Евгений Кусков - Из тьмы

— А, может, оно и к лучшему?

— Наверняка.

Тина потупила взгляд, а потом подняла его на собеседницу и спросила:

— Что случилось с Джеком? Почему он умер?

Кейт заметно напряглась, некоторое время размышляла, после чего ответила:

— Извините, но я не хочу говорить об этом. И потом — какой теперь смысл в разговорах? Он мёртв — и этим всё сказано.

Женщина уловила в тоне собеседницы скрытое желание поскорее закончить диалог и решила удовлетворить его. В конце концов, она добилась поставленной цели — пообщалась с другой выжившей и узнала о Тейлоре. Конечно, всё вышло не так, как она надеялась, однако с этим ничего не поделаешь.

— Ладно, мне пора, — Тина встала с дивана. — Спасибо, что уделили мне время.

— Это вам спасибо.

— За что?

— Не знаю, — честно призналась девушка, не в силах выразить свои чувства словами. — Просто за то, что вы есть, а, значит, я не совсем одна.

— Взаимно, — кивнула женщина, несмотря на то, что она не страдала от одиночества — у неё уже имелся мужчина, с которым она планировала связать свою жизнь. И, откровенно говоря, образ жизни мисс Андерсон показался ей невыносимым, однако она предпочла об этом промолчать. Всё же, как ни крути, а потерять любимого человека… Ник — это иначе. Он нравился Тине, но она уж точно его не любила.

Хозяйка проводила её до двери.

— Ну, до свидания, Кейт, — сказала Тина. — Надеюсь, что у вас всё наладится.

— Я тоже, — промолвила девушка.

В ночь с воскресенья на понедельник Джон не заснул бы, если б не принял снотворного (предварительно он десять минут изучал взглядом упаковку, размышляя, не употребить ли всё её содержимое сразу). На следующий день он проснулся далеко за полдень — и то с большой неохотой. Чтобы хоть как-то отвлечься от мучительных мыслей, он поставил в видеомагнитофон первую попавшуюся кассету и рухнул на диван, пустым взором глядя на экран. Хоть в чём-то повезло — случайный выбор пал на "Кристину".

Через пятьдесят минут после начала просмотра раздался звонок в дверь. Смачно выругавшись, Стивенс встал и отпер её.

— Привет, — бросил Джерри, заходя в квартиру.

— Угу, — буркнул Джон, возвращаясь к телевизору. Напарник последовал за ним, справедливо не дожидаясь приглашения.

— Что смотришь? — спросил он, встав рядом с диваном, на который вернулся хозяин. И сам же ответил: — "Кристину", да?

— Угу, — повторил Стивенс.

Хоуп почесал затылок, продолжая стоять и окидывать взглядом лежащего напарника.

— Может, хоть чаю мне предложишь, что ли? — выждав пару минут, осведомился он.

— Иди, заваривай сам. Мой дом — твой дом.

— Ладно, проехали, — Джерри присел у дивана. — Я вообще-то зашёл не только потому, что хотел тебя проведать.

— Знаешь, что интересно, — не отводя взора от телевизора, сказал Джон. — Я смотрел этот фильм десятки раз, и всегда мне больно видеть, как сукины дети разбивают Кристину.

Хоуп, недовольный тем, что его последняя реплика была проигнорирована, взглянул на экран, на котором четверо отморозков измывались над кроваво-красным "Плимутом".

— И я испытываю дикий восторг, когда она мстит им. Видит Бог — я на её стороне в этом отношении. Мы бы с ней сосуществовали рука об руку.

"Не сомневаюсь", — подумал Хоуп, вслух произнеся:

— Ну, как бы то ни было, а я не договорил. Я пришёл, чтобы пригласить тебя.

— Куда? — совершенно не заинтересованным голосом осведомился Джон.

— Ты, наверное, забыл, что у нашего лейтенанта сегодня день рождения.

— И что с того?

— А то, что было бы очень неплохо, если б ты поднял свою задницу с дивана и поехал со мной на это мероприятие.

Стивенс перевёл на него взгляд и, подняв брови, спросил:

— Ты рехнулся? Какое празднование может быть СЕЙЧАС?

— По-моему, дружище, крыша едет у тебя. Если ты не выкинешь чёртов форс-мажор из головы…

— И что? Что случится? — зло процедил Джон.

— Я говорю лишь о том, что предлагаю тебе реальную возможность отвлечься от этого кошмара, — примирительно поднял руки Джерри. — И потом — не тянет на веселье, ну и хрен с ним. Просто составь мне компанию, идёт?

— Вряд ли получится — у меня теперь всегда закрыто.

— Ладно. Не хочешь сделать это ради меня или себя — сделай ради Аманды.

— Не понял?

— Придётся открыть секрет, хотя она взяла с меня чуть ли не клятву, что я не проболтаюсь, — произнёс Хоуп. — Видишь ли, она очень бы хотела, чтобы ты присутствовал. По правде говоря, не удивлюсь, если окажется, что ты ей нравишься. Не как хороший подчинённый начальнику, а как мужчина женщине.

— Прямо слёзы наворачиваются, — безучастно прокомментировал Джон.

— Ты меня вообще слышишь?

— Угу, — похоже, этот вариант ответа входил у Стивенса в привычку.

— И?

— Если всё так, как ты говоришь, то мне жаль её.

— А мне тебя. Чёрт — ты ведёшь себя глупо, парень! — Джерри шумно выдохнул.

— Угу.

— Слушай, — Хоуп снова присел рядом с ним. — Ты ведь знаешь, что я прав. Поехали, а? К дьяволу всякие доводы — просто поехали и всё тут!

Джон, думая о сказанном напарником, смотрел, как изуродованный "Плимут" на экране самостоятельно восстанавливал прежнюю гордую осанку. Если уж на то пошло, то Стивенс всегда считал своего коллегу поверхностным. Собственно, если б случилось так, что невольным убийцей Эмили стал Хоуп, то он вряд ли сходил бы с ума по этому поводу. Короче говоря, Стивенс всегда характеризовал Джерри так: "Женщине моей мечты он бы не понравился".

Однако друзьями они являлись всё-таки настоящими, и дружба их была крепкая.

Может быть, поэтому, а может из-за сказанного напарником, Джон щёлкнул пультом телевизора, так и не дав Кристине догнать одного из ублюдков, разбивших её, и сказал, поднимаясь:

— Чёрт с тобой — уговорил.

Музыка в баре ревела просто невероятно. Джон, хотя и сидел в некотором отдалении от мощных динамиков, мог общаться с другом только посредством криков или, в самые гибельные моменты, знаков. Зато всех остальных присутствующих это, похоже, ничуть не волновало — они либо яростно танцевали под сомнительный с эстетической точки зрения альтернативный рок, либо непринуждённо болтали, сидя за столиками, словно адский шум им не мешал.

"Может, они переговариваются телепатически?" — без тени улыбки подумал Стивенс, отпивая пиво из стакана. Честно говоря, царящее вокруг веселье так его и не заразило, хотя он тут торчал уже полчаса. Он вообще, как только узнал о месте проведения юбилея, сразу пожалел о том, что согласился на уговоры Хоупа, потому что всегда считал — ему такое же место в увеселительных заведениях, как катафалку на свадьбе. Всё это время он просидел на одном месте, постепенно "приговаривая" бутылку и ни о чём особенно не задумываясь — стоит начать, и ничего хорошего из этого уж точно не выйдет.