Бетси Палмер - Пятница 13-ое

— Если Эди, тебя здесь, не дай бог, увидит, она из тебя пирог сделает. — Он как ребенка обнял кролика, прижал к груди и начал расхаживать вдоль прилавков, заставленных ананасами, яблоками, помидорами, огурцами, морковкой, редиской.

В магазине было почти все, что может потребоваться невзыскательному покупателю, выезжающему на уикэнд из города. Сверкали бутылки с разнообразными напитками, прозрачно светились галлоны виски, тускло поблескивали пробками бутылки коньяка.

— Но нет, Микки, из этих запасов я брать ничего не буду. Моя жена давно все пересчитала и открутит нам с тобой головы, если мы тут что-нибудь тронем. Свое я держу вот здесь.

Гарольд запустил руку под прилавок, пошарил ей, удовлетворенно хмыкнул и вытащил на свет плоскую пол-литровую бутылку с виски. Он не спеша открутил пробку, дал понюхать кролику.

— Ну что, нравится, — сказал мистер Смит и усмехнулся. — Мне самому нравится, так что тебе ничего не достанется.

Он запрокинул голову и сделал несколько мерных глотков. Блаженство отразилось на его лице. Он высунул язык, и его глаза закатились.

— Ну вот теперь, Микки, мы можем с тобой поцеловаться. — Влажными от виски губами Гарольд ткнулся в морду кролику.

Микки недовольно фыркнул и быстро застучал пушистыми лапами по груди хозяина.

— Что не нравится, а я так каждый вечер пью, и мне очень нравится. Это неправда, Микки, что животное может умереть от десяти граммов алкоголя, не верь газетам, не верь этим дурным докторам. И от никотина ты не умрешь. Вот сейчас я закурю свою сигару и дам тебе затянуться. Не хочешь? — Кролик недовольно продолжал сучить лапами. — Ну ладно, тогда иди на место и сиди тихо. Не дай бог, жена тебя найдет. Хотя подожди, — Гарольд опять взял кролика на руки. — Понюхай, от меня пахнет спиртным? — Он дохнул прямо в пушистую мордочку зверька. Тот прижал уши к спине. — А черт, вижу, что пахнет, — сказал Гарольд. — Так что, все равно пропадать. — Он запрокинул голову и сделал еще несколько глотков. — Но знаешь, Микки, если виски хорошо закусить, то запах исчезнет. Сейчас закусим.

И Гарольд, уже совершенно осмелев, взял с прилавка пакет с сушеными орешками, слегка разорвал его в углу и высыпал себе на ладонь несколько подсоленных шариков. Он с хрустом начал их грызть. Кролик испуганно завертел головой.

— Но ничего, ничего, не волнуйся. Сейчас сделаем все, как и прежде. — Гарольд послюнявил целлофан пакета и, склеив его, поставил на прилавок. — Вот видишь, Микки, все как было, так и осталось, никто ничего не увидит. Правда, ты ведь не скажешь никому?

Кролик тяжело запрыгал по полу к своему большому глубокому ящику.

— А теперь, Микки, я покажу тебе самый верный способ убить запах виски и остаться трезвым. Знаешь, что надо сделать? Нет, родной, ты не знаешь. Виски лучше всего запить оливковым маслом.

Гарольд смело взял с прилавка большую трехлитровую бутыль с оливковым маслом, отвернул пробку, приложился к горлышку и сделал несколько глубоких глотков.

— Вот сейчас все в полном порядке. Но понимаешь, оливковое масло — это такая мерзость пахучая, что ее нужно тоже чем-нибудь закусить. Не пить же мне опять виски? — И Гарольд, пошарив глазами по прилавку, нашел коробки с пирожными.

Он открыл шелестящую коробку, взял залитую шоколадом пастилу и, смачно чавкая, принялся есть.

Гарольд торопливо жевал и смотрел в темное ночное окно.

Вдруг чья-то рука сильно сжала его плечо. Он судорожно вздрогнул и повернулся.

— Я тебя, сволочь, не покормила ужином, что ты жрешь здесь? — Перед ним стояла миссис Смит. — Это не для тебя поставлено и положено.

— Я, понимаешь, это…

— Я все понимаю, я же тебя хорошо покормила.

— Да, да, ты меня очень хорошо покормила. Спасибо, родная.

— А что эта скотина тут делает? — увидев кролика, миссис Смит взбеленилась.

— Микки, — забеспокоился Гарольд за своего питомца, — он помогает мне порядок наводить, — не к месту заметил он.

Но миссис Смит уже тяжело было остановить.

— Я эту скотину скоро зарежу, — зло кричала она мужу. — И тебя вместе с ней.

— Послушай, — пробовал успокоить жену Гарольд, — не злись, все же в порядке.

— В порядке, да ты, наверное, пьян!

— Я?

— А кто же еще.

— Я совсем не пил, — мистер Смит дохнул на жену.

Та принюхалась — и в самом деле вроде бы и не пил.

— Но глаза, глаза у тебя пьяные, — она приблизилась к мужу вплотную и, упершись носом в его подбородок, заглянула в глаза.

— Ну что, я же говорил, что я трезвый, — неуверенно сказал Гарольд.

— Да нет, ты пьян, — миссис Смит оттолкнула мужа. — Тебе врач говорил, чтобы ты потихоньку худел.

— Я и худею.

— А ты потихоньку воруешь тут еду. Воруешь еду, предназначенную покупателям. Это же наши деньги! — кричала миссис Смит.

— Да я вот только пастилу решил попробовать.

— Если бы только ты, — кричала женщина, — ты — это еще полбеды, а ты эту зверюгу кормишь, эту гадость. — Она ткнула пальцем прямо в мягкий бок кролика.

Микки вздрогнул и сильней прижался к своему добродушному пьяному хозяину.

Гарольд понял, что спорить бесполезно и спрятал взгляд в мех своего друга Микки. Только он понимал его в этом доме. Только с ним он чувствовал себя хорошо. Ему захотелось, как можно скорей, уйти от жены, спрятаться где-нибудь и допить наполовину опорожненную уже бутылку виски. Все равно пропадать, так хотя бы уж весело.

Супруги разошлись в разные стороны. Миссис Смит пошла к кассовому аппарату проверить, не вытащил ли муж мелочь, оставленную там. А Гарольд, с кроликом на руках, отправился в склад. Он пересек темный двор, на котором медленно колыхались огромные цветные простыни и, отворив высокую дверь склада, вошел в сырой полумрак.

Гарольд никак не мог понять, почему беспокоится Микки. Почему судорожно вздрагивает и еще теснее прижимается к нему. Почему он так нервно сучит своими лапами и поводит длинными мягкими ушами.

— Чего ты нервничаешь, Микки, все уже позади. Жена моя ушла и ничего тебе сегодня не сделает. А я, с твоего разрешения, еще немножко выпью. Ты не против, Микки. Но кролик нервно дрожал.

Гарольд списал это на испуг, который он пережил при встрече с его женой. Мужчина пошарил в стенном шкафчике и нашел там небольшую рюмку, из которой он всегда любил пить по вечерам, забившись от жены в склад.

Он походил немного вдоль стеллажей, заставленных консервными банками, прислушался, далеко ли его жена, и полностью успокоившись подошел к клетке, в которой жила подобранная им раненая ворона.

В вороньей клетке Гарольд прятал еще одну свою бутылку с виски. Жена боялась этой вороны и никогда бы не сунула свою руку в клетку.