Джон Руссо - Полночь

Все три девушки, затаив дыхание, в страхе ждали, что он изменит свое решение и вернется к ним продолжить свои безумные развлечения. Но вскоре они услышали, как внизу хлопнула входная дверь часовни, и Сайрус запер ее на ключ.

— Шарон, теперь у нас есть инструмент! — радостно воскликнула Гвен, которая первой пришла в себя после ухода Сайруса.

— Ну и что? Как он нам; поможет?

— Что значит «как»? — удивилась Гвен. — Надо попробовать расшатать им замки на клетках, чтобы выбраться отсюда.

— Да, но ты, наверное, забыла, что часовня Тоже заперта на замок, а на окне — решетка.

Гвен тяжело вздохнула, все еще не теряя надежды и ожидая, что и это препятствие они как-нибудь одолеют.

— Не надо паниковать. Мы теперь шаг за шагом приближаемся к свободе. И теперь ни в коем случае нельзя отчаиваться! Нам бы только выбраться из клеток, а уж из часовни мы как-нибудь улизнем. А если ничего не придумаем, то как только они снова войдут сюда, надо будит броситься в открытую дверь и бежать отсюда, куда глаза глядят. Не раздумывая.

— Хорошо, — согласилась Шарон, но в голосе ее звучало сомнение и уже слышались нотки отчаяния. — Ладно. Раз уж шпатель у меня, я и начну со своего замка.

— А теперь молись за нас, Нэнси, — тихо добавила Гвен.

Глава 15

Берт Джонсон закрыл машину, вошел в полицейский участок Вишневой Горки и поздоровался с шерифом Уэйном Каннингемом. Сидя за старым, видавшим виды конторским столом, шериф предложил Берту стул возле стены, а потом поинтересовался:

— Чем могу помочь, мистер Джонсон? Как я понимаю, мы с вами в некотором роде, коллеги, верно?

Голос у шерифа был высоким, скрипучим и немного гнусавым, как у всех коренных жителей Западной Виргинии. Когда он пожимал Берту руку, у того сложилось впечатление, что работа шерифа не мешает ему в свободное время копать землю или пахать. Он был невысокого роста, держался спокойно и уверенно, брови у него росли густыми пучками, а в волосах уже проступила благородная седина.

— Да, я тоже служу в полиции, — подтвердил Берт, счастливый от того, что смог хоть как-то завязать разговор. — Видите Ли, шериф, я разыскиваю свою падчерицу Нэнси. Ей семнадцать лет, и она сбежала из дому. А я боюсь, как бы с ней не произошло каких неприятностей. Да и потом… в ее побеге я отчасти сам виноват. Она бросила нас, потому что мы с ней… ну, короче, не совсем правильно друг друга поняли. Вот я и прошу вас помочь мне разыскать ее и убедить вернуться домой. Я обещал ее матери, что все будет хорошо.

На самом деле после исчезновения Нэнси Гарриет стала просто несносной. Берту так и не хватило мужества признаться ей, что на самом деле произошло между ним и падчерицей, но Гарриет интуитивно чувствовала, что виноват во всем именно он, я не переставала грызть его и днем, и ночью. Скандалы происходили непрерывно, и очень скоро Берт понял, что если не начнет действовать, то может потерять и жену. Обдумывая возможный разговор с Нэнси, он готов был пойти на любые унижения — извиняться перед ней, стоять на коленях, лишь бы она согласилась опять вернуться домой. Но важно было не только уговорить ее поехать вместе с ним назад, а еще и упросить не говорить ничего матери о случившемся в ту субботу.

Шериф Каннингем внимательно выслушал Берта и постарался успокоить его:

— Я думаю, мистер Джонсон, вам не следует так сильно убиваться и винить себя в ее побеге. Вы даже не представляете, сколько подростков убегает сегодня из дому и ведет себя самым возмутительным образом. Но виноваты в этом только они сами, а не их родные или приемные родители.

Берт лишь скромно пожал плечами. Он-то знал, кто повинен в этой истории, и теперь пытался предстать перед шерифом заботливым отчимом, отчаявшимся в своем горе.

— А почему вы думаете, что я смогу вам как-то помочь? — поинтересовался Каннингем. — Ведь если я не ошибаюсь, вы не из наших мест?

— Это верно. Мы живем в Льюистауне, на юго-западе Пенсильвании. А дело было так: Нэнси ушла из дома три дня назад, и ее видели мои помощники из патрульной машины. Она стояла на дороге и голосовала в вашу сторону. Они хотели подъехать к ней, чтобы спросить, не нужно ли ее куда-нибудь подвезти, но пока они развернулись, было уже поздно: Нэнси как раз садилась в белый фургончик к каким-то двум молодым партиям. Они записали на всякий случай номер автомобиля, но преследовать их не стали, потому что: для этого не было никакого повода.

Шерифа, казалось, это начало заинтересовывать, и он весь подался вперед:

— И что же, вы хотите сказать, что смогли проследить путь этого фургончика до нашего городка? Простите, но ведь до Льюистауна отсюда никак не меньше двухсот миль!

— Это действительно так, — вздохнул Берт. — Но после этого я сразу проверил номер машины в полиции штата ив соседних. И именно в вашем городке про нее уже успели услышать. Мне сообщили, что какие-то молодые люди ограбили у вас продуктовый магазин, а потом скрылись в белом фургоне именно с этими номерными знаками.

— Вот это, да! — изумился шериф, одобрительно кивнув Джонсону, — вы, наверное, неплохой полицейский.

— Благодарю вас, шериф. К сожалению, Нэнси скорее всего тоже участвовала в этой краже. Но я не сомневаюсь, что она во всем сознается, как только я ее отыщу. И, уверяю вас, что до этого у нее никогда не было никаких конфликтов с законом. Она очень послушная девочка. Вероятно, эти ребята подбили ее на такой проступок.

Шериф сложил губы трубочкой и в задумчивости откинулся на спинку кресла, отчего то жалобно заскрипело.

— Мне очень неприятно сообщать вам это, — наконец сказал он, — но мне кажется, мистер Джонсон, что ваша Нэнси сейчас в гораздо худшем положении, чем вы думаете.

— А что случилось? — заволновался Берт.

— Понимаете, за тем фургончиком, о котором вы только что говорили, сразу же поехала наша патрульная машина с двумя полицейскими из моего участка. Машину мы обнаружили потом в лесу с пробитым радиатором, а вот капрала с сержантом нигде не оказалось, И мы до сих пор тщетно пытаемся выяснить, что с ними произошло. Видите ли, у меня, к сожалению, очень маленький штат, и я не могу организовать широкие поиски. Но сдается мне, что дело тут серьезное. Люди, которые живут здесь на фермах и в лесу, не очень-то любят полицию я редко вступают с нами в контакт. Многие делают самогон на старых заброшенных шахтах» » далеко не все дружат с законом. А просить помощи у федеральных властей тоже не имеет смысла. Уже бывало, что и их люди бесследно исчезали в наших местах. Точно так же, как и эти двое моих помощников, во всяком случае, пока мы не можем даже предположить, куда они делись. Вот так, мистер Джонсон.