Кошмарной летней ночью (сборник) - Стайн Роберт Лоуренс

– Да что с вами, ребята? Я же сказал, быстрее! – раздраженно рявкнул он. Он сгреб винтовки в охапку и сам пошел вдоль шеренги, буквально впихивая винтовки в руки ребятам.

Когда он давал винтовку мне, он так сильно толкнул меня в грудь, что я чуть не упал. Винтовка едва не рухнула на землю, и мне пришлось схватить ее обеими руками за ствол.

– Что происходит? – растерянно спросил Тейлор.

Я лишь пожал плечами, глядя в ужасе на винтовку у себя в руках. Я первый раз в жизни держал в руках настоящее оружие (игрушечные пистолетики не считаются). Мои папа с мамой всегда были против любого оружия. Я даже в тир не ходил, чтобы их не нервировать.

Раздав всем винтовки, дядя Эл сделал нам знак, чтобы мы обступили его полукругом. Он собирался что-то сказать и хотел, чтобы все его слышали.

– Это что, стрельбы какие-то? – спросил кто-то из ребят.

Вожатые рассмеялись. Но дядя Эл даже не улыбнулся.

– Слушайте меня внимательно, – строго проговорил он. – И никаких больше шуточек, я попрошу. Это очень серьезно.

Мы обступили его тесным полукругом. Теперь все молчали. Где-то в зарослях запела птица. Почему-то ее веселая песня напомнила мне о моих планах побега.

Но я упустил подходящий момент.

И теперь мне почему-то казалось, что я еще пожалею о том, что не сбежал, пока у меня еще была такая возможность.

– Вчера ночью две девочки убежали из лагеря, – проговорил дядя Эл будничным деловитым тоном. – Одна блондинка, вторая рыженькая.

«Дани и Дори!» – подумал я.

– Насколько я понимаю, – продолжал дядя Эл, – это те самые девочки, которые несколько дней назад переплыли реку и прятались в кустах на пляже лагеря для мальчиков.

«Да, это Дани и Дори! Они все-таки убежали!» – внутренне возликовал я. Я ужасно обрадовался за них. Я вдруг поймал себя на том, что стою и улыбаюсь как идиот. Я попытался состроить серьезную мину, прежде чем дядя Эл заметит мою радость.

– Сейчас эти девочки прячутся здесь, в лесу. – Дядя Эл поднял свою винтовку. – Ваши винтовки заряжены. Если вы встретите девочек, цельтесь тщательнее. Мы не дадим им уйти!

– Что?! – Я не поверил своим ушам. – Мы что, должны в них стрелять?!

Я заметил, что все остальные ребята смущены и растеряны не меньше моего.

– Да. Вы должны в них стрелять, – подтвердил дядя Эл безо всякого выражения. – Я же вам говорю, они пытаются убежать.

– Но мы не можем стрелять в людей! – воскликнул я.

– Это не так сложно, как кажется. – Дядя Эл упер приклад своей винтовки в плечо и сделал вид, что стреляет. – Вот видите. Ничего сложного в этом нет.

– Но нельзя же убивать людей… – начал было я.

– Убивать?! – перебил меня дядя Эл. Он аж изменился в лице. – Разве я говорил: убивать?! Эти винтовки заряжены капсулами со снотворным. Нам надо только остановить этих девочек. Мы не хотим причинить им вреда.

Дядя Эл шагнул ко мне. Я невольно попятился – очень уж грозное было у него лицо.

– У тебя какие-то проблемы, Билли?

Похоже, он брал меня на «слабо».

Я растерянно огляделся.

Остальные ребята испуганно таращились на дядю Эла.

В лесу воцарилась гнетущая тишина. Даже птица больше не пела в зарослях.

– У тебя какие-то проблемы? – Дядя Эл наклонился так близко ко мне, что я чувствовал кислый запах его дыхания.

Я безотчетно шагнул назад.

Мне вдруг стало страшно.

Чего он ко мне привязался? Чего ему от меня надо?

Я сделал глубокий вдох, на миг задержал дыхание, а потом выкрикнул ему прямо в лицо:

– Я… я не буду стрелять в девчонок! Не буду!

Я даже сам не понял, как так получилось, но я поднял свою винтовку и нацелил ее прямо в грудь дяде Элу.

– Ты еще пожалеешь об этом, Билли, – хрипло проговорил дядя Эл. Он в ярости сорвал свои темные солнцезащитные очки и зашвырнул их в кусты. Он смотрел на меня в упор. Нехорошо смотрел, злобно. – Опусти винтовку, Билли. А то пожалеешь, точно тебе говорю.

– Нет, – твердо сказал ему я. – Вы ничего мне не сделаете. Мне надоел ваш дурацкий лагерь. Я ухожу домой. И вы ничего мне не сделаете. Ничего.

На самом деле мне было страшно.

У меня ноги дрожали так, что я еле стоял.

Но я знал, что не буду стрелять в Дани и Дори. Я больше не сделаю ничего из того, что велит дядя Эл. Ничего.

– Отдай мне винтовку, Билли. – Дядя Эл говорил очень тихо, но в его голосе явственно слышалась угроза. Он протянул руку к моей винтовке. – Отдай.

– Нет!

– Отдай, я тебе говорю. Сейчас же.

– Нет!

Дядя Эл прищурился. И бросился на меня.

Я отступил на шаг, все еще целясь в него, и… нажал на спусковой крючок.

Я невольно съежился, ожидая, что грохнет выстрел.

Но винтовка лишь тихо щелкнула.

Дядя Эл запрокинул голову и рассмеялся. Он так хохотал, что даже выронил свою винтовку.

Я с изумлением смотрел на него, все еще целясь ему в грудь.

– Мои поздравления, Билли. – Дядя Эл улыбнулся мне. Так хорошо улыбнулся, сердечно. Я и не думал, что он способен так улыбаться. – Ты прошел испытание.

Он протянул мне руку для рукопожатия.

Ребята побросали свои винтовки на землю. Они тоже заулыбались. И они улыбались мне. Ларри издали показал мне большой палец, поднятый вверх. Я уже ничего не понимал.

– Что происходит? – спросил я с подозрением, медленно опуская винтовку.

Дядя Эл схватил мою руку и крепко ее пожал.

– Мои поздравления, Билли. Хотя, если честно, я знал, что ты пройдешь испытание.

– Какое еще испытание?! – растерянно пробормотал я.

У меня было такое чувство, что надо мной издеваются.

Но вместо того чтобы хоть что-то мне объяснить, дядя Эл повернулся к зарослям и громко крикнул:

– Ладно, ребята! Можете выходить! Все замечательно! Он прошел! Давайте его поздравим!

У меня челюсть отвисла, когда я увидел, что было потом. Из густых зарослей появились… Я не верил своим глазам.

Первыми вышли Дани и Дори.

– Так вы и правда сбежали в лес! – воскликнул я.

В ответ они рассмеялись.

– Поздравляю тебя! – крикнула Дани.

Следом за ними из зарослей вышел Майк. Он помахал мне рукой. Я увидел, что на руке нет повязки. И она ничуточки не распухшая.

Потом вышли Роджер и Джей.

Колин, Томми и Крис.

Все живые-здоровые. И даже довольные.

Они все улыбались и приветливо махали мне рукой.

– Что происходит? – выдавил я. Я уже ничего не понимал.

А когда из леса вышли папа и мама, я испугался, что у меня начались галлюцинации. Ну все, приплыли, подумал я. Теперь мне прямая дорога в дурдом. Но оказалось, что я не брежу. Мама бросилась ко мне и крепко-крепко меня обняла. А папа похлопал меня по плечу и сказал:

– Я знал, что ты справишься, Билли.

Я с удивлением заметил, что у него в глазах стоят слезы. Слезы радости.

Я понял: если мне прямо сейчас не объяснят, что происходит, у меня точно крыша поедет. Я мягко выбрался из маминых объятий.

– С чем я справился? Объясните уже…

Дядя Эл приобнял меня за плечи и отвел в сторонку. Папа с мамой пошли вместе с нами.

– На самом деле это не летний лагерь, – сказал дядя Эл. – Это секретная правительственная лаборатория по подготовке кадров для заданий особой сложности.

– Чего? – Я тяжело проглотил слюну.

– Ты знаешь, Билли, чем занимаются твои родители? Они ученые-исследователи, – продолжал дядя Эл. – И вскоре они уезжают в очередную исследовательскую экспедицию. Это будет особая экспедиция. Очень важная и ответственная. И на этот раз они хотят взять тебя с собой.

– Почему же вы мне ничего не сказали? – обиженно проговорил я, повернувшись к родителям.

– Потому что нельзя было, – отозвалась мама.

– Существует такое правило, Билли, – продолжал дядя Эл. – Дети могут сопровождать родителей в экспедиции особой сложности только в том случае, если пройдут испытательный тест. Для этого ты сюда и приехал. Чтобы пройти испытания. И ты их успешно прошел.