Ф. Каст - Загнанная

Крамиша брезгливо скривила губы.

— Крамиша уже знает. Она почуяла. Его кровь была вкусная, а теперь нет. Он больше ни на что не годен. Теперь он просто твоя ручная собака.

— Он не… — начала я, но Хит меня перебил.

— Не надо, Зо. Она права. Разве это не правда? — резко спросил он.

— Что ты, Хит? Я никогда так о тебе не думала!

— Ладно, проехали. Я твой донор, только и всего. Больше я тебе ни для чего не нужен, — он отвернулся от меня, схватил бутылку вина, оставленную кем-то возле кровати, и сделал огромный глоток прямо из горлышка.

К этому времени в комнату уже вернулись Дэмьен, опухший от слез Джек и Фанти. Все кошки как по команде, выгнули спины и начали шипеть, как чокнутые.

— Ой, Хит, ты тут? — поразился Джек. — Мне казалось, ты уехал домой.

— Не смог уехать. Кажется, я застрял тут вместе с остальными забытыми игрушками, — хмыкнул Хит, прихлебывая вино.

Джек насупился, губы у него снова задрожали.

— Дэмьен меня не забывал! Никогда. Просто… и просто не могу сейчас поехать с ним! — пискнул он.

— Конечно, милый. Очень скоро мы снова будем вместе, — проворковал Дэмьен, обнимая своего сердечного друга.

— Ладно, ребята. Не хотелось прерывать ваши гомосексуальные нежности, но я опять написала стихотворение. Проснулась, услышала в голове строчки — и записала слово в слово, — объявила Крамиша.

Ее слова избавили меня от продолжения этой мучительной сцены. Приободрившись, я закивала головой.

— Очень хорошо! Давай посмотрим. Дэмьян, Джек уже рассказал тебе о стихах Крамиши?

— Да. Он даже принес мне копии ее стихотворений, и я прочел их во время дежурства, — оиветил Дэмьен.

— Что за бред вы все несете? — нахмурим Афродита. — У нас тут что, вечер поэзии?

— Когда ты напилась в слюни и вырубилась, Зои зашла в комнату Крамиши и увидела у нее на стенах стихи, — пояснила Эрин.

— Их написала Крамиша, только оказалось, что они про Калону, и это жуть как странно, — добавила Шони.

— В этих стихотворениях присутствует поэтическое описание Калоны, — уточнил Дэмьен. — Думаю, эти стихи должны были привлечь наше внимание, поэтому нам нужно внимательнейшим образом изучить все творчество Крамиши.

— Ну конечно! Только этого нам не хватало. Свеженькие пророчества обо всяких пакостях, — скривилась Афродита.

— Я написала целых два новых стиха! — напомнила Крамиша и попыталась всучить мне измятые листки бумаги, но руки у меня задрожали, и от боли я застонала сквозь зубы.

— Дай сюда, — Эрик забрал у Крамиши листки, поднес ко мне и развернул так, чтобы я, Афродита, Дэмьен и Близняшки могли читать одновременно.

Первое стихотворение показалось мне просто бредом.

То, что его связало,Заставит его убежать.Найдите место силы,А их должно быть пять.Ну-ка сосчитай,Никого не потеряй!НочьДухКровьЧеловечностьЗемляПусть соединятся,Но не для борьбыИ не для победы,А только для судьбы.За Ночью встанет ДухЗа Кровью Человечность,Последняя Земля —Так, только так и вечно! [8]

— Богиня, у меня голова разболелась от этой дребедени. Как же я ненавижу поэзию с ее вечными головоломками! — воскликнула Афродита.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросила я Дэмьена.

— Мне кажется, это зашифрованная инструкция по изгнанию Калоны. Тут ясно сказано, что можно заставить убежать, то есть уйти отсюда.

— Мы знаем, что значит «убежать», Буквоежка, — рявкнула Эрин.

— Выходит, он всего лишь убежит? — разочарованно спросил Джек. — Честно говоря, я надеялся, что мы сможем его убить.

— Калону нельзя убить, — ответила я. — Он Бессмертный. Его можно заманить в ловушку. Можно прогнать, хотя мне пока трудно представить, что может заставить его сбежать. Так или иначе убить его никак не получится.

— Значит, убежать его заставят какие-то пять собравшись в месте силы, — радостно объявил Джек.

— Знать бы только, кто они такие и где это место, — вздохнула я.

— Наверное, это те, кто олицетворяет эти силы. По крайней мере, мне так кажется. Обратите внимание, они все написаны с большой буквы, значит, это имена собственные, — пояснил Дэмьен.

— Это имена, — кивнула Крамиша.

— Ты знаешь что-нибудь об этом? Кто они такие? — повернулся к ней Дэмьен.

Крамиша смущенно потупилась.

— Нет. Просто когда ты сказал, что это имена, я вдруг поняла — точно!

— Ладно, давай посмотрим следующее. Может там будет какая-то подсказка? — я перевела глаза на второй листочек. Новое стихотворение было совсем коротким, но у меня мурашки поползли по коже.

Она возвращается —Ее ведет кровь.Она возвращается —Ее рана глубока.Она — как я,Почти как я!Человечность спасла ее —Спасет ли она меня?

— О чем ты думала, когда написала это? — спросила я Крамишу.

— Ни о чем. Это было спросонья. Просто записала слова, которые пришли в голову, — ответила она.

— Мне оно не нравится, — покачала головой Эрин.

— В любом случае, второе стихотворение никак не поможет нам расшифровать первое. Честно говоря, у меня такое чувство, будто это имеет какое-то отношение к тебе, Зои, — сказал Дэмьен. — Возможно, это пророчество о твоей ране и возвращении в Дом Ночи.

— Но кто произносит это пророчество? Кто тот, кто спрашивает о спасении? — Силы стремительно оставляли меня, а глубокая рана на груди начала пульсировать в такт с грохотом сердца.

— Может, Калона? — предположила Афродита. — Ведь первое стихотворение о нем!

— Да, но сдается мне, что у Калоны нет и никогда не было человечности, — возразил Дэмьен.

На этот раз я вовремя прикусила язык и не успела сказать им, что мне кажется, будто Калона не всегда был таким чудовищем, которым стал.

— С другой стороны, мы знаем, что Неферет отвернулась от Никс, а, значит, утратила себя и свою человечность. Возможно, это имеет отношение к Неферет?

— Фу, — скривилась Эрин.

— Она утратила не себя, а свой хренов мозг, — сказала Шони.

— А может, это не про Калону, и не про Неферет, а про того новенького, который стал нежитью? — вдруг сказал Эрик.