Ульяна Соболева - Запретная зона

— Еще секунда и я порву твою яремную вену одним нажатием пальца. Не зли меня, Майки. Не сейчас! Он резко отпустил парня, забрал у него сигару и демонстративно затянувшись, выпустил дым в разъяренное лицо Вудворта-младшего.

— Не лезь в это, понял?! Я буду решать когда, с кем и куда она пойдет!

— Марианна не твоя собственность. Ты даже ей не родственник! — Майкл потрогал горло на котором отпечатались пальцы Николаса. Ник усмехнулся и, подняв Марианну одной рукой за талию, понес к выходу из бара. Их провожали удивленными взглядами, но новая стрептизерша, которая вышла на сцену, отвлекла всеобщее внимание.

Ник затолкал Марианну в машину и рванул с места. Девушка отвернулась к окну.

— Зачем без меня поехала? — спросил он, разгоняя автомобиль до сумасшедшей скорости.

— Поехала и все. Не хочу с тобой разговаривать.

— Ты понимаешь, что это место не для тебя? Ты видела, что там твориться? Марианна открыла окно и подставила лицо ледяному ветру:

— Не тебе заниматься нравоучениями. Не лезь в мою жизнь, не пытайся мною командовать, особенно теперь. Николас резко затормозил, и Марианна чуть не ударилась головой о приборную панель.

— Давай раз, и навсегда расставим все по местам. Сейчас и прямо здесь. Когда ты упросила меня взять с собой, ты обещала быть паинькой и не делать мне проблемы. Это было наше условие. Марианна презрительно фыркнула:

— Тогда я не знала, что ты спал с моей матерью. Теперь ты для меня не авторитет. Девушка нагло достала сигарету из кармана куртки и повернулась к Нику:

— Зажигалки не найдется? Он резко отобрал сигарету и, смяв выбросил в окно.

— Ты забыла, что ты не куришь.

— Курю, пью и сплю с кем попало! Крикнула она ему в лицо и попыталась открыть дверцу машины. Николас демонстративно щелкнул задвижкой на дверце, блокируя все выходы.

— Похоже на правду и как Майкл следующий?

— Черта с два. Ни с кем я не сплю, я, если хочешь знать еще девс…еще никогда. Да иди ты к черту. Я ухожу, поеду на такси. Ник увидел, как зарделись ее щеки и почувствовал странное удовлетворение.

Никто и никогда еще не касался ее. Юная, невинная…Как он сразу не понял этого. А ведь считал, что хорошо разбирается в женщинах. Марианна подергала ручку двери, но безуспешно.

— Ты не выйдешь из машины, пока я не разрешу. Мы поговорим обо мне и Лине прямо сейчас и здесь. Расставим все точки и забудем об этом, ясно?! Она молчала, избегая его взгляда.

— Я никогда, слышишь, никогда не предавал своего брата, хотя хотелось периодически настучать ему по башке. Мне нравилась Лина, очень нравилась, но я слишком ее уважал, чтобы просто затащить в постель. Все случилось само собой, она была в отчаянии. Мы все считали Влада мертвым, я лично задвигал крышку его гроба в склепе. Один раз. Я и Лина. Всего лишь один раз, который ничего для нее не значил, кроме отчаянной попытки цепляться за жизнь и не сгореть от горя.

— Зато этот раз многое значил для тебя. Выпалила Марианна и посмотрела на него затуманенным взглядом. После выпитого мартини ее глаза блестели, зрачки расширились. Пышные волосы падали ей на лицо. Неужели она ревнует? Или ему кажется?

— Значило. Много лет назад. Сейчас просто воспоминание. У всех нас есть моменты, о которых мы сожалеем. Девушка посмотрела на него с недоверием:

— А ты сожалеешь? Николас не мог ответить отрицательно, ложь сорвалась сама собой.

— Да, я очень жалею, что все это стало между мной и твоим отцом на долгие годы. Но все в прошлом. Лина любит Влада, а я живу своей жизнью. Считай, что все это случилось до того как она познакомилась с твоим отцом. Каждый имеет право на прошлое.

— А ты? Для тебя это в прошлом?

— И притом уже давно. Ее черты смягчились, хотя она по-прежнему казалась ему бледной и взволнованной.

— Я отвезу тебя домой, по-моему ты перебрала лишнего. Тебе плохо? Он склонился к ней, всматриваясь в ее глаза.

— Ты очень бледная. Майкл, поганец, завтра задницу ему надеру. Он к тебе приставал?

— Нет. Просто пригласил развеяться.

— В стриптиз-баре…Хорошее предложение.

— Если бы ты позвал меня на край света, я бы пошла с тобой, — тихо прошептала она подалась вперед и неожиданно коснулась его щеки прохладными пальцами. Ласка была настолько нежной, настолько чувственной, что у него перехватило дыхание. Марианна исследовала его лицо, касаясь щеки, скулы. Провела по его губам, и он дернулся как от удара током. Это безумие. Он не может. Он не хочет превратить ее жизнь в ад. Ник не способен подарить ей то, чего она жаждет, он не умеет любить. Она будет жалеть об этом.

— Не надо — Николас перехватил ее руку за запястье — Я отвезу тебя домой. Тебе уже давно пора спать. Давай сделаем вид, что я этого не слышал. Не играй во взрослые игры. Но девушка его не слышала, она высвободила руку, и обхватила его лицо ладонями. Ник посмотрел в ее фиалковые глаза и утонул. В ее взгляде страсть, призыв и страх быть отвергнутой.

— Я хочу, чтобы ты поцеловал меня. Такая наивная и вместе с тем жаркая просьба. У него потемнело перед глазами. Когда в последний раз он прикасался к девственнице? Сто, двести лет назад? Он уже не помнил. Тело отозвалось мучительной болью желания. Острого, требовательного как ураган. Они сжал кулаки и приказал себе успокоиться.

— Марианна, ты выпила лишнего, ты устала. Поговорим, когда ты протрезвеешь. Давай, малышка, будь хорошей девочкой. В этот момент она ударила его по груди.

— Я не девочка! Я не малышка! Когда ты это поймешь, наконец?! Не притворяйся, что ты ничего не видишь, все ты понял. Давно понял. Скажи мне правду. Скажи, что я тебе не нравлюсь. Скажи что я серая мышь, что я не красивая. Что по сравнению с моей матерью, я полное ничтожество. Давай. Ты же смелый, ты сильный, ты ничего не боишься. Скажи, что ты меня не хочешь. Он молчал, просто нахмурил брови, а она продолжала бить его по груди. Потом закрыла лицо руками и отвернулась.

— Ненавижу! Ненавижу! Ник сам не понял, как это случилось. Он поймал ее в объятия и крепко прижал к себе.

— Дурочка. Маленькая, глупая дурочка. Ты красавица. Ты чудо. Ты ангел. И еще ты еще сегодня обещала, что не никогда не сможешь меня возненавидеть.

— Я не хочу быть ангелом — прорыдала Марианна — я хочу быть твоей, слышишь, я просто хочу быть твоей.

— Ты сама не понимаешь что говоришь. Это пройдет. Это юношеская увлеченность. Гормоны. Переходный возраст. Поверь, все пройдет. Он укачивал ее как маленькую, но она силой оттолкнула его от себя.

— Я не ребенок! Не ребенок. Я знаю, чего хочу. А ты?! Тебе все равно. Даже если я буду с кем-то другим. С Майклом, например, ты даже не заметишь. А знаешь, это хорошая идея — прокричала она сквозь слезы — Почему бы не позволить ему… Он хотя бы не видит во мне малышку. В тот же момент Ник заткнул ей рот поцелуем. Жестким, страстным, от неожиданности она перестала дышать. Ник слышал, как замедлилось биение ее сердца, а потом пустилось вскачь с такой силой, что от его яростных ударов у него заныло в паху. Он уже не мог остановиться. Оказывается, стоило сделать первый шаг и все завертелось. Эти губы. Неумелые, мягкие, нежные. Она растерялась, отвечала невпопад. Ник пил ее дыхание как жаждущий путник, сжимая ее плечи и она изменилась. В тот же миг превратилась в женщину, в красавицу, в соблазнительницу. Ее губы отвечали на поцелуи, а язык несмело касался его языка. Николас резко выпустил ее из объятий.