Сергей Арно - Квадрат для покойников

Ознакомительный фрагмент

– Вот ты сейчас увидишь… Деньги есть в изобилии… – бормотал он.

Женщина хохотала только и называла его Ссусиком. Наконец она помогла Ссусику открыть замок, мешавший проникновению к денежному изобилию, и он первым с грохотом ввалился в помещение кабинета. По шуму, сопровождавшему вторжение, Труп понял, что Ссусик попал телом на стол и уронил телефонный аппарат.

– Ну что ты, Ссусенька? Не убейся, милый…

– Вот я тебе сейчас и покажу… Да у меня одних взяток… Сколько хочешь…

Зазвенели ключи, Труп напрягся. Вот сейчас он обнаружит, что сейф открыт и тогда… Действия пьяного директора трудно было предугадать. Пьяный человек опасен – никогда не знаешь, что у него на уме.

– Черт-те знает! То не открыть никак, то сам открывается… О! Видала?! Эти не трожь! Это получка трудового коллектива. Банщикам на сигареты. Вот тут мои. На тебе подарочек… Хе-хе-хе…

– Мало, Ссуся… – обиженно заныла дама. – Еще столько же… Не жмотничай. Вот у тебя сколько…

"Хватит с тебя, – раздраженно подумал в кладовке Труп. – У-у, зараза. Все ей мало…"

Потенциально деньги эти принадлежали уже Трупу, и было обидно, что директор отдает его деньги шлюхе.

– Ну на, на, киска… Не жалко. Мне завтра еще взятку принести обещали.

"Сволочь, взяточник проклятый", – думал Труп.

– Кстати, зовут-то тебя как?

– Лена. Ты что, забыл, Ссусик?

Опять что-то загрохотало.

– Ну давай, давай скоренько. Только на столе, я извращенец.

– Смотри-ка, и резинки у тебя лежат приготовленные. Нас ждут… Ты чего, совдеповскими пользуешься?

– Откуда они здесь? Отродясь в кабинете не держал.

Зашуршала обертка, и Труп вдруг вспомнил, что контрацептивы это его собственные, забытые им при переодевании на столе.

– Не знаешь – не беда, значит, добрый человек оставил, – ласково, возбуждающе говорила дама. – Ну надевай, не артачься. А советских лучше два, они рвутся…

Ссусик недовольно бурчал, цокал языком и, кажется, одевать ничего никуда не хотел и СПИДа не боялся.

– Ну, давай, маленький, я тебе помогу… Вот так. Умница. Хоть тебе на столе, хоть тебе в сейфе, знай – плати…

Труп, крепче уцепившись рукой, одетой в презерватив, за гвоздь, удерживая изнутри дверь, скрипел от злости зубами. Они без зазрения совести использовали его презервативы и забирали из сейфа его деньги.

Разговоры смолкли, что-то зашуршало, зачмокало, заелозило, через некоторое время дама стала охать да ахать, а мужик дышать, как паровоз. Трупу вдруг стало очень интересно, что же там делается. Он ослабил пальцы в предохранителях от беременности. Дама ахала все интенсивнее, по возрастающей; мужик дышал, как стайер, за которым гналась больная СПИДом собака. Труп стал легонько толкать дверь, чтобы образовать щель. Но тут дама взвыла не своим голосом, и Труп, испугавшись, что его заметили, закрыл дверь плотнее и затаил от страха дыхание.

– Хорошо, – сказала дама через некоторое время.

– Чего хорошо-то? – зло спросил отдышавшийся мужчина. – Сигарету хочешь?

Кладовка наполнилась дымом, вероятно, сзади в стене было вытяжное окно, сосавшее дым через дверные щели. Трупу сделалось дурно. Вдруг в глубине кладовки что-то зашуршало. Труп вздрогнул и чуть повернул голову, но в темноте видно ничего не было.

"Крыса, – подумал Труп. – Еще не хватало!"

– Там что-то скребется! – воскликнула дама. – Это наверное крыса. Я боюсь! Ссусь, посмотри…

– Сейчас я ее грохну!

Труп приготовился к прыжку. Неожиданно вырубить пьяного взяточника, потом даму, забрать деньги… В голове крутились десятки мыслей, но ясным было одно – действовать нужно решительно и идти напролом.

Ссусик спрыгнул со стола и зашерудил в дальнем углу.

– Здесь где-то была… Вот, падла.

– Ты что там ищешь, Ссусик?

– Да дубину, я ею крысам черепа крошу. О! Ты смотри, бутылка конины. Откуда она здесь? Смотри-ка!

Что-то упало.

– Пьем и уматывай. У меня день завтра тяжелый, – зазвенело стекло, забулькало. Труп слышал, как Ссусик сделал три больших глотка.

– Все, уматывай. А я здесь лягу, на диване.

– Надеюсь, ты дашь даме на мотор?

– Да ты что? Оборзела?! – заорал рассвирепевший Ссусик. – И так столько бабок хапнула, падла!

"Правильно! Молодец", – в мыслях похвалил Труп.

– Ну, Ссусь, червонец на мотор… – бормотала шлюха.

– Иди, иди, иди… Там сторож, закроет.

– Сука ты, Ссусь! – с выражением сказала дама. Каблучки простукали по кабинету, дверь скрипнула и захлопнулась.

Ссусь вернулся к столу и забулькал жидкостью. Потом выпил тремя большими глотками, снова набулькал, снова выпил…

От долгого держания за одно место у Трупа онемели пальцы, неподвижность сказалась и на всем теле. Он иногда шевелил затекшими пальцами ног в ботинках, но результат от этого был минимальным.

Ссусик куда-то сходил, чем-то скрипнул, стукнул; и в щели потянуло сквозняком, потом свет погас, заскрипел диван.

"Сколько времени, интересно? – подумал Труп, стоя в кладовке. – Пьяный спать должен хорошо. Только бы он сейф не закрыл… А, может, его порешить по-тихому, если спать не захочет?.."

Но на гробовое дело Трупу идти не хотелось. И вообще, не хотелось сегодня никого ранить или убивать, настроение было не то.

Скоро умаявшийся от спиртного и любви Ссусик захрапел, впав в полноценный здоровый сон беззаботного, чистого душой человека. Труп выбрался из укрытия и, осторожно шагая в темноте, подкрался к сейфу. Труп протянул к сейфу руку. На улице хлопнула дверь, зацокали по асфальту каблучки.

– Дэвушка! Падажды! С табой гулять хочу!

– Ссусик?! Это ты?! Бабки-то имеешь, чтоб гулять? – раздался с улицы знакомый голос.

– Дэньги есть! Вот!! Такой красывый женщин. Вай! Сколько?!

– Ах ты, Ссусик мой ненаглядный!.. Сколько у тебя там?..

Банный Ссусик захрапел и перевернулся на живот.

Ключи оказались в замке сейфа. Труп потянул за ручку, дверца медленно открылась. Он ухмыльнулся во мраке и запустил руку в сейф. Все нащупанное на обеих полках он переложил в сумку и прикрыл дверцу. Путь к выходу оказался сложнее то ли из-за того, что деньги уже были с ним, то ли из-за того, что поскорее хотелось домой. Он второпях наскочил бедром на угол стола, ушибся и нашумел. К счастью, сон Ссусика был безмятежен.

Труп тихонько вышел в коридор, прикрыл дверь и заспешил вниз по лестнице, на волю.

Дальнейшим его действиям припятствий никто не чинил, поэтому, прокравшись в подвал и перебравшись через хламные завалы, он, наконец, оказался на воздухе. Дождь перестал, темень была неимоверная. Электронные часы показывали 4.12.

Сняв с руки презервативы, он не бросил их тут же в темноту, а положил улики в карман и с чувством выполненного долга заспешил домой. К себе он возвращался тем же проверенным путем – через чердак.