Роберт Мазелло - Кровь и лед

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

8 декабря, 10.00

— Невозможно, невозможно, невозможно! — повторял Мерфи, быстро шагая по коридору административного модуля.

Он свернул в свой кабинет. Следом вошли Майкл и Дэррил, которого журналист взял для поддержки.

— Я видел ее своими собственными глазами! — в который раз убеждал Майкл. — Прямо перед собой!

— Послушайте, это ведь было ваше первое погружение в полярных водах? — произнес Мерфи мягким, отчасти сочувственным тоном.

— А какая разница?

— Необычная ситуация. Вы могли переволноваться. Такое со многими случалось, не только с вами. Температура воды, полярная шапка над головой, незнакомые подводные обитатели — вы же сами сказали, что имели близкий контакт с тюленем Уэдделла.

— Намекаете, что я спутал тюленя с вмерзшей в лед женщиной?

Мерфи немного помолчал, чтобы сбить накал страстей.

— Нет, — ответил он и сразу добавил: — Но это возможно. Бьюсь об заклад, вы не следили ни за временем, ни за уровнем кислорода. Наверняка вы слышали о случаях эйфории на больших глубинах; возможно, что-то подобное произошло и с вами. Я знал одного парня, который клялся, что видел подлодку, а на поверку подлодка эта оказалась всего лишь массивным хребтом выдавливания. Вам еще повезло, что вы смогли взять себя в руки и выбраться оттуда, пока не стало поздно. А что касается вас, — продолжил он, обращаясь к Дэррилу, — то вам следовало внимательнее за ним приглядывать. Под водой вы были напарниками, а значит, обязаны были контролировать действия друг друга и держаться поблизости.

— Учту, — ответил Дэррил с видом покорной овечки. — Но факт остается фактом: он поднял со дна винную бутылку. Сейчас она у меня в лаборатории. Оттаивает. Вы не можете отрицать, что бутылка существует.

— Между вмерзшей в грунт винной бутылкой и женщиной, замурованной в ледник, да еще и в цепях, огромная разница, — ответил Мерфи, плюхнувшись во вращающееся кресло с высоченной спинкой.

— И возможно, там она не одна. — Майклу очень не хотелось это говорить, но он промолчать не смог.

— Что?! — взорвался Мерфи.

— По-моему, вместе с ней в леднике находится еще кто-то.

Даже Дэррил от неожиданной новости словно язык проглотил.

— А может, там их еще больше? — воскликнул Мерфи. — Может, эти двое просто ехали на автобусе, вышли из него, а автобус поехал дальше и тоже вмерз в ледник, но поглубже?

Некоторое время в кабинете царило молчание. Мерфи выдавил из облатки таблетку антацида и сунул себе в рот.

— Вы тюленя сфотографировали?

— Да, — ответил Майкл, догадываясь, куда тот клонит.

— И морского паука? И многощетинковых червей? И сундук, в котором лежала бутылка?

— Да.

— Тогда почему нет фотографии ледяной принцессы?

— Я здорово испугался, — пробормотал Майкл.

Слова дались ему нелегко, словно в рот набилась целая куча песка, мешающая шевелить языком. Он уже сто раз успел выругать себя за то, что не удосужился запечатлеть на фото самое значительное событие в своей карьере. Ужас, усиленный мыслями о необходимости срочного всплытия, оказался слишком силен. И хотя он понимал, что оправдание выглядит очень удобным, горькая досада все равно отравляла душу — досада, средством от которой могло быть только повторное погружение к леднику.

— Почему бы нам не разрешить спор самым простым способом? Разрешите мне вернуться на место преступления.

— Это не так-то просто.

— А почему нет? — спросил Майкл.

— И я бы мог с ним нырнуть, — быстро вставил Дэррил.

Мерфи смерил взглядом каждого из них.

— Вы, наверное, думаете, что раз мы у черта на куличках, то наши действия никто не контролирует? Спешу вас разочаровать: о любой мелочи мне приходится уведомлять ННФ, ВМС, Службу береговой охраны, а то и НАСА. Видите? — спросил он, указывая на толстые кипы бумаг и формуляров, разложенные по проволочным ящичкам у него на столе. — И это всего лишь недельный объем бумажного вала, который я должен заполнять и подшивать. Отчитываться приходится за каждый потраченный станцией доллар. Вы вообще в курсе, во сколько обходится бурение одной скважины, сборка домика ныряльщиков и подготовка водолазного оборудования?

— Уверен, что немало, но именно поэтому нам и надо сделать все максимально быстро. И полынья, и домик еще на месте. С помощью Каллоуэя и подходящих инструментов мы могли бы извлечь тело из ледника. — Майкл раздраженно простонал: — Господи, да это станет самой грандиозной находкой в истории!

— Вы хотите сказать, самой грандиозной в истории вашего журнала? — парировал Мерфи.

Спор зашел в тупик, и мужчины умолкли. Мерфи жевал антацид, а Майкл с Дэррилом раздосадованно переглядывались.

Наконец Мерфи обреченно вздохнул:

— Где Каллоуэй?

— Я видел его в комнате отдыха, — ответил Дэррил.

— Передайте ему, чтобы шел сюда, — бросил Мерфи, перелистывая страницы в регистрационном журнале на столе. — Немедленно!

У Майкла хватило ума больше ничего не говорить. Дэррил тоже благоразумно промолчал, и они быстро ретировались.

Винная бутылка стояла на столе в небольшой емкости с теплой морской водой в лаборатории у Дэррила. Когда ледяная корка на стекле растаяла, стала видна этикетка, однако чернила на ней так расплылись, что надпись представляла собой лишь размытое пятно. Дэррил заглядывал в емкость с таким интересом, словно наблюдал за живым существом, которое в любой момент может преподнести сюрприз, а Майкл тем временем нервно расхаживал взад-вперед, размышляя над тем, что еще можно предпринять, чтобы уломать Мерфи.

— Да расслабься ты, — посоветовал биолог. — Мерфи — бюрократ, но далеко не дурак. Он примет правильное решение.

— А если нет?

— Он даст «добро», не сомневайся. — Дэррил откинулся на спинку стула и посмотрел на товарища. — Я скажу ему, что для завершения сбора образцов мне требуется дополнительное погружение, — «пробирочнику»-то он точно отказать не сможет. А когда согласится, уже без разницы, один я буду погружаться или вместе с тобой.

Майкл обмозговал его слова и пришел к выводу, что при таком раскладе процесс может и затянуться.

— А что, если она исчезнет?

— Исчезнет? — скептически переспросил Хирш.

— Ну… что, если я не смогу отыскать ее во второй раз?

— Ледники такого размера не могут быстро перемещаться, — успокоил его Дэррил. — И я точно помню место, где ты плавал. Прекрасно сориентируюсь по местоположению основной и страховочной прорубей.

Глубоко в душе Майкл чувствовал, что ученый прав. Интуиция подсказывала, что он и сам смог бы безошибочно отыскать утопленницу.