Лори Хэндленд - Охотничья луна

— А вы разве не собираетесь к себе домой?

— А зачем? — спросила Джесси. — Мне здесь нравится.

Она устроилась на стуле, положив ноги на кофейный столик, и казалась расслабленной, будь на ней рубашка. Камуфляжные брюки и лифчик как-то не создавали впечатления непринужденности.

— Тебе нужно переодеться, — заметила я.

— А в таком виде я тебе не нравлюсь?

— Убирайтесь.

— И не подумаю.

— Слушай, Маккуэйд, — прищурилась я, — я прекрасно справлялась и до нашей встречи.

— Справлялась, но с обычными оборотнями.

— Тебе нельзя переселиться ко мне.

— Почему?

— Мне не нужна нянька.

— Перестань, Джесс, — промурлыкал Уилл. — Тебе бы не помешали душ, свежая одежда, короткий сон.

— Вот видишь? Вам нужно поспать, как и мне.

— Могу себе представить, с кем ты будешь спать.

Об этом я и не задумывалась. Я на самом деле собиралась вздремнуть, но, возможно, сначала нужно устать.

— Проваливай. — Я бросила ей на колени окровавленную рубашку.

Джесси упрямо поджала губы, и я поспешно заверила её:

— Все будет хорошо. Обещаю. Никаких прогулок в лес. Я пойду от двери прямо к машине с пистолетом наготове.

— Мы за тобой заедем, — сказала она. — Это по пути.

Я решила не спорить.

Джесси встала. Рубашка выглядела и впрямь омерзительно.

— Я бы одолжила тебе свою, — вздохнула я, — но, думаю, она лопнет по швам.

Напарница склонила голову.

— Так ты попыталась быть паинькой? Не вышло.

— Вот. — Кадотт снял футболку и бросил её Джесси. — Надень мою.

Я не смогла удержаться от взгляда. При виде этой мускулистой загорелой груди у меня должны были слюнки потечь, но я могла думать только о другой мужской груди: такой же гладкой и мускулистой, но белой как мрамор.

Джесси посмотрела на меня и вздохнула.

— Лучше тебе прикрыться, Кадотт. Ты можешь спровоцировать аварию.

— Не больше чем ты в форменной рубашке, словно прямиком из «Ночи живых мертвецов». Надевай футболку и пойдем.

Уилл вышел за дверь. Джесси пожала плечами и надела его футболку, которая оказалась вполне по размеру. Разглаживая перед ладонями, шериф потерлась щекой о горловину и глубоко вдохнула. На лице появилось мечтательное выражение, но тут Джесси увидела, что я наблюдаю за ней, и напряглась. Я улыбнулась. Они оба такие милашки.

— Вернемся через несколько часов. Будь здесь. И попытайся остаться в целости и сохранности, ладно?

— Попытаюсь.

Я дождалась, когда заведется мотор. Затем зашуршал гравий, и вскоре шум отъезжающей машины затих вдали. Мгновение спустя я уже выскочила за дверь. С поднятым пистолетом, как и обещала. Сбежала по ступенькам и промчалась по двору, разделявшему бар и домик Дэмьена.

Воздух был теплым, небо — солнечным. Такие ленивые дни и называют бабьим летом, уж не знаю почему.

Я постучала. Нет ответа. Черт. А мне так хотелось послеполуденных ласк. Глянула на бар: в окне табличка «Закрыто». Возможно, Дэмьен еще спит. Разозлится ли он, если я войду?

Он парень. Ему будет все равно, даже если я разнесу все к чертям собачьим, при условии, что потом заберусь к нему в постель.

Я подергала за ручку. Открыто. Как удобно.

Переступив порог, я позвала Дэмьена по имени. Он не ответил.

В комнате было темно. Кровать не застелена. Я не видела, там он или нет.

Преодолела короткое расстояние и тронула бугор посреди матраса. Ничего, кроме подушек.

Медленно я обошла домик по кругу. Дэмьена не обнаружилось ни в гостиной, ни в столовой, ни в спальне. Дверь в ванную была открыта. Я быстро заглянула внутрь. Пусто.

Едва я решила по-тихому уйти, как по крыльцу раздался топот. Дверь распахнулась, и Дэмьен ввалился внутрь.

Он был одет так же, как при нашей первой встрече. Черные штаны, босиком, без рубашки. Грудь блестела от пота, волосы мерцали влагой. На мертвенно-бледном лице глаза светились почти желтым. Дэмьена словно лихорадило.

Он захлопнул дверь и прислонился к ней спиной. Несмотря на пот и усталый вид, он даже не запыхался.

Я вытащила пистолет и поспешила к окну.

— Где они?

— Кто?

— Те, кто за тобой гнались?

Дэмьен недоверчиво посмотрел на меня.

— Я бегал.

— Босиком?

— Ага.

Я быстро оглядела поляну, но там никого не появилось. Положила пистолет на столик поблизости.

— Паранойя, Ли?

— Вообще-то Параноичка — мое второе имя.

Дэмьен едва улыбнулся, и это обеспокоило меня даже больше, чем его бледная влажная кожа. Я шагнула к нему, и он сполз на пол.

— Дэмьен! — Я рухнула рядом на колени. — Что с тобой?

— Перебегал. Все будет хорошо.

— Сколько ты бегал?

Он покачал головой, не отвечая.

Я дотронулась до его лба. Прохладный. Но я все равно пошла в ванную и смочила полотенце холодной водой. Затем обтерла лицо Дэмьена, шею, грудь. Его сердце глухо стучало под кожей, слишком быстро в сравнении с частотой дыхания. Я встревожилась.

Дэмьен задрожал. Я не знала, что делать, поэтому лишь сдернула с кровати простыню и обернула вокруг его плеч. Затем подвинула его вперед, забралась ему за спину и прижала к себе.

Обняв за талию, я укачивала Дэмьена, пока дрожь не утихла, а сердцебиение не вернулось к нормальному ритму.

— Спасибо, — прошептал он. — Было жарче, чем я думал. И я убежал дальше, чем следовало.

Держа его в руках, успокаивая так, как когда-то малышей, я поняла, что все изменилось. Я вспомнила все, чего ждала от жизни: мужа, дом, семью. Внезапно захотелось, чтобы Дэмьен остался со мной навсегда.

Я напряглась. Нужно снова перевести все на секс, поэтому я запустила пальцы в его влажные шелковистые волосы. Дэмьен удовлетворенно вздохнул. Повернул голову, и я его поцеловала. Он замер.

— Тсс, — прошептала я, касаясь его рта губами.

— Я весь потный, Ли. От меня воняет.

— Мне все равно. — Знал бы он, где я бродила примерно час назад. — Потом примем душ.

— Потом?

Я вышла из-за спины Дэмьена, встала на колени между его ног и прошлась языком по груди. На вкус он был великолепен: как жаркая летняя ночь, песок, прибой, сила. Губы пропутешествовали ниже.

Мышцы его живота танцевали под моими поцелуями. Я потерлась лицом о растущий бугор в его штанах и лизнула выпуклость через черный хлопок.

— Ладно, — пророкотал Дэмьен. — Примем душ потом.

— Рада, что ты меня понял.

Поднимаясь, я сбросила ботинки и нож. По дороге к кровати избавилась от всего остального. Оказавшись в ней, я была уже обнажена, как и Дэмьен. Я даже не осознавала, что оголила перед ним спину, пока не легла на смятые простыни.