Вольфганг Хольбайн - Цикл Дегона. Книга 1. Бог-амфибия

— Оно слишком большое для корабля, — пробормотал Стейли.

Голос адъютанта дрогнул, и Лоренс, встревожившись, взглянул на него. Стейли всматривался в туман расширившимися глазами. Его лицо побледнело, а руки сжались в кулаки. «Он тоже это чувствует», — испуганно подумал капитан.

— Глупости, лейтенант, — строго произнес Лоренс. — Наверняка это корабль. Может, вы думаете, что это морское чудовище или «Летучий голландец»? — Он рассмеялся, демонстрируя спокойствие, но вышло это не очень убедительно. — Позовите офицеров на капитанский мостик, мистер Стейли. Свистать всех наверх! Нужно плыть. Я хочу взглянуть на этот странный корабль вблизи.

Нервно кивнув, Стейли поторопился к двери, но Лоренс задержал его.

— И еще кое-что, мистер Стейли. — Голос капитана звучал неуверенно. — Прикажите старшине привести корабль в полную боевую готовность. Лучше перестраховаться. — Он криво улыбнулся.

Вода была такой холодной, что я даже испугался, подумав, что через какое-то время просто замерзну. Мышцы сводило судорогой, а воздух, поступавший из баллона на моей спине, казался жидким огнем и обжигал легкие. Я опускался вниз не потому, что плыл, а скорее из-за веса акваланга. Только на глубине в сотню футов мне наконец удалось заставить себя плыть по-настоящему, прекратив беспомощное бултыхание в воде.

Озеро изменилось. Зеленоватый свет, еще утром исходивший от его дна, сейчас превратился в слабые светящиеся узоры, в которых зияли огромные дыры. В воде плавали ошметки водорослей и ила. Пару раз я видел издалека какие-то темные фигуры, но они ни разу не приблизились на такое расстояние, чтобы я мог почувствовать какую-то угрозу.

Я внимательно осмотрелся в поисках мрачной тени, которую заметил с берега, но так ничего и не обнаружил. Впрочем, это ни в коей мере не означало, что ее здесь не было. Вода казалась настолько темной, что я мог бы заплыть в пасть чудовищу, вообще не заметив его. Поспешно отогнав от себя эту мысль, я поплыл дальше. Постепенно мышцы начали повиноваться мне, а вес акваланга продолжал тянуть меня на глубину.

Чем больше я приближался ко дну озера, тем отчетливее видел следы ужасной битвы, разразившейся здесь вчера. Если подводный город раньше казался почти полностью сохранившимся, то теперь здесь в прямом смысле камня на камне не осталось. Дома и дворцы, мосты и улицы — все было разрушено, все превратилось в огромные руины, а на дне озера, ранее ровном, теперь зияли воронки с рваными краями.

И тут передо мной возник корпус «Наутилуса».

Корабль находился неподалеку от того места, где я видел его в последний раз, когда он изрыгал огонь и сеял разрушения в городе Дагона. Теперь этот смертоносный гигант превратился в труп. По крайней мере, таким было мое первое впечатление.

Корабль лежал на дне моря, накренившись набок и уткнувшись зубцами тарана в мягкий ил. Почти весь свет на корабле был погашен, а у левого борта двигалось что-то большое и мрачное. Сейчас «Наутилус» напоминал стальную гигантскую акулу, которая улеглась на дно моря, приготовившись умирать.

Странно, но я не увидел на корме ни малейших повреждений. Даже когда я приблизился к кораблю вплотную и подплыл к нему с другой стороны, я не заметил на стальных бронированных плитах, которые потеряли свой синеватый отлив и сейчас казались тусклыми, ни единой царапины.

Зато я увидел убитых. Я насчитал три, четыре, пять трупов, которые плавали в разорванных водолазных костюмах и раздробленных шлемах рядом с кораблем. Это были люди Немо. Вес тяжелого снаряжения удерживал их на дне озера, и оттого их тела стояли в воде вертикально, словно ужасные статуи. Когда течение шевелило погибших, казалось, будто они в отчаянии протягивают руки к кораблю.

Находясь рядом с «Наутилусом», я помнил о черной тени, затаившейся с противоположной стороны. Решив еще раз внимательно осмотреть корпус судна, я остановился, но и теперь не заметил следов каких-либо разрушений.

Стараясь оставаться на расстоянии вытянутой руки от корабля, я начал двигаться вдоль его корпуса, чтобы добраться до иллюминатора, который вел в салон Немо. Мне приходилось отчаянно работать ногами, сопротивляясь силе течения, пытавшегося отнести меня от корабля. Прошло несколько минут, прежде чем мне удалось приблизиться к большому изогнутому стеклу. Я изо всех сил принялся колотить в него кулаками. Удары об иллюминатор корабля отдавались глухим эхом. Если изнутри стекло иллюминатора было прозрачным, то снаружи заглянуть в корабль было довольно сложно, и я видел лишь расплывчатые очертания. Как бы то ни было, я заметил в салоне какое-то движение, что свидетельствовало о том, что на борту остались люди, которым посчастливилось выжить после катастрофы.

Когда внутри услышали мой стук в иллюминатор, салон, казалось, ожил: все засуетились, а три или четыре человека подошли к стеклу и начали усиленно жестикулировать. Мне показалось, что я узнал в одной из фигур Немо, но все же не был в этом вполне уверен. Еще раз ударив ладонью по стеклу, я развел руками и пожал плечами, чтобы показать, что не знаю, как мне поступать дальше. Немо, похоже, понял меня, так как он тут же начал жестикулировать в ответ. Капитан попеременно показывал то вниз, то на корму корабля, пока я наконец не понял, что он имеет в виду. Только сейчас до меня дошло, почему Немо решил показать мне «Наутилус» перед тем, как я должен был покинуть борт. Очевидно, он хотел обратить мое внимание на шлюз в нижней части корабля, через который я мог проникнуть внутрь. Даже сейчас, когда «Наутилус» лежал на боку, в шлюз, видимо, можно было заплыть.

Я энергично закивал, показывая Немо, что понял его, махнул в том же направлении, что и он, и уже хотел отплыть от иллюминатора, как вдруг Немо стал жестикулировать еще активнее, так что мне пришлось вернуться и прижаться лицом к стеклу. Немо так мотал головой, что у него растрепались волосы. Он все время показывал то на пол, то на потолок, то на стены и торопливо делал какие-то знаки, смысла которых я не понимал. Было ясно, что он пытается что-то сказать мне, но я никак не мог сообразить, что именно. В течение целых пяти минут я висел перед иллюминатором, в то время как Немо с другой стороны иллюминатора пытался выиграть чемпионат мира по жестикуляции. Затем я решительно покачал головой, повернулся и поплыл к корме.

Нельзя сказать, что я не обратил внимания на его предупреждение. Но как я ни осматривался, не замечал ничего такого, что могло бы представлять для меня опасность. Здесь даже рыб не было. Озеро вокруг «Наутилуса», казалось, вымерло. Мне опять бросился в глаза матовый цвет корпуса корабля. Черно-синий металл, из которого был построен этот фантастический корабль, потускнел и стал почти бесцветным, причем по всей поверхности, а не в отдельных местах, что свидетельствовало бы о столкновении или взрыве. Испытывая любопытство, но при этом стараясь соблюдать осторожность, я подплыл к обшивке «Наутилуса» и вытянул правую руку.