Вольфганг Хольбайн - Книга мёртвых

— Что ты имеешь в виду? — с некоторым опозданием переспросил фламандец.

Де ла Круа ответил не сразу. Он беспомощно пожал плечами и, прищурившись, покосился на замок, расположенный на вершине горы и напоминавший зубцы короны. Где бы они ни находились и под каким бы углом ни обозревали окрестности, замок Некрона постоянно оказывался в их поле зрения. Тамплиеры заметно нервничали, не умея объяснить, отчего это происходит, но все-таки допускали, что, возможно, в этом странном пространстве просто не существует места, из которого нельзя было бы увидеть замок.

Несмотря на удушающую жару, ван Вельдена зазнобило.

— Может, на самом деле все в порядке, — ответил де ла Круа. — Меня, наверное, просто раздражает этот проклятый замок.

— Давай начнем, — кивнув, предложил ван Вельден.

Эти двое столь разных мужчин переглянулись, а затем, повернувшись, посмотрели на пустыню и неумолимо приближавшееся войско живых мертвецов. Нильс ван Вельден и Андре де ла Круа медленно подняли руки и застыли в нелепой позе — с растопыренными пальцами, закрытыми глазами и сведенными судорогой мышцами. Их лица выражали полную сосредоточенность на предстоящем задании, а губы почти беззвучно шевелились. Тамплиеры бормотали слова, которые знали и имели право знать лишь они. Сейчас их сознание приближалось к краю невыразимого.

Ничего не произошло.

Ветер продолжал завывать, солнце все так же безжалостно пекло, войско живых мертвецов по-прежнему двигалось в их направлении. Правда, ветер стал чуточку сильнее, но если и так, зомби этого не заметили, поскольку они уже не обладали сознанием. Они были мертвы, и их подняли из мертвых для того, чтобы они убивали.

Никто из них не заметил, что завывания ветра изменились, а пустыня внезапно стала другой.

Зомби, шедший в самом начале процессии, споткнулся. Его нога, занесенная для очередного натужного шага, провалилась в песок. Он не встретил сопротивления и начал погружаться в песчаную массу — сначала до щиколоток, потом до икр и колен. Тамплиер упал ничком, пытаясь опереться на руки, но зыбучие пески продолжали засасывать его тело. Они расступались под ним, бурлили и наконец поглотили полностью.

Не обращая на это внимания, зомби шагали вперед. В зыбучие пески попал второй живой мертвец, третий, четвертый. Но зомби все шли и шли. Бездушные машины, они ступали по погружавшимся телам и не собирались останавливаться. Те, кто уже погрузился в песок, пытались вырваться, копошились, словно странные животные. Мертвые, неспособные умереть еще раз, невосприимчивые к зыбучим пескам, они, казалось, плавали в них.

Продвижение кошмарной армии немного замедлилось, но вскоре участок зыбучего песка заполнился, и адская армия пошла дальше. Цепочка мертвых тел разорвалась, но это ничего не меняло.

Магистры спокойно наблюдали за происходящим и ничему не удивлялись. Во-первых, они понимали, что создания, с которыми им придется сражаться, не были смертными. Во-вторых, тамплиеры знали, что их сила этим не ограничивалась.

И вновь все произошло совершенно незаметно, по крайней мере, сначала. По пустыне прошла какая-то волна, подергивание, словно чье-то огромное тело свело судорогой. Вдалеке от замка и армии мертвецов обрушилась дюна, другая дюна взорвалась изнутри, как будто в ней таилась неведомая сила. Земля задрожала, песок начал осыпаться, и между дюнами образовалась трещина, напоминавшая застывший зигзаг молнии. Сперва эта трещина была довольно тонкой, едва видимой линией, наполнявшейся песком почти с такой же скоростью, как она образовывалась.

Но только почти.

Постепенно эта линия становилась шире, сначала превратившись в трещину шириной в палец, а затем в гигантскую бездонную расселину, разделившую пустыню до самого ее каменного сердца. Расселина увеличивалась и по длине. Один ее конец безумным зигзагом протянулся до мрачного замка, сметая на своем пути дюны, глотая песок, пыль и землю, и с каждой секундой этот процесс ускорялся.

Одновременно с этим поднялась буря. Всего за несколько мгновений завывания ветра достигли адского крещендо, ураган, подняв тонны песка, окрасил воздух над пустыней сперва в коричневый, а затем в черный цвет. Словно войско невидимых всадников Апокалипсиса, буря промчалась над неуклонно удлинявшейся расселиной, волоча за собой песок и обломки скал, свои смертоносные орудия. Казалось, что к замку движется черная бурлящая стена.

И когда буря ударила по горе, показалось, что начался конец света. Даже на вершине горы, в черной башне, тамплиеры почувствовали толчок — ураган ударил в подножие колосса из лавы. Внизу же творилось что-то невообразимое, похожее на настоящий ад. Маршировавшее войско мертвецов в одну секунду было сметено черной вихрящейся массой, великодушно укрывшей от глаз наблюдателей то, что происходило внутри нее. Живые мертвецы, подхваченные вихрем, поднялись вверх, словно легкие детские игрушки, а затем закружились в воздухе и ударились о темную скалу. Песок, с невероятной силой крутившийся в воронке смерча, раздирал их одежду, высекал искры из металлических частей, брони и оружия.

В следующее мгновение к горе добралась и трещина. Земля второй раз дрогнула — и пустыня внезапно расступилась. В теле земли образовалась гигантская, наполненная красной лавой рана, поглотившая песок, обломки скал и беспомощные тела мертвецов. Влекомые невидимой силой, зомби обрушивались в бездну один за другим, и когда лава поглотила последнего из них, огромная каменная пасть закрылась. От армии живых мертвецов Некрона не осталось ничего, кроме обрывков одежды, обломков оружия и нескольких белых костей…

Ван Вельден медленно опустил руки и, открыв глаза, громко вздохнул. Он и де ла Круа остались в целости и сохранности на крошечных островках спокойствия посреди пустыни, в которой бушевал апокалипсис. Ни один волосок не шелохнулся на их головах. Однако ван Вельден чувствовал себя крайне измотанным, как и всегда, когда ему нужно было задействовать свои таинственные силы. То, что он делал, требовало немалых усилий.

Однако битва еще не закончилось. Несмотря на то что пустыня вновь стала безжизненным простором, а огромная расселина, порожденная волей ван Вельдена, исчезла так же бесследно, как и появилась, буря продолжала бушевать. Она отодвинулась вглубь пустыни, на полмили от горы и двух одиноких фигур, но по-прежнему оставалась там, словно огромный хищник, поймавший свою добычу, но не насытившийся. За черной стеной урагана сверкали молнии и гремел гром. Ван Вельден даже на таком расстоянии ощущал дуновение горячего воздуха. Охнув, он повернулся и уставился на де ла Круа.