Карен Чэнс - Дочь полуночи

— Что же рассказали эти люди? Если они работают на... — Я замолкла при одном особенно болезненном прикосновении.

— Мы расспросили бы их, если бы твои союзники оставили кого-нибудь в живых, — последовал колкий ответ.

Еще одна маленькая пуля ударилась о пол. Не удивительно, что я ощущала себя выжатым лимоном. Даже я обычно старалась не получать две пули в грудь за один день.

Затем до меня дошел смысл слов Луи Сезара. Я огляделась по сторонам и первый раз заметила, что фрагменты того человека, который хотел пристрелить несчастного полукровку, теперь украшали пару клеток, стоявших у противоположной стены комнаты. Куски аукциониста и его помощников были повсюду. Через ряд от меня валялась рука, все еще сжимавшая молоток. Пока Луи Сезар зашивал рану, я увидела, как маленький тролль, союзник Ольги, с виду не пострадавший, за исключением сломанного носа, кинул руку в корзину к остальным кускам плоти.

«Еда навынос», — решила я.

— Погоди-ка минутку. — В моем затуманенном мозгу наконец-то родился очевидный вопрос. — Если это была какая-то распродажа рабов, то что же делала здесь Клэр?

«Просто невозможно представить ее в подобной лохани с помоями».

Луи Сезар не ответил. Он был слишком сосредоточен на пуле двадцать второго калибра, засевшей у меня в бедре.

Не успела я повторить вопрос, как в поле моего зрения оказалась некая персона, при виде которой все слова вылетели из головы.

— Ни фига себе! — Я начала подниматься, но Луи Сезар меня удержал. — Да ты что, не видишь?

Я во все глаза смотрела на вновь прибывшего из-за плеча вампира.

«Либо у меня галлюцинации, либо угроза не так велика, как кажется».

Я искренне надеялась на второе, потому что не могла себя защитить.

Незнакомец грациозно опустился на колени рядом со мной. Я старалась не пялиться на него, но у меня ничего не получалось. Он заслуживал пристального взгляда хотя бы потому, что был самым красивым мужчиной, какого мне когда-либо доводилось видеть. Золотистые волосы рассыпались по плечам. В тусклой комнате казалось, что они светятся своим собственным внутренним светом. С волосами удивительно контрастировали и еще сильнее ошеломляли темно-зеленые, едва ли не черные глаза, обрамленные золотистыми ресницами. Однако самым удивительным было лицо. Тонкие лучики морщинок собрались в уголках глаз, ровные белые зубы обнажились в улыбке.

Несмотря на все совершенство его черт, первое слово, каким я описала бы незнакомца в целом, было «приятный». Оно никак не вязалось с теми чувствами, которые я обычно испытывала по отношению к светлым эльфам.

Однако поразительная внешность никак не защитила этого красавца от атаки рычащего серого комка.

— Что здесь у вас такое? — В нежном музыкальном голосе прозвучало удивление, слабо мерцающая рука подхватила с пола серое существо. — А, детеныш дуэргара. Это ваш? — Я молча смотрела, как он держал за шиворот несчастного малыша.

Тот пытался его поцарапать, но руки у эльфа были длиннее, и он держал существо на безопасном расстоянии от себя.

— Не может быть, что эта девушка — тот самый воин, наводящий ужас, — произнес эльф, и его глаза раскрылись шире, когда он всмотрелся в меня. — Она слишком молода и чересчур хороша собой.

— Ей пятьсот лет, — лаконично заметил Луи Сезар.

— Как я и думал, — сказал эльф. — Сущее дитя. — Он поднес к губам мою руку.

Если его и смутила запекшаяся кровь, то он ничем этого не выдал.

— Мне кажется, вы и есть Дори. Я прав? Меня называют Кэдмоном, во всяком случае, в вашем мире.

Дуэргар, кажется, не хотел, чтобы Кэдмон дотрагивался до меня, поэтому принялся бешено размахивать ручками, похожими на палочки, пытаясь выцарапать эльфу глаза.

Кэдмон бросил на него беглый взгляд.

— Дуэргары бывают весьма полезны. Они не подвержены воздействию ядов и большинства видов магии, яростны в бою, в особенности за правое дело, многие из них — талантливые кузнецы. У меня как-то был пояс с золотой пряжкой поразительной работы, произведение одного из их прославленных ремесленников. Но у вас весьма жалкий экземпляр. Уж прошу прощения за это замечание.

Я забрала у него рычащего малыша. Дуэргар обхватил меня за шею ручками-прутиками и затих.

— Он всего лишь детеныш, — сказала я в его оправдание.

Кэдмон кивнул.

— Верно, но без должного воспитания и тренировки под наблюдением соплеменников он никогда не приобретет необходимых навыков. Мне кажется, что сородичи вряд ли будут рады этому детенышу. Похоже, тут имеет место кровосмешение. Он наверняка вызовет у них отвращение. Было бы гуманнее избавить его от мучений.

Я обняла дуэргара, усилием воли подавляя тошноту. Может, если его отмыть, он будет похож на Энимала из «Маппет-шоу»? Мне всегда нравились тамошние куклы.

— Назову его Вонючкой.

Луи Сезар закатил глаза, но Кэдмон лишь улыбнулся.

— Очень подходящее имя.

— Кстати, как вы сюда попали? — спросила я, сомневаясь в том, что эльф зашел на аукцион, собираясь что-нибудь купить.

Эти существа обычно с осторожностью подходят к выбору слуг.

Кэдмон изящно повел плечами.

— Кажется, у нас общая цель. Я тоже ищу вашу подругу.

— Его уполномочил Совет эльфов, — пояснил Луи Сезар, бросая на нового знакомого неприязненный взгляд.

Очевидно, они уже успели пообщаться, пока я была без сознания. Видимо, эльф не слишком понравился вампиру.

— Чтобы расследовать это прискорбное дело, — добавил Кэдмон. — Меня сильно беспокоит судьба вашей подруги. Ее необходимо найти, и чем раньше, тем лучше. Мне казалось, что я открыл ее местоположение, однако было уже слишком поздно.

— Почему вас интересует Клэр?

Она никогда не говорила, что имела какое-то отношение к эльфам. Мне казалось, что у подруги нет от меня секретов.

— Я с нетерпением жду возможности подробно обсудить с вами это дело, — сказал Кэдмон и окинул взглядом мое истерзанное тело. — Наверное, мы сделаем это после того, как вам станет лучше?

— Расскажите сейчас.

Я коснулась его руки, и она показалась мне прохладной на ощупь, хотя такое впечатление могло появиться из-за текучего шелка. Если бы какой-нибудь модельер увидел, как выглядит эльф в этой простой серой тунике и рейтузах, то у нас начался бы бум средневекового костюма.

Я была еще слишком слаба, но все-таки попыталась сесть. Боль от раны, в которой в данный момент ковырялся Луи Сезар, теперь почти не чувствовалась. Уж и не помню, когда теряла сознание столько раз за одни сутки, но мне казалось, что я вот-вот снова провалюсь в беспамятство.

— Позвольте мне. — Кэдмон положил ладонь мне на лоб.