Лори Хэндленд - Темная луна

— Мне уже пора, — заторопилась Лидия. — Было приятно снова с вами увидеться. Можете пользоваться книгой столько, сколько понадобится. 

Мы попрощались, как положено и, прежде чем заговорить, подождали, пока ее машина отъедет. 

— Она врет, — пробормотал Ник. 

— Думаешь? 

Его глаза сузились, когда он уловил мой сарказм, но Ник воздержался от комментариев. По крайней мере пока. 

— Хотя, должен признать, если бы мою бабушку убили таким зверским способом, я бы тоже не захотел это обсуждать. Смерть есть смерть. 

— Не совсем так. 

Он моргнул. 

— То есть? 

Было нелегко постоянно держать в голове, что Ник знал и чего не знал о моем мире. Эдвард объяснил ему базовые понятия, но что, с точки зрения Эдварда, основное? 

— Если оборотень укусит, но не съест, то через двадцать четыре часа появится новый оборотень. 

— А если жертва умрет? 

— Тогда еще хуже. Мертвые восстают, люди начинают кричать, прибывает желтая пресса. Дурдом, одним словом. Вот поэтому мы стреляем в укушенных серебром, даже если они бездыханны. 

— Спасибо за разъяснение. 

— Не за что. 

— А как насчет Бэзила? — спросил Ник. — Почему Лидия притворялась, что они почти незнакомы? 

— Может, ей стыдно. 

— Или ему. 

Ветер взъерошил мне волосы, и негромкий щелчок заставил меня посмотреть на деревья. Я заметила отблеск луны на металле. 

— Ложись! — закричала я за долю секунды до выстрела. 

Пуля просвистела там, где только что была моя голова, и с глухим звуком вошла в стену домика. Мне жутко надоело постоянно выступать в роли мишени. 

Я ожидала продолжения стрельбы, но услышала лишь шорох удаляющихся шагов. С пистолетом в руке Ник начал подниматься, но я дернула его назад. 

— Пойду я. 

Прежде чем он успел возразить, я двинулась к краю крыльца, подумала о луне и обратилась. В нос ударил запах другого оборотня, я спрыгнула со ступенек и порысила в лес. 

Аромат щекотал краешек сознания. Я не была уверена, то ли дело просто в знакомом волчьем запахе, то ли это определенный оборотень. Даже если так, узнать его не получалось. Но довольно скоро запах смерти пересилил волчий, и я почти споткнулась о тело Бэзила. Его глаза невидяще уставились в небо. Из горла был вырван большой кусок. 

Я тихонько зарычала, выразив одновременно настороженность и беспокойство. Кто это сделал? Задрав морду к небу, я завыла, ожидая ответа, но ничего не услышала. 

Запах волка облаком окружал тело шерифа. Затем след вел в лес, становясь все слабее и слабее, пока полностью не исчезал. Услышав зовущего меня Ника, я поспешила назад. Не хотелось оставлять его одного беззащитным под луной, пока здесь бродит неизвестный оборотень. 

Я рванула сквозь кусты, а Ник одновременно бросился мне навстречу. Перевел взгляд с изувеченного тела на меня и приподнял бровь. Я покачала головой и поскребла землю лапой. 

— Они все так говорят. — Ник бросил одеяло за куст. — Подумал, что тебе это понадобится. 

Воспользовавшись преимуществами подарка и густой листвы, я обратилась со скоростью, которая, казалось, стала моей навеки, потом завернулась в одеяло как в саронг и вернулась на поляну. 

— Что случилось? — Ник уже начал осматривать тело. 

— Здесь был другой оборотень. 

Ник глянул на меня. 

— Нет никаких следов человеческих зубов. Может, у убийцы не было времени обратиться и закончить начатое. 

— Похоже на то, — пробормотала я. 

— Первое правило расследования убийства: особая жестокость к жертве, повреждения лица или горла означают личные счеты, — процитировал Ник. 

— Что возвращает нас к Лидии. Порвать Бэзила — акт очень личный.

— Лидия не оборотень. 

— Может, она спала с оборотнем. 

— Вела двойную игру? 

— Она могла не знать об истинной природе своего второго любовника, — заметила я. 

— Надо поговорить с ней еще раз. — Ник вздохнул. — А теперь у нас еще один труп. Я уже не знаю, кому звонить. 

— Как насчет мэра? — предложила я. 

— Почему бы и нет? — Ник вскинул руки, сдаваясь. 

Мы вернулись к домику, и Ник открыл дверь. Я задержалась, хмуро глядя на пулевое отверстие в бревне. 

— Зачем Бэзилу понадобилось в тебя стрелять? — спросил Ник. 

— Еще интересней вот что… — Я потянулась к пуле и тут же отдернула руку, когда пальцы обожгло. — Почему он выстрелил в меня серебром? 

Ник моргнул. 

— Правда? 

Я кивнула и задумалась. А что, если Бэзил… 

— Предатель, — договорила я мысль вслух. 

— Что еще за предатель? — спросил Ник. 

Я вкратце рассказала ему о том, что еще несколько дней назад было моей самой большой проблемой наряду с Билли. 

— Кто-то сливал информацию? 

— Да. Хотя не понимаю, как они узнали обо мне. Никто не в курсе, кроме Эдварда. К тому же нет никакого личного дела с галочкой в графе «оборотень». 

— Знает не только Эдвард. 

— Еще ты. — Я нахмурилась. — Ты бы так не поступил. 

— Элиза, ты очень доверчива. 

Я склонила голову набок.

— Но ты права — я бы так не сделал, даже знай я, кому тебя продать. Но как насчет остальных? 

— Кого? 

— Джесси, Уилла, Ли, Дэмьена? 

— Они бы никогда... 

— Уверена? 

Я даже не задумывалась. 

— Да. 

Может, они меня не понимали. Может, я им даже не нравилась. Но ягер-зухеры держатся вместе, потому что у нас никого больше нет. 

— Кто-то тебя сдал. 

— Не обязательно, — возразила я. — Бэзил просто мог знать, что здесь есть оборотни, поэтому и зарядил свое оружие серебряными пулями — ведь они сработают на ком угодно. 

— Но зачем стрелять в тебя? Что ты ему сделала? 

— Теперь уже не узнаешь, — пробормотали за спиной. 

Я даже не подскочила, не обернулась, не задержала дыхание. Я знал этот голос так же хорошо, как собственный. Эдвард вернулся. 

Глава 29

— Может, ты случайно или намеренно убила кого-то, кто был ему дорог. 

Эдвард вышел из домика. Ник попятился, становясь между мной и шефом. 

— Сэр, когда вы приехали? 

— Не так давно. Представь мое удивление, когда я услышал выстрелы и узнал, что в вас опять стреляли серебром какие-то неизвестные. Что, секретов больше нет? 

— Похоже, нет. А вам, как видно, удалось уйти от очередной толпы желающих вас прикончить. 

— «Уйти» звучит так, будто я от них убегал. Я же мчался им навстречу, и теперь они... исчезли. 

Я понимала, что значило «исчезли», поэтому не стала заострять на этом внимание. 

Тем временем пристальный взгляд Эдварда переместился с моих жутко спутанных и торчащих во все стороны волос к одеялу из хлопчатобумажной ткани с каймой и дальше к моим грязным ногам. Шеф ничего не сказал, но я все равно почувствовала его осуждение.