Ньевес Эрреро - Чужая жизнь

— Из какого вы издания? — спросил юноша, не ответив на рукопожатие. Черноглазый человек с выдающимися скулами не смог ему ответить. На помощь подоспел смуглый журналист.

— Он вас не понимает. Он иностранец. Он просто хочет пожать вам руку, поприветствовать.

Высокий человек продолжал стоять с протянутой рукой. Пауза затягивалась, ситуация становилась довольно напряженной. Возникли бы недоразумение и недовольство, если бы Лукас не ответил на рукопожатие незнакомца. В тот момент когда юноша уже собрался это сделать, из толпы журналистов вдруг вынырнул Брэд, который и был тем, кто пожал руку высокому человеку. Они начали разговаривать на языке, совершенно непонятном для всех остальных людей, находившихся в помещении. Лукас воспользовался этим, чтобы как можно быстрее отойти от них и затеряться в группе сопровождавших его медиков. Юноша отдавал себе отчет в том, что если бы он пожал протянутую руку, то с большой вероятностью почувствовал бы подобие конвульсий, которые предшествовали возникновению видений. Было очевидным, что Брэд хотел избавить его от приступа, чего бы это ни стоило. Лукас спрашивал себя о том, кем являются эти люди, проявляющие нескрываемый интерес к вопросу о происхождении его нового сердца. Возможно, именно они убили Кендаля? Юноша нуждался в дополнительной информации. Лукас подумал о том, что теперь он, наверное, находится в большей опасности, чем вначале. Он получил не только сердце, но и, судя по всему, жизнь человека, пересекавшего улицу и задавленного насмерть черным фургоном.

Юноша попрощался с группой медицинских работников. Ориана находилась среди них. Он направился к девушке одновременно с Марией, координатором по трансплантологии.

— Ориана, надо продолжать работу, — сказала начальница неприязненным тоном. — Ты не можешь находиться здесь весь день. Есть другие больные, которые нуждаются в уходе.

Лукас недоброжелательно посмотрел на Марию и холодно произнес:

— Мы прощаемся с ней. В том, что Ориана задержалась, наша вина, — добавил он, стараясь помочь девушке.

— Ладно, ладно… Чтоб через пять минут была в моем кабинете! Не могу же я искать тебя по всей больнице!

— Сейчас иду! — коротко ответила медсестра. — Не встречала более неприятного человека, чем она, — доверительно произнесла Ориана, обращаясь к Лукасу. — Тем не менее должна признать, что в трудных ситуациях Мария умеет действовать очень эффективно. Именно ей удалось в рекордно короткое время найти для тебя подходящее сердце.

— Ну, в таком случае она уже не кажется мне столь неприятной. Ладно, Ориана, встретимся, как и договорились, на пляже. — Эту последнюю фразу он произнес, глядя девушке прямо в глаза. — Не могла бы ты дать мне номер своего телефона? На всякий случай, если у меня вдруг возникнут какие-то проблемы.

Ориана дала ему номер телефона. Семья Мильян наблюдала за их разговором.

— Ну, сын, — сказал Хавьер, — нам пора. Маме и мне не терпится поскорее попасть домой.

— Конечно, пошли! До субботы!

Уходя, Ориана ограничилась утвердительным кивком. Сделав несколько шагов, девушка обернулась, чтобы посмотреть на Лукаса. Он сделал то же самое. Лукас улыбнулся и продолжил свой путь. На протяжении нескольких минут юноша думал о том, что благодаря аварии он познакомился с Орианой. Он пообещал себе сделать все возможное, чтобы его не считали больным, и приложить все усилия, чтобы побыстрее полностью поправиться.

Они вышли из больницы через гараж. Таким образом семье удалось избавиться от журналистов, которые поджидали их у выхода, чтобы затем последовать за семейством. И Хавьер, и Пилар, и их дети хотели вернуться к нормальной жизни. Все, что увидел Лукас, выйдя на улицу, казалось ему необыкновенным. Туристы, бродившие без определенной цели и рассматривавшие сувениры на выносных прилавках, расположенных в дверях многочисленных магазинов, рестораны, в которых готовили блюда дневного меню, дети со своими плавающими игрушками, которых за руку вели на пляж родители, нагруженные складными стульями, переносными холодильниками и пляжными зонтиками, — все это вызывало у него интерес.

Им потребовалось не более пяти минут, чтобы доехать на машине до своего дома. Непередаваемое ощущение — возвратиться домой после чего-то столь драматического, как происшедшая авария! Машину припарковали около дверей. Выйдя, они увидели, что американский журналист уже стоит, подпирая дверной косяк. Хавьер и Пилар удостоили его недобрым взглядом. Им казалось, что если внимание прессы будет таким назойливым, то этот страшный сон никогда не кончится.

— Пожалуйста, Брэд, — взмолилась Пилар, — моему сыну нужен покой. Ты должен это понять.

— Я есть первый, кто иметь интерес, чтобы ваш сын поправился. Клянусь в этом, — сказал американец, подняв руку так, как будто действительно произнес клятву.

— С ним нет никаких проблем, мама, — успокоил ее Лукас и обратился к Брэду: — Тебя устроит, если мы встретимся завтра вечером, после института? Согласен?

— О чем ты говоришь, какой институт? Тебе же надо поправляться! — взволнованно воскликнула мать, не оставив журналисту времени на ответ.

— С моей стороны нет никаких препятствий. На этой карточке есть номер моего телефона. Ты можешь позвонить мне, когда захочешь. Я снимаю квартиру неподалеку от вас. Если тебе что-то понадобится, через две минуты после звонка могу быть у тебя.

— Вот совпадение!

— Совпадений не существует. Моя миссия состоит в том, чтобы обучить тебя всему тому, что позволит развить твои способности. Амулет при тебе?

— Какой амулет?

— Тот, что передал тебе человек-медицина. Палочка орла с гор.

— А! Он спрятан где-то в чемодане.

— Старайся всегда держать его при себе. Не расставайся с ним. Сила орла защитит тебя. Послушайся меня!

— Хорошо, — не очень уверенно ответил Лукас.

Хавьер открыл входную дверь и пропустил сына вперед. Брэд понял, что здесь он является лишним, попрощался и ушел. Хавьер и Пилар, донельзя встревоженные, не могли вымолвить ни слова. Луис был единственным, кто вел себя так, будто ничего не произошло. Мальчик хотел, чтобы брат догнал его на лестнице. Родители призвали его к порядку. Лукас знал, что за несколько дней многое изменилось. Он никогда уже не станет тем человеком, который отправился в институт в тот день, когда лишился своего сердца.

Юноша вошел в дом и оглядел все так, будто бы видел впервые. Он прошел в свою комнату и первым делом, не разобрав чемодана, сел перед компьютером. Лукас испытывал потребность войти в сеть и удовлетворить свое любопытство относительно этого нового мира, который возник перед ним. Юноша набрал в поисковом окне два слова: «индейцы кроу». Подождал несколько секунд, и перед его глазами возникла следующая информация: