Брайан Ламли - Путешествие в Мир Снов

— Кроу рассказывал мне, как вы передали ему массу интересных сведений, — отвечал де Мариньи. — Мне кажется, все происходило в этом же зале. Что ж, делайте со мной все, что посчитаете необходимым для спасения Титуса и Тиании.

Ктханид неодобрительно загудел:

— Способности Титуса Кроу невероятно высоки, даже с учетом того, что в его жилах течет кровь Старших Богов. Он впитал знания очень быстро, почти мгновенно, но я не решаюсь проделать подобное с тобой. Не держи на меня обиду, де Мариньи. Я не знаю, на что ты способен, но если ты не выдержишь, некому будет спасать Титуса Кроу и Тианию. В любом случае твое обучение не займет слишком много времени, потому что мои знания о Мире Снов, к сожалению, ограничены. Причина этого тебе вскоре будет ясна. А теперь приблизься ко мне…

Как только сновидец сделал шаг в сторону Ктханида, лицевые щупальца Высшего Существа потянулись к нему, стремясь коснуться призрака де Мариньи.

За мгновение до установления ментального контакта последовало последнее предостережение Ктханида:

— Соберись.

…И немедленно сознание де Мариньи открылось словно некие врата, куда хлынули фантастические видения. Де Мариньи начал впитывать мифы и легенды Мира Снов. И хотя было абсолютно ясно, что Великое Существо знает сравнительно немного об этом измерении, бестелесному землянину показалось, что Старший Бог всеведущ.

Впрочем, и не удивительно — как только разум де Мариньи смог воспринять то, что рассказал ему Бог, путешественник узнал удивительные тайны, доступных прежде только очень одаренным сновидцам, живущим в измерении, материя которого ежеминутно изменялась в соответствии с грезами людей. Перед внутренним взглядом де Мариньи проплывали континенты, холмы и горы, реки и океаны Мира Снов; мелькали сказочные страны, большие и малые города. Он смог даже рассмотреть людей, которые населяли этот мир. С изумлением де Мариньи обнаружил, что некоторые области и города ему знакомы. Теперь в его памяти всплыли приключения, котрые казались забытыми навсегда, потерянными в старых снах.

Неосязаемым, но могучим потоком хлынули знания великого существа в мозг Анри-Лорана де Мариньи. Перед ним внезапно возникла Пещера Пламени, где бородатые, в громадных тиарах жрецы Нашт и Каман-Тхах возносят молитвы и приносят жертвы рогатым богам тягостных грез, обитающим в облаках над Кадатхом. Через мгновение, устремившись в Холодную Пустыню, де Мариньи мельком увидел и сам Кадатх — запретный для людей город торжествующего Зла, местоположение которого скрывалось тщательнее, чем военные тайны земных правительств. Даже Ктханид не знал точно, в какой области пространства-времени лежит Кадатх.

Всего один удар сердца — и призрак де Мариньи шагал по бесконечной лестнице, ведущей к Воротам Глубокого Сна. За ней путешественника поджидал Заколдованный Лес и его скрытные обитатели — зуги. Де Мариньи выслушал наставление о том, что зуги — маленькие, коричневые твари — могут оказаться очень важными в его поисках, поскольку обладают разумом и знают почти все о Мире Снов. Более того, эти удивительные комочки могли переноситься в реальный мир — используя два особых туннеля, где измерение снов и реальность сливались воедино. К счастью, из-за своих сомнительных кулинарных пристрастий зуги обычно не покидали свое измерение.

Затем Заколдованный Лес и его обитатели — живущие в норах зуги — исчезли, а перед де Мариньи предстал блистательный город Селефе в долине Ут-Наргая за Танарианскими горами. И де Мариньи узнал, что в Селефе правит Куранес, в прошлом легендарный сновидец, известный во всех странах Мира Снов, как герой, проникший в звездные бездны и вернувшийся назад целым и невредимым. Глядя с высоты птичьего полета на Селефе, де Мариньи видел сверкающие минареты, роскошные сады, галеры на якорях в голубой гавани и — чуть подальше — гору Аран. Морской ветер раскачивал ветви могучих гинкго, растущих на ее склонах. А у подножья горы блестела бурная река Наракса. Причудливо извиваясь, несла она свои воды к морю, то и дело окатывая холодными брызгами бесчисленные деревянные мостики, перекинутые через нее. На мгновение сверкнули внизу бронзовые городские ворота, за которыми начинались мостовые из оникса — лабиринт улиц и аллей.

Но у де Мариньи было совсем немного драгоценного времени для знакомства с Селефе — едва он успел бросить взгляд на город и окрестности, как его уже понесло дальше, высоко над Церенейским морем, волны которого самым необяснимым образом вздымались до небес. Здесь, среди редких розовых облаков он с беспокойным изумлением увидел Серанниан — город облаков, построенный из розового мрамора на слишком эфемерном — даже для мира грез — берегу. И еще де Мариньи поражался чудесам, которые видел внизу, сквозь разрывы в розовых облаках — холмам, рекам и городам редкой красоты, спящим в ярком солнечном сиянии, рождающем в его душе неописуемый восторг.

И вновь все переменилось — да так быстро, что де Мариньи на мгновение посчитал, что ослеп. Теперь его окружала непроглядная темнота. Он узнал, что страна, раскинувшаяся внизу — ничто иное, как пустынное ледяное плато Ленг. Там на стылой земле стояли редкие деревни с уродливыми домами из необтесанного камня, и багровое пламя сторожевых костров не могло разогнать зловещий мрак этих мест. Затем ледяной ветер, который, казалось, заморозил самую душу путешественника, донес до него грохот странных барабанов, сделанных из костей, и вой отвратительных флейт, а от далеких звуков чудовищного пения де Мариньи стало еще холодней.

Взглянув вниз, он обнаружил, что видит, как некое существо, не человек, корчится на вертеле над одним из таких костров, а вокруг, в багровом сумраке дергаются и прыгают в такт адской музыки, чудовищные фигуры.

Де Мариньи знал, что существо в огне — чем бы оно ни было — ужасно кричит, и радовался тому, что вой ледяного ветра заглушает эти вопли; когда же наконец де Мариньи почувствовал, что его понесло дальше, он вздохнул с облегчением.

Теперь перед ним возникли странные, оплетенные кружевом причудливых лестниц храмы Зака, в которых прятались забытые сны. Где-то здесь до сих пор жили его юношеские грезы… Но не успел де Мариньи насладиться смутными видениями Зака, как почувствовал, что его снова неудержимо тянет вперед, к двум хрустальным скалам, высоким и прекрасным, соединенным вверху в сверкающую арку. Затем де Мариньи оказался над гаванью Сона-Нил, благословенной страны каприза. Но, видимо это место Кхтанид не считал достаточно важным. Путешественник в мгновение ока преодолел Южное море, и перед ним появились Базальтовые Столбы запада.

Легенды Миры Снов говорили, что именно здесь, под толщей воды, у подножия черных колонн, лежала на дне роскошная Катурия, но мудрецы знали, что эти столбы — всего лишь ворота, за которыми начинается чудовищный водопад, низвергающий воды океана в жуткую пустоту лежащую за пределы упорядоченной вселенной. Узнав об этом, де Мариньи подумал, что будь у него время, он нашел бы ответ к этой загадке. Однако неожиданно он снова оказался в Заколдованном Лесу — в самой темной, в самой глухой его части, куда даже понырливые зуги забредают крайне редко… и вскоре де Мариньи понял причину их осторожности.