать, а затем решительно постучала по оконному стеклу.

- Смотри!

Мика смотрел на нее еще мгновение, прежде чем выглянуть в окно. Желание как-то образумить ее все еще было внутри него, но он уже чувствовал, что его решимость начинает рушиться. Как обычно, он был поражен силой ее личности.

Он выглянул наружу и увидел двух женщин, стоящих на тротуаре перед зданием. Одной из них была женщина по имени Таня Коннор. Она была умеренно привлекательной блондинкой лет под тридцать и жила в квартире на нижнем этаже, выходившей окнами на парковку иx домa. Мика был уверен, что другой женщины он никогда раньше не видел, но заметил некоторое семейное сходство. У него было подозрение, что она была немного старшей сестрой Тани.

Синди толкнула его локтем.

- Ты видишь?

Мика почувствовал еще один легкий приступ тошноты и неохотно кивнул.

- Эммм... да.

Поговорив еще несколько мгновений, женщины на тротуаре тепло обнялись, затем та, которую Мика не знал, села в синий седан, припаркованный у обочины, и уехала. Таня помахала рукой, наблюдая, как женщина, которая, вероятно, была ее сестрой, прокладывала путь через комплекс и, наконец, исчезла из поля зрения.

Затем она вернулась в свою квартиру.

Мика продолжал смотреть в окно даже после того, как женщины исчезли. Он едва осознал это, прежде чем Синди отошла от него и пошла на кухню. Таня выглядела как всегда, за исключением одной важной детали - каждый видимый сантиметр ее кожи был наполнен искрящимся мерцанием света.

Его мысли снова вернулись к прошлой ночи. Говоря через свой сосуд, жрицу, существо, которое, по-видимому, было самим Cатаной, сообщило прихожанам, что они получат способность опознавать девственницу в лицо после того, как съедят кровь и плоть жертвы той ночи. Теперь это казалось абсолютной истиной. В свете того, что он знал и испытал, не могло быть другого объяснения тому, что он только что увидел. Это не была какая-то странная оптическая иллюзия или игра света. Мерцание отсутствовало на обнаженных участках кожи другой женщины. Контраст, когда они обнимались, был поразительным.

Открытие того, что Таня вела жизнь без секса в зрелом возрасте, было не таким уж шокирующим, но все же немного неожиданным. Она прилично выглядела и имела красивое тело. Он не чувствовал от нее никаких странных или отталкивающих эмоций. Ее бесполая жизнь почти наверняка была сознательным выбором, а не результатом нежелания. Это было еще одно из тех ранее маргинальных сообществ, о которых он слышал немного больше в последнее время.

Скрип открывающейся двери наконец отвлек внимание Мики от пустого тротуара. Он повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Синди выходит из квартиры с большим мясницким ножом в правой руке.

Вот дерьмо.

Мика побежал за ней, оставив дверь в их квартиру настежь. Здания G и H были соединены переходом. Голую кожу его торса покалывало в холодном осеннем воздухе, его ноги стучали по ступенькам между зданиями. Его сердце болезненно колотилось в груди, страх перед тем, что вот-вот должно было произойти, быстро нарастал.

К тому времени, как он, наконец, добрался до первого этажа, дверь в квартиру Тани открылась. Синди стояла перед ней с ножом за спиной. Она посмотрела в его сторону с ухмылкой и подмигнула. В дверях появилась Таня с растерянным взглядом. Она сменила одежду, которую носила, на шикарный