Гайя Антонин - Вызов

   Я кивнула утвердительно. Он стоял ко мне по-прежнему спиной.

   - Гайя? Ты меня поняла? Ты головой киваешь? - он повернулся, нахмурился. - Я хочу, чтобы ты со всей осторожностью отнеслась к тому, что тебе надо будет ходить по улицам.

   Я фыркнула.

   - Мана, ты выведешь и святую, ей-Богу... К чему меня запугивать так? Я же психом стану. Ты не доверяешь своим дочерям-бодигардам, что ль?

   Холодный, прямой, он смотрел на меня высокомерными и отстраненными глазами.

   - Доверяю им как себе. Нас связывает не присяга, а много больше.

   Я приблизилась к нему почти вплотную. Хотелось задать очень стремный вопрос, который задавать не следовало.

   - Мана, а у создателя и обращенного может быть секс? - выпалила я после мучительных раздумий.

   Видимо, я вытащила вампира из его приватной дали.

   - Конечно. У Кима и Саши же есть, - Мана наконец-то усмехнулся. - Обращают ведь чаще всего любимых или желанных...

   - А с Жанной или Жози... - начала было я, но задохнулась от собственной наглости, горячая краска залила мое лицо.

   Мана чуть усмехнулся, глядя на меня.

   - Конечно, мы называем обращенных "детьми". Но связи, за которую секс с "детьми" можно назвать инцестом, у нас нет. Есть нечто выше - духовные нити, и не всегда из этих нитей ткутся отношения "родитель-ребенок". И все же мне нелегко было впускать их в свою постель...

   О небо! Он застеснялся!.. Вампир со смущенной улыбкой закусил губу, ожидая моей реакции. Я молчала. Я помнила его слова о Дандан из Линху: "Я не могу трахать ребенка". Конечно, Жанна и Жози были старше, чем китаянка, но для Маны они были детьми...

   - Мне пришлось это делать, чтобы переломать те и так переломанные души, что оказались у меня на руках. И сделать так, чтобы они на сей раз срослись правильно... - Мана притянул меня к себе, и в его глазах снова загорелся властный и жестокий огонек. Смущения как не бывало - вампир хорошо справлялся с подобными чувствами. - Раз уж я оказался их создателем, отцом - почему бы не исправить в головах девчонок образ самого главного и первого мужчины в жизни?

   - Прям по Фрейду...

   - Да, - влажные глаза смеялись, глядя на меня, - только тогда Фрейд еще в школу ходил и помочь мне советом не мог. Просто я понимал это... звучит немного болезненно, не находишь?

   - Да нет.

   - Как мне было показать им, что я их люблю, если они подсознательно не принимали никакой другой любви, кроме телесной?

   Я с жалостью смотрела на него. Нет, дорогой мой вампир, не все твои рамки стерлись с веками...

   - Позже они начали верить и понимать, что любить можно иначе. Сердцем, душой, выражать любовь и преданность по-разному. А раньше просто жались к моему боку и расстегивали штаны... И оттолкнуть, спугнуть я боялся.

   Я охнула, пряча лицо на плече Маны. Его руки обняли меня.

   - Если бы ты был Тристаном - тебя такой вариант точно устроил бы.

   - Ты не права. Патернал должен уметь верно оценивать моральные и духовные силы своего воспитанника. Навредить ведь легко, а исправить...

   - И ты ни одного своего ребенка не отдал патерналам? - спросила я.

   - Тристану пришлось сдать на попечение, как ты помнишь...

   - Это была вынужденная мера.

   - Тогда ни одного не отдал.

   - Не бросил.

   - Нет.

   Я обхватила его спину руками и сомкнула их замком.

   - Ты гораздо лучше, чем привык казаться, Мана.

   - Только не говори никому, ладно? - в его голосе прозвучал наигранный страх.

   - Не скажу. А ты за это нарисуй меня?

   Мана отстранил меня, глядя настороженно мне в глаза. Он словно решал - доверять мне или же нет. Рисовать меня или же нет. Я улыбнулась. Будто бы рисуя меня на холсте, Мана прочертит контуры моего лица и в своем сердце.

   - Откуда ты?..

   - В шкафу видела мольберт. Нарисуешь?

   Он кивнул, по-прежнему пристально изучая мое лицо, но уже взглядом более радостным.

   - Нарисую, да...

   Не знаю, может, мне показалось, но в этот момент мы стали близки так, как не были никогда.

   Очарование разрушили две свежие маргаритки, возникшие в дверном проеме.

   - Улё, мы едем или как?.. - вопросила Жози, с нагловатой усмешкой глядя на нас.

   Жанна закатила глаза.

   - Дать вам 15 минут? - сдержанно, но с иронией поинтересовалась она.

   Я показала ей язык. Вампирша удивленно рассмеялась. Надо же, рядом с этими вроде бы девочками и я стала чувствовать себя ребенком!..

   Глава 10

  Стальная улыбка и кованый взгляд -  Такие не знают дороги назад...  Легион "Не убивай"

  Ты была королевой ночи,

  Только я тебя замочил...

  Silver Bullet "Соблазнительный вампир"

   - Гайя. Гайя...

   Очнулась, возвращаясь к реальности. Передо мной сидели и с легкой укоризной глядели Жанна и Жозефина.

   - Я просто о папочке вашем думала, - созналась я, пялясь в свои карты. Ни одного козыря. Жози явно мухлюет.

   - Я побила все. Есть что подкинуть? А что о нем думать? - свалила в одну кучу все вопросы Жанна.

   - Где он? Что с ним? - я вздохнула. - Эта скотина пятый день вне зоны досягаемости...

   - Да успокойся ты, с ним ничего не может случиться, - заверила меня Жози.

   - Со всеми все может случиться. Тем более, с такой затычкой во все дырки, как Мана...

   Я отложила карты и встала.

   - Налью себе вина...

   В кухне, прислонясь спиной к стене, я заставила себя успокоиться и собраться. Конечно, это очень плохо, что Мана не звонит мне так долго, я была зла и раздосадована. Однако на самом деле я сходила с ума от беспокойства за Мурзу!.. Если вампир, у которого, верно, и при жизни такое же шило в жопе было, опять покинул город, то вервольфу попросту грозит голодная смерть!..

   Все эти дни я думала и думала об этом, понимая, что ничего сделать не могу. Обратиться к Эриставу, вдруг у него ключ есть от квартиры Маны... Но от Комнаты-без-окон ключа у хевсура нет точно, а если и есть, то все равно не даст он мне его.

   Еще - я не знала, можно ли говорить другим вампирам о том, что у Маны в клетке сидит оборотень. Не причиню ли я этим неприятности Мане или Мурзе? Как всегда - уйма вопросов, башка лопается!.. Для кого Мана стережет оборотня?

   Оттолкнувшись от стены, я налила себе вина и стала у окна. Конечно, все эти дни мне было совсем не скучно с Жанной и Жози. Они неустанно таскали меня по городу, со станции "Осокорки" на "Хрещатик", оттуда - на Петровку, потом - снова в центр города, ибо девушкам возжаждалось увидеть, как горят огни на Крещатике ночью... Потом - в кафе, потом - на каток, потом - опять в кафе, затем танцевать... И так почти каждый день. Я засыпала, едва коснувшись головой подушки.