Вики Филдс - Ад на земле Книга II

Я убрала его руки от себя, отодвигаясь еще дальше. Экейн смотрел на меня как-то иначе. Он чувствовал вину за то, что сказал мне все это. Он верит в это, и думает, что я тоже должна поверить. Нет. Нет, я не стану слушать больше этот вздор. Я хочу вернуться в постель.

Чувствуя себя зомби, я медленно встала на ноги, и он поднялся вслед за мной.

— Куда ты идешь?

— Я не знаю. В свою комнату. Я не хочу больше слушать тебя.

Взгляд Экейна стал потерянным, он пошел вслед за мной, я не возражала. Моя голова гудела от невыносимой боли. Слова, что он шептал мне, все еще звучали в моих ушах.

Адаму верить нельзя… он убил человека… Экейн пытается меня защитить от него…

Я вошла в свою комнату, и пошла к кровати. Забралась под одеяло, и сжала его на груди, с силой зажмуриваясь. Слезы снова нахлынули, я почувствовала, как они собираются под веками. Но я все равно не плакала.

Это будет унизительно сейчас. Если я заплачу, это будет значить, что я верю в Экейна. Я не поступлю так с Адамом. Он — мой единственный друг.

— Зачем ты рассказал мне все это? — сиплым голосом спросила я, открывая глаза. Экейн стоял у моей постели, выглядя потерянным, расстроенным, словно разговор не принес ему удовольствия. Но он должен быть рад. Он добился того, чего хотел — он заставил меня сомневаться, заставил меня задуматься и найти во всем этом смысл.

Рэн медленно присел рядом, и разгладил одеяло в моих ногах. Он не хотел отвечать, и я повторила свой вопрос.

— Я не мог больше делать вид, что ничего не происходит. Адам понял, что ты жива. — Я зажмурилась, не в силах слышать это. — Он сказал мне, что он внезапно ощутил, как в тебе пробудилась жизненная энергия. Сказал, что где бы я не спрятал тебя, мне не удастся уберечь тебя. И я понял, что близок к тому, что однажды вернусь домой, и не найду тебя.

Он наклонился и убрал мои волосы за ухо, с нежностью, не присущей ему. Затем вытер слезы с моих щек, выглядя еще более подавленным чем прежде.

— Я не хотел расстраивать тебя, Аура. Просто ты должна знать это. Я столько лет хранил это для тебя…

— Теперь ты расскажешь мне, что случилось? — спросила я, сглатывая. Экейн продолжал прикасаться к моим волосам, словно у него был нервный срыв, и это — единственное что он мог сделать, чтобы не сойти с ума.

— Это будет больнее всего, Аура. Это будет действительно больно.

Я покачала головой:

— Если ты веришь в это, я хочу знать, что это.

— Ответ находится внутри тебя, Аура. Ты должна была давно догадаться кто ты.

— Кто я? — он озадачил меня своими словами.

— Ты должна была сама прийти к ответу, и я уверен, со временем ты все поняла бы, как ты всегда делала. Как ты сделала это много лет назад — ты все поняла.

— Что я должна понять? — я неловко села, хмурясь. Меня обуяло такое сильное беспокойство, что сердце забилось в груди тяжелыми, томными ударами. Экейн смотрел на меня, все тем же встревоженно-опечаленным взглядом, наполняя меня волнением.

— Ты не дочь Ридов, ты дочь Изабелль. Но когда она забеременела тобой, она все еще была девственницей.

Я поморщилась. Что за черт он тут говорит мне?

— Ну и что?

Экейн впервые занервничал.

— Ты не человек, Аура. И твой отец тоже не был человеком.

Глава 13

— Прости, прости… — Экейн прижал меня к себе, захватывая мое тело руками в тиски. — Прости, Аура, прости меня. Боже, прости, Аура…

Он методично гладил меня по спине и что-то шептал.

Мои собственные руки были на его талии, терзали его одежду, пальцы тянули его к себе. Мое лицо было на его плече. Я с силой жмурилась, пытаясь заставить себя потерять сознание, но мое сознание было, как оказалось устойчивее моего тела.

— Прости, Аура.

Его слова с трудом пробивались сквозь дикий рев, который исходил из моего горла. Я давилась собственными слезами, но я не могла сказать ему ничего вразумительного, чтобы хоть как-то успокоить.

Она продала душу дьяволу…

— …ты чудовище…ты не можешь жить с нормальными людьми…

— …Аура, в детстве ты говорила, что тебя преследуют тени…

— …Аура, тебя хотят убить…

— …я не хотела этого. Ты мое проклятие, я тебя ненавижу.

В итоге слезы иссушили меня, и я совсем обессилела. Я повисла на плече Рэна, прислушиваясь к его сердцебиению, и погружаясь в приятные ощущения от его прикосновений, к моим волосам. Погружаясь в его приятный запах.

— Как это возможно? Я не могу в это поверить, — прошептала я так тихо, что думала, Рэн не услышит, но он услышал:

— Это не имеет значения. От веры другого человека никогда не менялась сущность других вещей. Всегда есть кто-то, кто не верит. В этот раз это не привело ни к чему хорошему. Теперь, когда ты знаешь правду, ты действительно в опасности. — Экейн вздохнул, словно выбился из сил, пытаясь подобрать подходящие слова, для того чтобы объяснить мне необъяснимое. — Аура, мир был создан со всеми его достоинствами, и недостатками, понимаешь? И вы должны принять его таким, какой он есть. И ты должна сделать это с собой тоже. Ты не чудовище, просто ты отличаешься от других людей.

— Я монстр, — убедительно пробормотала я, — Изабелла права. Все те вещи, что происходили, вокруг меня это из-за меня самой.

— Изабелль не права. Ты обычная девушка… — Рэн убрал мои растрепанные волосы с лица, и вытер слезы. Мы с ним встретились глазами. — Ты обычная девушка.

Он далек от правды.

Мои губы задрожали, когда я произносила:

— Ты был прав, я хотела убить тебя. Я не думала об этом, словно это желание было частью меня.

Стыд полностью затопил мое сознание, но Рэн не позволил мне упиться жалостью к себе:

— Аура, ты ни в чем не виновата. Это все Адам, и его влияние. Он внушал тебе все те мысли, ложные воспоминания… Мы не хотели подпускать тебя к нему, но ты сбежала с ним. Мы едва с ума не сошли от поисков. Ведь Адам Росс знает, как притаиться… Аура, почему ты не спрашиваешь, кто на самом деле Адам?

Я с трудом отсоединилась от Экейна, и он разжал руки. Поменяв позу впервые за несколько часов, я почувствовала, что мое тело ноет. Ног я не чувствую, глаза щиплет, спина затекла.

Экейн смотрел на меня во все глаза. Этот щенячий взгляд почему-то рассмешил меня — это не Рэн. Его брови не должны сходиться на переносице, так обеспокоено, а в глазах цвета ночного неба не должно плескаться волнение. Но он, тем не менее, смотрит.

— Аура? — Экейн легонько встрепал мое плечо, и по моему телу пробежал ток. — Я думал, сейчас ты будешь буйствовать.

Я не улыбнулась, хотя очевидно, что он хотел приободрить меня. Он вздохнул, и легкое подобие усмешки исчезло с его лица. С удивительной заботой, он уложил меня на подушки, и сверху накрыл одеялом.