Вики Филдс - Ад на земле Книга II

— Мерзкий! Мерзкий! Мерзкий мальчишка! — звучало в его голове. Мать била его нещадно, жестоко. Он уже не помнил, за что, наверняка какой-нибудь пустяк, но он помнил хлесткие удары по лицу, по спине, и по ногам. Больно. Очень больно. Даже сейчас, когда она к нему подходила, были моменты, когда он вздрагивал и весь сжимался от страха. Поэтому, он во что бы то ни стало должен получить опекунство над Надеждой. Он не может позволить заботиться о сестре женщине, которая даже ее имени не знает. Она отказалась, чтобы Адам назвал его, и не терпела, когда он заговаривал с ней о сестре.

— Эй, — в сарай ввалился парень матери. Имени Адам так и не запомнил. Знал только, что его зовут как-то на П. Этот мистер П был изрядно пьян, и едва стоял на ногах. Адам, как только взглянул на него, сразу же подавил порыв тошноты от отвращения, и мигом вспомнил про Надежду. Она должна была сейчас сидеть в шкафу, но что если ей захочется немного поразмяться, и она выйдет из шкафа? Мать может увидеть ее, и отправить в будку Сэмми. Адам подавил дрожь, как только представил это. Нет, она так не поступит. Кроме того, Адам четко дал сестре понять, что с того момента, как у них живет П, она ни в коем случае не должна позволить мерзкому старику увидеть ее. Адам встал, и со скукой встретил взгляд П. Тот сфокусировал маленькие пьяные глазки на Адаме и икнув, сказал:

— Почему ты расстроил свою мать?

Адам отряхнул колени от соломы и пыли, и мрачно прошел мимо пьяного старика; тот схватил его за локоть, и юноша замер, как вкопанный. Он медленно повернул голову, и сверху вниз посмотрел на нового парня матери. Тот был крепкий, коренастый. Адам — высокий, худощавый.

— Убери руку, — с угрозой сказал он. — Или я убью тебя.

Старик, похоже, испугался, — его глазки забегали, словно у свиньи. Адама это даже рассмешило. Он вырвал руку, и ушел, но вслед старик заорал пьяным голосом:

— Твоя мать была права, ты отродье сатаны, весь в своего отца!

Адам сжал зубы и пулей влетел в дом. Он хотел помолиться. Но прежде чем сделать это, он открыл шкаф, бережно взял на руки спящую сестру, и уложил ее на кровать, которая теперь была слишком мала для него, поэтому Адам спал на матрасе на полу. Надежда что-то пробормотала во сне, и Адам улыбнулся. Малышка, не открывая глаза проворчала:

— Братик, от тебя воняет.

Адам тихо рассмеялся:

— Я еще не успел искупаться. Извини.

— Нет, ты не должен извиняться. Потому что я пошутила. — Надежда рассмеялась, со всей детской задорностью. Адам прищурившись, спросил:

— Ты была послушной, и не выходила из комнаты?

Конечно, она не выходила. Адам достаточно запугал ее, чтобы лет до десяти бедняжка не ступала за порог. Но гораздо сильнее он переживал не за свою ложь, и не за детские переживания, а за то, что кто-нибудь из старших зайдет и увидит Надежду. Особенно П, — он очень подозрителен.

— Я видела странного дядю, похожего на свинку у нас во дворе. — Надежда открыла глаза, и внимательно посмотрела на брата, желая услышать о том, как у них во дворе оказался свиноподобный дядя. До этого момента малышка его еще не видела.

— Это был не дядя, Надежда. Это страшное чудище, которое ест маленьких, и сонных девочек, таких как ты. И если ты не хочешь быть съеденной, — «этой жирной свиньей» — про себя добавил он, — ты должна меня слушать, и поэтому закрыть глазки, и спать.

— Я хочу, чтобы ты прочитал мне сказку.

— Я не могу, потому что должен учиться. Ты ведь хочешь уехать отсюда, верно?

— Сейчас я больше всего хочу сказку, Адам. Пожалуйста, прочитай мне сказку, — притворно захныкала девочка.

— Хорошо, но, если пообещаешь, что это будет одна сказка.

— Давай ты будешь читать, пока я не усну, — предложила находчивая малышка, и Адам покачал головой:

— Нет, нет, нет, маленькая хитрюга. Я знаю, что как только ты станешь слушать сказку, тебе сразу расхочется спать.

После того, как Адам все же прочел сказку, и его маленькая Надежда уснула, он все никак не мог сосредоточиться на работе. Сидя под лампой, с пустыми глазами глядя на тетрадь, он вспоминал слова матери. Что, если он действительно станет как отец? Генам свойственно передаваться от поколения, к поколению. Что, если с ним случиться, то же самое? Что, если когда-нибудь, он возьмет в руки нож, и пойдет убивать?

Адам смотрел на лампу, пока его глаза не устали.

Нет, он не может стать как отец. Ни как мать, ни как отец, — он должен заботиться о Надежде. Он должен думать в первую очередь о ней, а не о себе.

— В твоей голове слишком много ненужных мыслей, — услышал он позади себя женский голос и резко обернулся. Первым делом взглянул на кровать, и удостоверился, что его сестра в порядке, и только потом обратил внимание на женщину, что стояла посреди комнаты в высоких сапогах, штанах, и приталенном пиджаке. Женщина была похожа на наездницу; ее черные волосы были безумно длинными и красивыми.

— Кто вы? Как вы здесь оказались?

— Я могу быть где угодно и когда угодно, — пропела женщина, присаживаясь на колени перед Адамом. Он даже сумел рассмотреть морщинки вокруг ее глаз. Должно быть ей лет тридцать, однако она дерзка и красива.

— Я спросил кто вы, и как вы здесь оказались. Вы подруга моей матери?

— О нет, дорогой. — Женщина провела кончиками пальцев по щеке Адама, но он даже не вздрогнул, хотя внутренне сжался от неприятного ощущения. — Я твоя подруга.

У Адама было не так много друзей, а точнее вообще не было, потому что всем девушкам он отказывал в свиданиях, и они злились, а парни предпочитали не общаться с «этим странным парнем», поэтому будь у Адама в друзьях такая женщина, или хотя-бы в знакомых, он бы ее не забыл.

— Ты каждую ночь молишься, Адам. Ты веришь в Бога, малыш?

Адам давно не малыш, но он вздрогнул не от этого. Каждую ночь, с самого детства, он усердно просил о помощи Бога, а когда родилась Надежда, Адам вдвойне тщательнее молился, и верил, что скоро Господь услышит его молитвы, и придет на помощь.

— Неужели вы ангел? — с надеждой спросил Адам. Он почти потерял рассудок, дожидаясь ответа, почти потерял веру. Наверняка, эта женщина — Ангел, ведь она так красива, словно цветок, словно… нет слов, описать ее красоту.

— Я давно слышала твои молитвы, Адам. Но получил ли ты ответ или какой-нибудь знак? Снизошел ли Бог, до такого человека, как ты?

Сердце Адама сжалось, он повторил свой вопрос, но теперь с мрачной строгостью:

— Ответьте, кто вы, и как здесь оказались.

— Я в твоем сне, Адам.

Юноша посмотрел на свою сестру. Затем кратким взглядом осмотрел комнату. Ничто не указывало на то, что это сон, кроме странной, чарующей женщины. Она наклонилась к нему, положила горячую ладонь ему на шею, так, что у него пошли мурашки по телу, и поцеловала. Адам сидел как громом пораженный. У него перед глазами поплыли темные круги от шока.