Сергей Пономаренко - Ведьмина охота

Ознакомительный фрагмент

Часть 1

Бегство

1.1

Над головой угрожающе нависло черное небесное покрывало, на котором тускло, будто сквозь туман, поблескивают звезды. С давних времен новолуние пугало человека, считается, что оно позволяет темным силам безраздельно властвовать на земле и люди не должны в эту пору отправляться в дорогу. Почему же я, зная о зловещей власти новолуния, не удержала Соню от рискованного ночного похода? Погубила ее и себя.

Наугад бреду во мраке ночи по бесконечному пшеничному полю. Словно корабль-первопроходец, с трудом пробиваю дорогу в золотистом море. Пшеничные колоски, сопротивляясь, с тихим шелестом умирают под ногами, постепенно отнимая у меня силу и надежду. Нервно срываю колосок и пробую зерна на вкус. Они тверды, безвкусны, и я сразу выплевываю их. Стоит звенящая тишина, лишь изредка нарушаемая стрекотом влюбленных кузнечиков.

Погони не слышно, но это не успокаивает, и я по-прежнему ощущаю спиной дыхание Смерти. Если я сбилась с выбранного направления, то, когда наступит рассвет, это обернется гибельными последствиями. Необходимо как можно скорее уйти подальше отсюда. Не знаю, как мне это удастся без денег, без документов, со статусом беглянки-убийцы из психушки.

До сих пор в ушах звучит последний отчаянный крик Сони, перед глазами всплывает ее тело в белом халате, лежащее бесформенной кучей перед дверью черного хода корпуса психиатрической больницы. Бедная Соня! Ей оставалось добежать чуть-чуть до спасительной двери, а я ничем не смогла ей помочь.

Недавние события будоражат кровь, до предела насыщая ее адреналином. Я вспоминаю искривленное лицо возбужденной Магды, ночной поход в морг-часовню, выпотрошенное тело Любы на секционном столе, сизые органы, плавающие в полиэтиленовых боксах, заполненных физраствором. Мерзкий холодок отвращения и страха бежит по спине.

Феликс Маркович и его таинственный сообщник сделают все, чтобы представить меня убийцей Сони. Что бы я ни говорила, в милиции меня сочтут агрессивной психически больной, находящейся во власти извращенного воображения. Что значит моя правда в сравнении с утверждениями врача? Кому поверят?

Не исключено, что, прежде чем попасть на допрос к следователю, я вновь окажусь в психушке и Феликс Маркович сделает меня по-настоящему невменяемой. Но, скорее всего, от меня, как от ненужного свидетеля, постараются избавиться. Это надежнее. В равной мере это устроит как убийц Сони, так и следственные органы, которые без проблем смогут закрыть уголовное дело, навесив на меня ярлык убийцы.

Необходимо уехать отсюда, отыскать место, где можно будет отсидеться какое-то время и попытаться найти выход из сложившейся ситуации.

Что-то музыкально пискнуло, и я от неожиданности вздрогнула. Нащупываю в кармане спортивных брюк мобильный телефон Сони. Его взяла, когда мы находились возле морга. Видимо, когда началась вся эта кутерьма, я машинально оставила телефон у себя.

«Теперь я могу позвонить Марте и попросить у нее помощи!» Но радость оказалась преждевременной — экран мобильного телефона, засветившись, погас окончательно — аккумулятор разрядился. Не везет, так не везет! Хотя то, что я до сих пор жива, доказывает обратное.

Сквозь подошвы легких комнатных тапочек болезненно ощущаю неровности почвы; болят стертые колени. Тело за время пребывания в больнице отвыкло от физических нагрузок, и на меня навалилась усталость, но времени на отдых нет. Возможно, убийцы, чтобы снять с себя подозрения, уже сообщили в милицию о моем бегстве и свалили убийство медсестры на меня. У них было достаточно времени, чтобы замести следы в морге и разыграть представление по своему сценарию.

Недалеко слышится рев мотора автомобиля, резко нарушающий тишину. Он звучит для меня приятной музыкой. Забыв об усталости, я ускоряю шаг. Вскоре пшеничное поле заканчивается, за ним — широкая лесополоса из старых деревьев, за которой виднеется шоссе. Оно пустынно, лишь вдали гаснут красные точки габаритных огней удаляющегося автомобиля. Если мои расчеты оказались правильными, я вышла к шоссе значительно восточнее поселка.

С замирающим сердцем ступаю на обочину. Чувствую себя абсолютно беззащитной и очень уязвимой. Решаю ехать к друзьям в Киев, но до него более шестисот километров. Судьба явно насмехается надо мной — с моим появлением движение на шоссе замерло. Время работает против меня, я физически ощущаю, как тают секунды. Наконец появляются огни приближающегося автомобиля, двигающегося в противоположном от нужного мне направлении. Но я должна уехать подальше отсюда — куда угодно, хоть к черту на рога! Энергично машу рукой: «Стой!»

Взвизгнув тормозами, останавливается длинная фура. Не веря своему счастью, перебегаю дорогу и направляюсь к кабине. Высокая ступенька подножки, в открытом окне виден круглолицый лысый водитель лет пятидесяти. Он улыбается мне и приветственно машет рукой:

— Залезай!

Не заставляю себя ждать, мгновенно забираюсь в кабину и устраиваюсь на «штурманском» сиденье. Фура трогается, водитель молча жует резинку, искоса посматривая на меня.

— У меня нет денег, — честно признаюсь я.

Водитель неожиданно начинает хохотать как безумный. Повернувшись лицом ко мне, сквозь смех он едва выдавливает из себя:

— Слышь, Гриша!.. Теперь что, плечевые за свою работу уже доплачивают? Ты такое слышал?!

За спиной раздается грубый мужской голос, и я вздрагиваю: в спальном отсеке, вроде полки в плацкартном вагоне, отдыхает напарник водителя.

— Обычно они только торгуются. Слышь, соска, какие у тебя тарифы?

— Вы меня неправильно поняли, я не дорожная проститутка. Так получилось, что оказалась здесь без денег. Если вы мне поможете…

— Ха-ха-ха! — вновь оглушительно хохочет лысый. — Порядочную из себя строишь? Ты хоть знаешь, какой у тебя видос?

Опускаю взгляд на пузырящиеся на коленях, с черными пятнами от земли спортивные штаны. Вид у меня совсем не такой, как у леди.

— Позвольте узнать, ваша девственность, куда изволите направляться? — ехидно интересуется невидимый мне Гриша.

«Хотела бы я тоже это знать!»

— В Киев, — необдуманно брякаю я. — А вы куда едете?

— Ха-ха-ха! Так тебе в противоположную сторону. Судя по всему, тебе все равно куда ехать, и не надо нам лапшу на уши вешать! Найдем укромное местечко, ты нас обслужишь, и дальше поедем. — Лысый слащаво улыбается.

За окошком автомобиля проплывают дома поселка Копырныця. Проезжаем автобусную остановку. Здесь мне ни в коем случае нельзя выходить, иначе я пропала.

— Чего замолкла? Как тебе предстоящее мероприятие? — Лысый пытается положить руку мне на коленку, но я успеваю отодвинуться к двери, так что ему достать меня проблематично.