Роберт Стайн - Прилив. Двойное свидание. Смертельный загар. Соседский парень. Уикенд в колледже. Игры со смертью

— Эй, откуда у тебя машина? Я думал, у тебя нет водительских прав! — крикнул Бобби.

Девушка рассмеялась.

— Родителей не было дома, — объяснила она. — Вот я и решила прокатиться.

Он прислонился к машине.

— Я звонил тебе, Саманта. Хотел поговорить. Я…

— Мне тоже нужно с тобой поговорить, — перебила она его, кивнув на свободное сиденье. — Садись. Покатаемся.

Бобби обошел машину и неохотно сел рядом с Самантой.

— Только ты не будешь гнать, ладно?

— Пристегни ремень, — усмехнулась она. Через несколько минут они уже катили по Олд- Милл-Роад к выезду из города. Солнце уже опускалось за кромку леса, стало холоднее.

— Вчера мне звонила Дженнилин! — сообщил Бобби, силясь перекричать вой ветра.

Саманта, не отрываясь, смотрела на дорогу.

— Ты, наверное, хотел сказать Бри? — прокричала Саманта в ответ. — Это была Бри.

— Она назвалась Дженнилин. Она сказала…

— Ничего не слышу, — крикнула Саманта и тронула его за руку, будто прося помолчать. — Поговорим, когда приедем на место.

— На место? — удивился Бобби.

— В лесную хижину, нам же нужно где-нибудь поговорить, — сказала она. — Спокойно.

Дома кончились, и за окном потянулись бескрайние поля, все в непросохших каплях дождя, сверкавших в лучах заходящего солнца, словно изумруды.

Ветер стучал в лобовое стекло. Бобби откинулся на спинку сиденья и взглянул на Саманту. Она смотрела прямо перед собой прищуренными глазами.

Он подался вперед, собираясь включить радио.

Тут ветер сдул бретельку с плеча девушки, и Бобби едва не вскрикнул, увидев на левом плече крошечную синюю бабочку.

— Татуировка! — воскликнул он, схватив ее за плечо. — У тебя татуировка!

Она окинула его хмурым взглядом:

— И что? Чего это ты так разволновался?

— Но… но… — прошептал Бобби. — Но ведь вчера, когда я встретил тебя в центре, ее не было!

— Что? — Саманта поднесла руку к уху. — Ну-ка повтори. Я, наверное, ослышалась. Я не была вчера в городе. Мы вчера не виделись с тобой, Бобби!

Она выстроилась в левый ряд, обогнав грузовик с длинным прицепом. От такой дерзости водитель возмущенно засигналил.

Бобби заткнул уши.

— Так у тебя всегда была эта татуировка? — спросил он.

Она кивнула.

— А в чем дело? Я же уже показывала ее тебе — в школьной лаборатории, помнишь?

Впереди показался лес. Саманта свернула на узкую тропу, ведущую к хижине.

Они затряслись по неровной колее, по машине заплясали темные тени.

Бобби вдруг обнаружил, что тяжело дышит. Руки тряслись. Его охватил озноб.

Может, он замерз на холодном ветру?

— Ты говорила со мной о том, что надо убить Бри, — говорила? — спросил он.

Саманта повернулась к нему с хищной усмешкой на лице.

— Я уже все придумала, — сказала она, сверкнув глазами. — Она даже не поймет, что произошло.

Глава 26 Удар

Бобби закрыл глаза. Неужели это не сон? — думал он.

Машина тряслась под густеющим куполом деревьев. Потом они остановились. Бобби открыл глаза. Впереди, в полутьме, виднелась лесная хижина.

Ветви высоких, древних деревьев заволакивали все небо, и здесь было темно, будто ночью. Погруженный в раздумья, Бобби сидел, не двигаясь, пока не почувствовал, как Саманта сжала его руку.

Он посмотрел на ее лицо с разрумянившимися от ветра скулами, обрамленное растрепавшимися волосами.

— Пойдем в дом, — тихо сказала она. — Нам нужно поговорить.

Бобби кивнул.

— Да. Нужно.

Он выбрался из машины и пошел по мокрой траве к хижине, глубоко вдыхая свежий, пряный воздух. В дрожании оранжевого солнечного лучика роились тучи мелкой мошкары.

Он услышал, как позади открылась и хлопнула дверца машины.

Наверно, Саманта что-нибудь забыла, машинально подумал он. Он смотрел на бурундучка, бегущего по стволу упавшего дерева.

— Саманта? — Он повернулся к машине — и прямо перед собой увидел занесенную руку с пустой стеклянной бутылкой из-под коки.

— Саманта! Ты что?!

Увернуться он не успел. Она со всей силы ударила его бутылкой по голове.

Последнее, что услышал Бобби, был этот глухой стук.

Все тело его пронзила резкая боль, будто в голове у него разорвалась бомба.

На мгновение все вдруг стало ярко-белым.

Потом вокруг разлилась чернильная тьма.

Глава 27 Мёд

Кружащиеся красные пятна стали розовыми, потом побелели. Откуда-то сочился свет, серый, сумрачный. По бурлящему алому небу плыли багровые облака.

Бобби открыл глаза.

Боль, пульсирующая боль в висках снова сомкнула его веки.

С закрытыми глазами Бобби попытался встать. Но что-то удерживало его.

Он хотел поднять руку — и не мог.

Я парализован, подумал он, как только к нему стало возвращаться сознание.

Она парализовала меня.

Он через силу открыл глаза — у него вырвался чуть слышный стон.

Серый туман рассеивался. Предметы в комнате понемногу обретали четкие очертания.

Я сижу, догадался он. И снова попытался встать. И снова не мог двинуться с места.

Я сижу на стуле. Я связан. Я привязан к стулу.

Он попытался шевельнуть ногами. Ноги были связаны.

Руки и ноги. Связаны. Привязаны к деревянному стулу.

— Эй! — хрипло выкрикнул он.

Неужели это мой голос? Такой тихий, слабый? Бобби опустил голову.

Пульсирующая боль немного утихла.

— Господи! — Он увидел свои голые колени. Джинсов на нем не было. Не было ни носков, ни кроссовок.

Он сидел, привязанный к стулу, в одних полосатых трусах и майке.

В камине потрескивал огонь. Мои джинсы? Да. В камине горели его джинсы.

Возле камина, скрестив руки на груди, стояла Саманта. В зеленых глазах плясали отблески пламени.

— Саманта… почему? — выдавил Бобби.

— Я не Саманта, — тихо сказала девушка. Она шагнула к нему. — Я Дженнилин.

Бобби помотал головой. И невольно вскрикнул от боли, пронзившей все его тело.

— Нет! Не может быть. Никакой Дженнилин нет! — крикнул он. — Не обманывай меня, Саманта!

— Это они так сказали? — спросила она, гневно сверкнув глазами. — Они сказали, что меня нет? — она презрительно хмыкнула. — Значит, моим дорогим сестричкам нравится думать, что меня нет, — с расстановкой проговорила она, будто выплевывая каждое слово.

— Хватит, прошу тебя, — взмолился Бобби.