Путь в никуда (СИ) - Xoma Sleepy

Ганья замерла посреди коридора, медленно глядя по сторонам, наконец, она тихо и как-то даже жалобно спросила:

- А есть на вашей фабрике еще ра… бесы?

- Нет, госпожа моя. У нас отсутствуют станки, достаточно сложные для того, чтобы прикреплять к ним персональных бесов. Это попросту не требуется.

Наша спутница кивнула и медленно, пошатываясь, точно пьяная, подошла к одному из генераторов, после чего осторожно прислонила ладонь в перчатке к ребристой металлической поверхности. Мне показалось, что на миг гул изменился, стал резким, прерывистым, тревожным, но уже спустя секунду всё вернулось в норму, а бесовка подошла к Иоганну и, кивнув, прошептала:

- Можем идти.

Экскурсия на этом закончилась.

Всю обратную дорогу Ганья была необычайно молчалива и замкнута – даже по своим меркам! – и, едва мы вернулись в гостиницу, не говоря ни слова, устремилась в комнату.

Иоганн кивком указал в сторону Эрика, который так и не отстал от нас, а затем выразительно посмотрел на нас с Сюин. Мы с китаянкой переглянулись и поспешили за Ганьей.

Когда оказались в комнате, наша Кокосовая Коза рыдала взахлеб, уткнувшись в подушку. Плащ валялся на полу, сапоги с перчатками – тоже, а потому ничто не скрывало рожек, торчащих сквозь кудрявые волосы.

Мы аккуратно подошли к плачущей бесовке и замерли возле кровати, сверля друг друга злыми взглядами. Никто не хотел начинать диалог. Я - потому что никогда не умел успокаивать девушек, особенно если они не принадлежат к виду homo sapiens. Мотивы Сюин не знал, но, полагаю, они были примерно такими же.

Наконец, когда молчание излишне затянулось, пожирательница произнесла:

- Всё в порядке?

Более тупого вопроса и представить себе было нельзя, но, как ни странно, Ганья оторвалась от подушки и ответила:

- Н-н-не-е-е-е-ет!!!

И зарыдала еще громче.

Не нападает - и ладно. По крайней мере, можно общаться.

Я присел рядом и аккуратно положил руку ей на плечо.

- Можешь рассказать что не так? Тебе жалко бесов, заключённых в генераторы?

Они кивнула, всхлипнув.

- Но это не главная проблема? – с другой стороны примостилась Сюин.

Очередной кивок.

- А что тогда? – спросил я.

- Я… я… я представила родителей. Одни. Заперты на десятилетия в железной коробке. Без возможности выбраться. Без права выйти. Не способны даже мыслить.

Она отвечала короткими рубленными фразами, каждая из которых сопровождалась новым приступом плача. Но мы с Сюин, в целом, поняли суть проблемы. Вся беда заключалась в том, что я вообще не представлял как утешить спутницу. Что, сказать ей «да не парься, это было давно» и похлопать по плечу? Так это идиотизм.

Примоститься на плечо и начать завывать о своей тяжкой доле? Не лучше.

К счастью, в Сюин все-таки что-то щёлкнуло, потому как она вдруг улыбнулась и мягко, с мурлыкающими нотками в голосе, попросила:

- Расскажи о них.

Всхлипы продолжались еще пару секунд, потом из подушки вынырнуло заплаканное лицо Ганьи.

- Ты правда хочешь послушать?

- Мы хотим, - выразительно взглянув на меня, ответила китаянка.

- Ага, очень хотим, - поддакнул я. – Интересно же.

И это помогло.

Ганья до вечера рассказывала нам о своих умерших от старости родителях. Оказывается, бесы живут не столь долго, как другие сущности из иных планов бытия, а она была поздним ребенком, и к совершеннолетию, которое наступает у их вида где-то в сорок человеческих лет, её родители покинули этот мир. В один день. Уснув и не проснувшись.

После этого мы с Сюин рассказали про своих старших. Что у неё, что у меня истории получились короткими и достаточно простыми: родились, выросли, женились, родили нас, живы.

Но, как ни странно, это изрядно взбодрило Кокосовую Козу, которая перестала рыдать и даже спустилась в общий зал на ужин, после которого мы все разошлись по номерам.

***

В путь отряд отправился утром первого августа по земному летоисчислению. На восемьдесят пятый день моего пребывания в этом проклятом месте.

Ганья, отоспавшаяся и полностью пришедшая в себя, ничем не выдавала вчерашнего срыва и вообще держалась бодрячком. Ананда, изрядно перебравшая во время ужина, покачивалась в седле, время от времени прикладываясь к небольшой фляжке. Видать, успела забодяжить какой-нибудь магический антипохемелин.

Мы покинули столицу, проехали через несколько военных кордонов, миновали крепость. И всё это – в тягостном гнетущем молчании. Даже Эрик, зарекомендовавший себя тем ещё балаболом, предпочитал лишний раз не открывать рта. Вероятно, опасаясь за здоровье. Справедливо опасаясь, попрошу заметить – настроение в отряде сложно было назвать радужным и весёлым.

Вместо того, чтобы аккуратно, не привлекая внимания, пробраться к горам и вступить в аномалию, мы теперь направляемся в пасть к голодному льву. Мало того, что придётся пробраться мимо отрядов регулярной армии, так нам ещё предстоит пролезть в городок, название которого я не запомнил, ставший временной столицей мятежников, каким-то чудом умудрившихся за несколько недель создать даже что-то вроде правительства.

Если честно, их поразительная организованность и отменная боеспособность, а заодно и наличие в стройных рядах наемников – а эту информацию подтвердил наш новый наниматель – наводила на крайне нехорошие мысли.

Когда взбудораженный высокими нологэ и свинцовыми мерзостями жизни норот вдруг резко начинает копротивляться злочинной владе, то за этим частенько кто-то стоит.

Так что, может быть, не так уж и неправы были соседи, которые, едва только бунт начался, поставили армию под ружьё и призвали в строй кучу народу, беря под контроль реку и окрестности.

Наши мрачные мысли, как ни странно, развеяла Морвин. Девочка поравнялась с сыном благородного Зинри и заговорила:

- Благородный Эрик, разрешите вопрос?

Парнишка удивлённо воззрился на нее, моргнул, затем почесал щеку.

- А можно просто по имени?

- Но у вас же есть титул, а я – простолюдинка.

- И всё равно, я настаиваю. Всё же ты – ученица охотника, так что, в каком-то роде, являешься вольной воительницей.

Морвин покраснела и потупилась.

- Я ещё очень слаба.

- Но ты же дерешься в ближнем бою, верно? – он кивнул на кастеты.

- Только учусь, - пискнула девочка.

- И всё равно, это очень здорово. Так что – общаемся на ты. Без титулов, ладно?

- Угу.

- Так чего ты хотела узнать?

- Благ… Эрик, почему отец отправил вас… тебя с нами? Только честно?

Умничка наша! Вот кто-то должен был задать этот вопрос, хорошо, что это сделала ты.

- Не ценит он его, - неожиданно раздался в моей голове голос Айш-нора, вернувшегося к отряду за городом и поставленного в известность о сложившейся ситуации.

Архидемон воспринял её со стоическим смирением и изрядной долей веселья. Кажется, его только посмешили наши злоключения. И обрадовали. Ну ещё бы, столько грешников сможем убить в ближайшее время. Какой богатый урожай душ для Пар-валена!

«В смысле?» - спросил я. – «Не понимаю тебя!»

- Мои слова ты вслух произнеси, ответ получишь, у мальца спроси.

Я не стал привередничать и озвучил сказанное демоном. Эрик посмотрел на меня со страхом в глазах, но затем кивнул и ответил:

- Всё верно. Батюшка считает, что если погибну, то род ничего не потеряет.

- А если выживешь? – тотчас же ухватился за сказанное Иоганн.

- Обретёт ценную боевую единицу.

- Стало быть, твой дар мощнее, нежели у отца, - предположила Ананда. – И ощутимо, так?

Эрик кивнул.

- Проблемы с контролем? – в голосе южанки послышался профессиональный интерес.

Еще один кивок.

- Какая школа?

- М-магия… крови, как у основателя, - едва слышно прошептал он и сжался, ощутив на себе наши охреневшие взоры.

Не то что бы я особо понимал как работает местная магия крови, но из компьютерных игр, аниме, комиксов и фэнтезийных книжек составил о ней не самое приятное впечатление.