Фрэнсис Вилсон - Ярость

Кент недобро усмехнулся:

— Чем ты там занимался? Бутылки свои пересчитывал?

Люк остолбенел. Неужели они знают? Он быстро взглянул на франта Эдвардса. Тот выглядел ужасно. Мятая рубашка, всклокоченные волосы, мутный взгляд, отсутствующее выражение лица — наверняка сидит на транквилизаторах.

— Бутылки пересчитывал, — повторил Брэд с вялым смешком. — Неплохое занятие.

— Мне пришлось отложить дела, — объяснил Люк. Очередная ложь. Его единственным делом была упаковка вина. — К тому же я поздно пришел с испытаний.

— Да, да, понимаю, — извиняющимся тоном сказал Брэд. — Ну и как там дела?

Кент протестующе поднял руку.

— Сначала закройте дверь.

— Но сегодня же суббота, — возразил Люк. — Кроме нас, здесь никого нет.

Кент покачал головой:

— Не совсем так. Твоя новая сотрудница с утра сидит в лаборатории.

— Правда? — улыбнулся Люк. Премия в миллион долларов делает свое дело.

Он захлопнул дверь и запер ее на ключ.

— Разве мы не могли обсудить все по телефону?

— Нашу компьютерную сеть взломали, — строго сказал Кент. Наклонившись вперед, он одернул рубашку, обтягивающую его круглый живот. — Очень может быть, что телефоны тоже прослушиваются.

Люк поежился — очень неприятная ситуация, особенно в свете последних событий на складе. Он рассказал своим партнерам о том, что случилось на испытаниях.

— Кто-то шпионил за нами? — испуганно спросил Брэд, вытянув нижнюю губу.

— Не могу сказать точно, — ответил Люк. — Возможно, это просто какой-то бродяга, решивший, что здание пустует. Мы же бываем там раз в месяц.

Брэд повернулся к Кенту:

— Думаешь, он как-то связан с Глисоном?

— С Глисоном? — переспросил Люк, чувствуя, как у него замирает сердце. Он знал только одного Глисона. — Надеюсь, это не наш торговый агент?

— Именно он и влез в нашу сеть, — сообщил Кент.

Люк откинулся на спинку стула.

— О нет.

— Да, — отрезал Кент. Лицо его покраснело. — Наш собственный работник.

— Что происходит с людьми? Где их порядочность? — запричитал Брэд, оглядываясь по сторонам, словно он ожидал найти там ответ. — Сначала Макинтош, теперь этот Глисон. Я этого не понимаю.

— Он выдвинул какие-то требования? — спросил Люк.

Кент потряс головой:

— Пока нет. Но за этим дело не станет.

— Почему ты так думаешь?

— Он взломал финансовые коды.

— Черт! — выругался Люк, закипая. — Я надеялся, что программисты его остановят.

Брэд заерзал на стуле.

— Мы же попросили выследить его, а потом уже остановить. Они всю ночь пытались его поймать. Старший программист сказал, что Глисон классный хакер. Его удалось вычислить только по опознавательному коду его компьютера.

— Не понял, — сказал Люк.

— Он работал на ноутбуке компании! — завопил Кент, ударив кулаком по столу. — Поэтому ему и удалось пробиться в сеть. Этот сукин сын поимел нас на нашем же чертовом компьютере!

— Но зачем ему это? — робко спросил Брэд.

Люк сделал вид, что не слышит.

— Значит, ему известно о нецелевом использовании фонда научных разработок?

Нецелевое использование. Хорошее слово он придумал для обозначения их махинаций.

— Кто его знает, — ответил Кент. — Программисты говорят, он добрался до всех цифр. Если он искал именно их, то его можно поздравить.

— Ну и что нам теперь делать? — вступил в разговор Брэд.

— То же самое, что с Макинтошем, — отрубил Кент, пристально глядя на Люка. — Прибегнем к услугам твоего дружка Пратера.

— Нет, — поспешно проговорил Люк. Хватит с него одного убийства. — Ты же сам говорил, что он ничего не требует и не пытается нас шантажировать. Он...

— Это только вопрос времени, — заметил Кент.

Брэд закивал.

— А зачем тогда он копался в нашей сети?

Люк не нашел что ответить.

— У меня есть версия похуже, — заявил Кент. — Глисон и тот шпион на складе работают вместе — на «Глаксо», «Роше» или кого-нибудь еще.

— По-моему, мы начинаем потихоньку сходить с ума.

— Есть от чего, — подал голос Брэд. — С одной стороны на нас давит этот ненормальный серб, с другой — караулит Управление по борьбе с наркотиками. Просто некуда податься!

Кент хлопнул по столу.

— Послушайте меня. Не важно, кто такой этот Глисон — шпион, аферист или стукач. В любом случае его надо убрать.

— Но ведь речь идет о человеческой жизни, — заметил Люк.

— Да, черт возьми! — заорал Кент, багровея. — О моей жизни! И если мне придется выбирать между своей шкурой и каким-то не в меру любознательным ублюдком, отгадай, за кого я отдам свой голос?

— Подумать только, — тихо сказал Брэд, прикрывая ладонями глаза. — Мы решаем вопрос об убийстве человека, словно голосуем по какому-нибудь незначительному изменению в политике компании.

— Знаешь, что я тебе скажу, — оборвал его Кент. — Второй раз все будет гораздо проще. Мы уже прошли через это один раз. Семь бед — один ответ. — Он поднял руку. — Я голосую за.

К нему присоединился Брэд.

— Я тоже. Не вижу другого выхода, — сказал он, переводя слезящиеся глаза с Кента на Люка. — Но знаете, в кого мы постепенно превращаемся? В шайку Драговичей.

Ужасная правда, прозвучавшая в этих словах, заставила Люка содрогнуться.

— Пропади он пропадом, этот «локи». И зачем я только с ним связался?

— Ты? — взвизгнул Кент, ткнув пальцем в сторону Люка. — А что нам тогда говорить? Это ты во всем виноват! Если бы ты не выеживался с кровью этой скотины, мы бы не сидели сейчас в таком дерьме.

Люк вспомнил прошлую осень, когда дома у него раздался странный телефонный звонок. Некто по имени Сальваторе Рома представился профессором антропологии и посоветовал ему сходить в бродячий балаган, который остановился в местечке Монро на Лонг-Айленде. Профессор Рома сообщил, что среди экспонатов находится странное существо с очень необычным составом крови.

— Сделайте анализ, доктор, — произнес мягкий интеллигентный голос. — Я уверен, вы найдете в этой крови много интересного.

Обзвонив знакомых, Люк выяснил, что в Монро действительно раскинул шатер некий «Дом чудес». Подозревая, что его разыгрывают, Люк, тем не менее, поддался любопытству и поехал на Лонг-Айленд. Увидев странное существо, Люк сначала решил, что это ряженый, однако подделка выглядела слишком уж натурально. Он обратился к Пратеру, но тот и сам не знал, что это за зверь. Поэтому он согласился, чтобы Люк взял у существа кровь на анализ, но потребовал за это плату.

В этой крови Люк обнаружил то, что впоследствии назвал молекулой «локи». Выделив и синтезировав субстанцию, он начал испытывать голубой порошок на мышах и крысах. Результаты оказались весьма настораживающими. Мыши, которые обычно мирно жались друг к другу, вдруг начали бешено носиться и нападать на своих собратьев. Их клетки превратились в маленькие бойни. Крысы, сидевшие поодиночке, ожесточенно грызли решетки, превращая свои морды в кровавое месиво, и злобно кидались на всякого, кто открывал дверь клетки.