Нарцисс в цепях - Гамильтон Лорел Кей

— Как хорошо, что его отменили!

— Да. Но ты разорвала мою связь с Дамианом. Сперва я этого не понял, но, когда он вернулся из Теннеси, не моя сила заставляла биться его сердце, а твоя.

Я вспомнила, как в Теннеси ощутила это чувство, связь между нами.

— Я это сделала не намеренно.

— Я знаю, но ты оставила меня наедине с проблемой на полгода с лишним. Дамиану больше тысячи лет. Он не Мастер, но все равно силен. Связей с моей иерархией вампиров у него нет. Это освобождает его от всех обетов крови, от любой мистической верности. Он был твоим, но ты не пришла его призвать.

— Ты должен был мне сказать!

— И что бы ты сделала? Взяла его к себе домой жить в подвале? Полгода назад у тебя не было силы и умения, чтобы с ним иметь дело.

— Сейчас есть. Ты это хочешь сказать?

— Ты отбросила Белль Морт, ma petite,одну из самых сильных в Совете. Если ты способна на такое,то с Дамианом управишься.

— Все это прекрасно, но где Дамиан?

— Я больше не мог рассчитывать на его верность. Я им не управлял, ты понимаешь, ma petite?Рядом со мной оказался вампир вдвое меня старший, и я не могу им управлять. Это и делало меня слабым в глазах других, когда я не мог позволить себе выглядеть слабым, и было опасно, потому что он ощутил, когда ты исцелила свою ауру и так плотно закрылась щитами. Не только мы с Ричардом почувствовали твой уход. Ты отрезала от себя Дамиана, и он несколько... обезумел.

Это меня напугало так, что сердце подпрыгнуло и забилось в горле.

—  Где Дамиан?

—Во-первых, ma petite,пойми, что ты его не сможешь сегодня взять с собой. Уход за ним займет все твое время на несколько первых часов.

— Ты мне просто скажи.

— Мне пришлось запереть его, ma petite.

—Запереть? — Я уставилась на него. — Как?

Он только смотрел на меня, но смотрел красноречиво.

— Он лежит в обвязанном крестами гробу? Уже полгода?

— Около того.

— Ты гад!

— Я мог бы его убить, ma petite.Другой на моем месте так и сделал бы.

— Почему ж не убил?

— Потому что это отчасти была моя вина, что я выдал его тебе. Мне полагалось его защищать, и я этого не сделал.

— Но сейчас он мой, мне его защищать!

— Да, но ты его бросила.

— Я не знала. Ты должен был мне сказать!

— Разве полгода назад ты бы мне поверила? Разве ты не решила бы, что я пытаюсь интригой вернуть тебя в свою жизнь?

Я раскрыла рот сказать, что да, поверила бы, конечно — но остановилась и подумала.

— Не знаю, поверила бы или нет.

— Я надеялся, что смогу как-то восстановить над ним свое господство, но он для меня закрыт.

Я проглотила слюну сухим ртом и посмотрела на Жан-Клода вопросительно:

— Если он мой, то почему я его не чувствовала, когда в Нью-Мексико к чертям полетел мой щит?

— Я блокировал твое ощущение, и это было нелегко.

Закрыв глаза, я посчитала до десяти, но это не помогло.

— Ты не имел права это делать.

— Пока не соединились наши метки, я думал, что Дамиан тебя соблазнит. Тебя влекло к нему, как сейчас влечет к Натэниелу и, быть может, к Нимир-Раджу.

— Я бы не стала трахаться с Дамианом, если бы меня не побудил ardeur,а полгода назад у меня его не было.

— Ты можешь получить своего вампира завтра вечером. Я тебе помогу его вынянчить до здорового состояния.

— Я вернусь забрать его сегодня ночью.

— Поговори с Ашером, ma petite.Спроси его, каково это — выхаживать вампира, пробывшего шесть месяцев в гробу. Дамиан — не Мастер, у него нет способности питаться на расстоянии или накапливать энергию. Он выйдет из гроба оголодавший и обезумевший. Очень мало что от него будет оставаться — поначалу.

Жан-Клод говорил все это совершенно спокойно.

Я не знала, что сказать. Мне хотелось дать ему по морде, но это ничего бы не изменило. Вряд ли даже улучшило бы мое самочувствие.

— Я хочу забрать его сегодня, когда вернусь из лупанария.

— Ты не сможешь выхаживать одновременно своего раненого леопарда и Дамиана. Спроси Ашера, он тебе расскажет, сколько это работы. Одна лишняя ночь ничего для Дамиана не значит, а сегодня ты пытаешься предотвратить войну между леопардами и вервольфами. Более того, ты собираешься устроить достаточно внушительную демонстрацию силы, чтобы показать врагам Ричарда, какие у него мощные союзники, убедить, что его убийство слишком дорого им обойдется. Ты должна сегодня думать только об этом, ma petite.

—Я тебе не верю.

Он пожал плечами:

— Верь или не верь, но, чтобы вернуть Дамиана к здравому рассудку, нужны часы. А чтобы он снова стал самим собой, понадобятся дни заботы, кровь и тепло.

— Как ты мог, зная все это, так с ним поступить? — В моем голосе не было даже злости — одна усталость.

— Я на себе изучил, что такое обернутый крестами гроб, ma petite.И не сделал Дамиану ничего такого, чего не было бы сделано со мной.

— Ты там лежал только несколько дней, пока я не убила Хозяйку Города.

Он покачал головой:

— Когда я вернулся в Совет вместе с Ашером и заключил с ним сделку, ценой за его жизнь стала моя свобода. Я два года провел в гробу, где не мог кормиться, не мог сесть, не мог... — Он обхватил себя руками за плечи. — Я знаю, что с Дамианом я поступил страшно, но единственное, что с ним можно было еще сделать, — это убить. Тебе бы это больше понравилось?

— Нет.

— Но я вижу обвинение в твоих глазах. Я — чудовище, потому что так с ним поступил. Но ты бы сочла меня еще большим чудовищем, если бы я убил его. Или ты бы предпочла, чтобы я выпустил его на улицы города убивать людей?

— Он бы никогда этого не сделал.

— Он обезумел, ma petite.Потерял почву под ногами. Ты помнишь пару, зверски убитую около полугода назад?

— За этот год я видела не одну зверски убитую пару. Поконкретней, пожалуйста.

Тут он тоже разозлился. И отлично, будем злиться вместе.

— Они сидели в машине, у светофора. Спереди на машине была вмятина, будто они сбили кого-то, но тела не нашли.

— Да, я помню этот случай. У них были вырваны глотки. Женщина пыталась закрыться руками, на них остались следы когтей.

— В паре кварталов от этой машины Ашер нашел Дамиана. Он был весь в крови. И полез в драку с Ашером, так что понадобилась целая дюжина наших, чтобы связать его и доставить домой. И после этого я должен был выпустить его на улицу?

— Ты должен был мне позвонить.

— Зачем? Чтобы ты его казнила? Если в вашей судебной системе безумие есть снимающее вину обстоятельство, то он невиновен. Но эта система не дает нам тех же прав, что людям. Доказательство безумия не сохранит нам жизнь.

— Я видела место преступления. Это не было похоже на нападение вампира. Скорее оборотня, но... но следы были не такими. Какое-то дико злобное животное.

—  Oui,и потому я запер его и надеялся, что ты либо вернешься к нам, либо ощутишь его мольбу. Сперва я никак не пытался заблокировать его связь с тобой, но ты не пришла.

— Я не знала.

— Ты знала, что Дамиан — твой, но не спросила о нем. Ты его выбросила.

— Я не знала, — повторила я, наполняя каждое слово гневом.

— А у меня не было выбора, Анита. Я должен был его обезвредить.

— Ты думаешь, его безумие неизлечимо?

Он пожал плечами, все еще охватив себя руками.

— Если бы ты была вампиром, а он — твоим потомком-вампиром, я бы сказал, что излечимо. Но ты не вампир, ты некромант, и я просто не знаю.

— Если он останется сумасшедшим...

— Его придется уничтожить, — тихо закончил Жан-Клод.

— Я этого не хотела.

— Я тоже.

Мы еще постояли, пока я все это обдумывала, и Жан-Клод тоже — или он просто стоял.

— Если все, что ты говоришь, правда, то у тебя не было выбора.

— Но ты все равно на меня злишься. Ты хочешь наказать меня за это.

Я огрызнулась:

— А чего ты от меня ждешь? Чтобы я, узнав, что ты сунул его в ящик на полгода, бросилась тебе на шею? Да, мне это очень не нравится.