Инга Андрианова - Победители Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике». МТА III

в два счета обменять канцелярскому населению религиозную ориентацию с общечеловеческой на тутанхамонскую;

на 36 гектарах обожженной азиатской плоскости соорудить музыкально-познавательный мавзолей пирамидальной формы с пешеходной экскурсией на Солнце, откуда якобы и сорвались прямо на голову канцлера его окончательные внешние данные;

организовать добровольный народно-завоевательный поход на весь уцелевший христианский мир Африки, Австралии и двух Америк с целью избавления означенных земель от омерзительного идолопоклонства и установления во всей международной округе обновленной канцелярской культуры;

присвоить канцлеру Полкану Тринадцатому звание Посланный Небом Фараон Всея Канцелярии.

Планету, конечно, залихорадило, когда по телевидению показали, как опекуны канцелярского тела с человечьими мордами и звериной комплекцией выносят на своих плечах охраняемую руководящую святыню со звериной мордой и человечьей комплекцией — полюбоваться исступленностью народного восторга перед Бледным домом. В доказательство того, что гиппопотамская голова и хвост на предводителе настоящие, премьер-министр угодливо потрепал образину за бакенбард, чем вызвал ее истошное рыкание на смачном озерном диалекте, смутный свист осуждения и ликования в толпе, а также получил от одного запальчивого правоохранительного органа легкий подзатыльник в челюсть — за сообразительность. Ошарашенная этой натуралистичной похабностью гниющая на Западе публика лишний раз поразилась подлой артистической способности канцлера к предвыборному телевизионному популизму и позавидовала крепости канцелярского клея.

Иначе восприняли ход исторического прогресса в родном отечестве заболоченного повелителя, и здесь не обошлось без подрывного влияния омерзительной чародейки Ягини. Явление междуречной иконографической субстанции в центрально-европейской полосе сначала обрадовало, а потом напугало жителей. Со скоростью вонючей радиоактивной утечки по канцелярскому менталитету стал распространяться слух о том, что кольцо пространства и времени начало сжиматься.

Первым афоризм о фронтальном наступлении конца света на земную действительность озвучил в телевизоре один радостный ведущий Агитационно-Распоясанного Телеканала. По причине ангажированной близости к ведьме этот околдованный громкоговоритель, толкуя о погоде на ближайшую ударную четырехлетку, ликующе просвиристел такой пассаж:

— Да здравствует наш досточтимый народный уполномоченный — продукт скрещивания египетского совершенства с канцелярским свинством! Даешь гиппопотамскую наружность всякому обывателю Земли! Да здравствует счастливое возвращение исторической перспективы к топкому истоку небытия! Все на последнюю схватку стоячего добра с текущим злом! Долой угрюмую демократическую озабоченность! Разбегайся по запрудам!

После этого оптимистического визга передача внезапно оборвалась, потому что столичная телебашня перегрелась от пароксизма идеологического восхищения, вспыхнула и превратилась в труху. Непредусмотрительные метеорологические сентенции о приближении конца света обернулись для государства началом информационной темноты.

Оповещательный голод выгнал гущи канцелярских граждан на улицы. Как по воздушной тревоге, все побросали свои квартиры с производствами, выбежали с мотыгами под звездное небо и занялись там таинственным перешептыванием. Последние всхлипы безумного комментатора прочно, словно серные пробки, засели у народа в ушных ракушках. По юродивому журналистскому откровению выходило, что вот-вот, значится, после вулканического половодья и дождя из лягушек и метеоритов Бог засунет в осужденную Вселенную свой космический пестик и замешает все по-новому. Никто в толпе не высказался против этой достойной затеи, у многих даже вызвала одобрение перспектива пожить еще немножко в отремонтированном мироздании, поэтому, посовещавшись, стачечные лидеры единогласно постановили: всем здоровым народным силам обвязываться пулеметными лентами и расползаться по блиндажам. С чертями и ангелами решено было в перестрелку не вступать, если на то не поступит высочайшего канцелярского указа. Всемогущего Владыку, то есть Господа нашего царя-батюшку, по возможности не калечить и по морде не шлепать, чтобы Его душевные увечья не сказались на качестве улучшений новой действительности. Пленных и раненых из жалости уничтожать на месте.

Нужно ли говорить, какое беспокойство окутало правительственных заводил в связи с тем, что городские и сельские обитатели, подставив Всемогущему Судье под расстрел опустевшие кабинеты да магазины, сбежали в глухие овраги и заняли там круговую оборону? Привыкшая к бесплатному угнетению раскулаченных служащих, чиновничья прослойка отучилась самостоятельным способом орошать на огородных грядках хрен с морковкой и жарить на костре цыплячью уху. А тут подотчетные им души населения разом освободили их от калорийного изобилия и от остальных сервисных наслаждений. Бюрократы, не подумав, обратились было с продовольственным осложнением к канцлеру-бегемоту, принесли ему банан, помахали им перед его мордой, пантомимически покусали воздух исхудавшими ртами, побарабанили бананом по пустым животам (а что им еще оставалось делать, скажите, пожалуйста, — никто ж не понимал божественного наречья, никто не мог вдолбить Полкану, чего от него хотят), а Полкан в ответ как рявкнет на них, как кинется дубасить их гиппопотамской частью лица — всех политических проституток и сутенеров отметил цветными хулиганскими ушибами. Выползли от него обесчещенные проститутки все помятые и в соплях, не мешкая, побросали свои ключевые посты, расселись по самолетам и помчались в оффшорную эмиграцию, где у них повсеместно были спрятаны заначки, нажитые от добросовестного экономического блуда в родной канцелярии.

А поганое отравляющее облако смуты, нагоняемое пассами колдуньи, тем временем продолжало двигаться мощным антициклоном с запада канцелярии на восток. Вот уже из пропитанной национальным ропотом и мнительностью атмосферы выпало в осадок одно кощунственное понятие, что, мол, звериное приспособление на голове у Полкана — это вовсе никакой не итог скрещивания его с египетским сортом божественных душ, а неизлечимо-наследственная грибковая эпидемия, возникающая и пропадающая, в основном, у монархов на нервной почве, и что никакого нового замеса жизни на Земле в ближайшие уик-энды не предвидится, если, конечно, того не прикажет сам великий Полкан Тринадцатый. К этому добавляли, что на самом-то деле канцлер, осерчав на непослушание своей дочери Архицели, отлучился вместе с ней в исправительно-психическое учреждение показать девке, какие вообще встречаются среди дикой человеческой природы особи мужского пола, чтобы она не воротила морды от блатных папиных женихов и не огорчала строптивым несогласием своего нежно любящего, заботливого отца. А пока великий канцелярский полководец наносил полезным сумасшедшим взаимовыгодные визиты с назидательной целью, в государстве объявились предательские заговорщики, которые якобы и пустили развлекательно-познавательную дезинформацию о том, что скоро нашу земную сферу хватит окончательный вселенский кондратий. Вследствие чего стачечные лидеры повелели простым обитателям канцелярии не высовываться из окопов и не вмешиваться в придворную возню; пусть, мол, они там сами перебесятся, перелаются, настреляются друг в друга из квадратно-гнездовых орудий, а мы пока в подвальных помещениях на тушенке со сгущенкою отсидимся, отъедимся да поглядим в вентиляционные перископы, на какую дорогу выведет страну революционный разворот событий.