Максим Перфильев - Жажда Смерти

— Я тебе говорил, — начал старик, — не приводи сюда этих людей! Не связывайся с ними, и не связывай с ними нашу церковь. Ты меня не послушал. Ты сделал по-своему, как всегда. Ты притащил сюда этих ублюдков. Ты разворошил осиное гнездо. Посмотри теперь, что из всего этого вышло! Посмотри, что они наделали! — старик указал на двор перед центральным входом в церковь, который сейчас больше напоминал место после серьезной битвы с террористами — так, как любят показывать в крутых боевиках. Все было раскурочено, перебито, все горело, а то, что не горело — было залито пеной, везде валялись какие осколки, мусор, текла грязная вода. Только большой каменный крест стоял вроде бы как не тронутым. Те, кто устроил этот погром — пятнадцать человек, все разом помочились на него, и, видимо, сочли, что этого будет достаточно.

— Они взорвали машины! — продолжал кричать пастор. — Они сожгли скамейки! Они уничтожили цветы, которые лично сажала моя жена! Они обоссали крест — святыню нашей религии! Скажи, ты этого добивался!?

— Я всего лишь привел их в церковь. — спокойно произнес Викториус.

— Вот именно! — взревел старик. — Ты привел их в церковь!

— Я не знал, что так получится. — Малочевский пожал плечами.

— Не смотри на меня таким блаженным взглядом. Я тебе говорил, что нам в церкви не нужны такие люди.

— Но они тоже нуждаются в Боге. Бог умирал и за их души.

— Считаешь себя самым умным!? — пастор краснел от злости все сильнее с каждым ответом Викториуса. — Это моя церковь! И в моей церкви таких людей не будет! И мне плевать, что с ними будет дальше, и в чем они нуждаются, и кто за них умирал! И не учи меня!

— Я пытаюсь спасать людей — делать то, что мне заповедал мой Бог. — пресвитер немного повысил голос.

— Возомнил себя супер-героем? — прошипел пастор. — Решил, что можешь изменить этот мир?! Супермен… хренов! — старик не скупился на слова, не обращая внимания даже на окружающих его людей. — Что, комиксов начитался?! Всех спасаешь теперь, да?! Тебя еще тогда выгнали с проблемами, перевели к нам. И здесь то же самое. От тебя везде одни проблемы! — Малочевский впервые видел своего пастора в таком состоянии. Наверное, тот, вообще, впервые в жизни был в таком состоянии. — А это что? — он указал на лысого, немного побитого, парня в кожаной куртке, стоящего рядом.

— Он не участвовал в погроме. — ответил Викториус. — Он хочет остаться с нами.

— Что значит, хочет остаться с нами? — раздраженно, но, немного успокоившись, спросил старик.

— Он отрекся от их организации. Теперь ему некуда идти. — пояснил пресвитер. — Он принял нашу веру.

— Он не останется здесь! — закричал пастор. — Это моя церковь!

В этот момент подошел полицейский. Он устало посмотрел на обоих служителей и обратился к тому, кто, на его взгляд, являлся главным — более злым и более старшим по возрасту.

— Вы знаете, кто это сделал? — спросил он с безучастным видом.

— Да. — раздраженно ответил старик.

— Заявление будете писать?

— Конечно, буду.

— Тогда пройдемте со мной.

Полицейский задержался еще на один миг.

— А с этим что? — спросил он, указывая на лысого парня в кожаной куртке.

Пастор зло посмотрел на Викториуса, затем на молодого человека, как бы решая, что ему делать.

— Есть кассета видеозаписи. — произнес Малочевский и кивнул головой на камеры слежения, находящиеся на крыше церкви. — Могут подтвердить охранники.

Старик махнул рукой.

— Ничего. — ответил он полицейскому. — Этот не участвовал.

Пастор церкви и представитель государственного закона ушли.

— Можешь остаться у меня. — обратился пресвитер к парню в кожаной куртке. Тот отрицательно покачал головой.

— Не надо. Я как-нибудь справлюсь.

— Но тебе может угрожать опасность. — возразил Викториус.

— И всем вам тоже.

— Ты не можешь вернуться к ним. Тебе нужно остаться со мной.

— Не беспокойся, я найду, где переночевать. У меня есть знакомые. — парень глубоко вздохнул. — Я понимаю его. Ему страшно. Это нормально. А к тебе я все равно не пойду. Со мной ты будешь в опасности.

Малочевский не стал уговаривать своего подопечного. Он знал, что тот все равно не согласится. Они разошлись в разные стороны, и пресвитер одиноко поплелся в кафешку неподалеку. Ему нужно было подумать.

Подпольная националистическая организация, очень радикального характера, исповедующая идеи патриотизма — а, по большому счету, просто сборище отморозков, готовых убивать на право и на лево — это те, с кем пришлось столкнуться местной церкви. Викториус случайно познакомился с некоторыми ее членами и, так как, он был глубоко религиозным человеком, то он решил приобщить их к своей вере. Проще говоря, он начал проповедовать этим людям — пропагандировать свои идеи в противовес их философии. Они встречались несколько раз, общались, спорили, и вот однажды националисты решили посетить богослужение. Собственно говоря, и церковь и националистическая организация давно знали о существовании друг друга. Да и, вообще, в этом маленьком городке все знали о церкви, в которой служил Малочевский. И это нормально — церковь должна быть открыта для людей — это не какая-нибудь секретная военная часть. Однако обычно все-таки предпринимаются определенные меры безопасности, или хотя бы стараются быть готовыми к какому-либо проявлению агрессии. Но, видимо, в общине, умудрившейся в течение нескольких лет находиться в дружеских отношениях с сектой сатанистов, к такому готовы не были.

Руководство церкви было явно не в восторге от очередной идеи Викториуса Малочевского. Оно, вообще, отрицательно относилось к любому проявлению активности молодого пресвитера. Любая активность воспринималась, как нечто опасное и ненужное. Церковь "спала" уже долгое время, и никто из ее членов не хотел выходить из этого приятного, ни к чему не обязывающего, состояния. За исключением Викториуса, которому такое состояние казалось смертью. Он единственный считал своим долгом заниматься одним из самых нелегких дел на этой земле — распространением своей религии.

Итак, несколько человек из подпольной националистической организации решили посетить воскресное богослужение. И, вроде бы, все было нормально, и даже прихожане вздохнули спокойно, когда, наконец, все шестеро отмороженных здоровенных и очень радикально настроенных молодых людей покинули собрание, не дождавшись его окончания. Но возникла не большая проблема — один из бритоголовых захотел вдруг изменить свою жизнь и посвятить себя религии. Его друзья не восприняли с радостью эту идею и попытались переубедить своего соратника. Но молодой человек оказался на редкость упрямым и решительным. Завязался спор во дворе церкви. Он продолжался довольно долго — за это время уже закончилось служение и все прихожане успели разбежаться по домам. В церкви остались только два охранника (получившие эту должность явно по ошибке), еще пара служителей и, естественно, Викториус Малочевский. Наконец, закончился и сам спор — не в пользу националистической организации. Тогда молодые здоровые ребята решили показать, насколько они злые и как сильно они не любят, когда перевербовывают людей из их рядов. Они вызвали из своего окружения еще десять человек и устроили погром, который им удалось закончить до приезда полиции. Вот так вот все и произошло. А молодой пресвитер всего лишь хотел исполнить заповедь своего Бога. Результаты этого сейчас покоились под толстым слоем пепла и огнегасительной пены, а молодой пресвитер обвинялся руководством церкви во всех смертных грехах.